Школьные кошмары и другие ужасные истории

Школьные кошмары и другие ужасные истории

Аннотация

    В книгу «Школьные кошмары и другие ужасные истории» вошли две повести Галины Гордиенко о жутких и невероятных приключениях третьеклассницы Тайки Романовой – «Кошмары 21-й школы» и «Меняем мальчика на девочку». Однажды в руки девочки попадает старинная деревянная шкатулка ее прабабушки. Однако таинственная вещица хранит вовсе не драгоценности… Оказывается, прабабушка Тайки была ведьмой и теперь хочет передать свой дар (или проклятье?) правнучке. Готова ли Тайка к такому «подарку»? Для среднего школьного возраста.

Оглавление

Галина Анатольевна Гордиенко Школьные кошмары и другие ужасные истории

    © Гордиенко Г. А., 2021
    © Ил. на обл., Рязанцева М. В., 2021
    © ООО «Издательство АСТ», 2021

Кошмары 21-й школы

Глава 1
Необычное сочинение

    – Нет, я так больше не могу! Эта девчонка меня доконает, клянусь! – Илья раздраженно стукнул кулаком по стене.
    – Тебя! Скажите пожалуйста, какой нежный! Будто в учительской один отдувался, – проворчала Рита и поправила воротничок новой блузки.
    – А что, скажешь, нет? – возмутился Илья. – Молчала как рыба!
    – Ну и молчала! Ты тоже не особо выступал. Пыхтел как самовар и на пол таращился. Ни разу на завуча глаз не поднял, я видела.
    Брат с сестрой угрюмо переглянулись. Вообще-то в учительскую их вызывали далеко не в первый раз. Но в первый раз, пожалуй, повод оказался столь неприятным. Не детская шалость или там мелкое хулиганство, как обычно, это бы ладно. Тут же… Двойкой за поведение точно не отделаться! Придется все родителям рассказывать.
    Рита с Ильей дружно вздохнули: все Тайка! Драгоценная младшая сестрица – третий класс уже! – отцова любимица и злосчастье всего остального семейства Романовых.
    Действительно, второго такого дьяволенка в двадцать первой школе не было. Любой самый хулиганистый мальчишка – учителя быстро поняли – предпочтительнее этой маленькой даже для своего возраста рыжей девчонки.
    Выбитые стекла, расквашенные носы, разодранные учебники и невыученные уроки несчастные учителя теперь считали милыми и привычными детскими шалостями. Гораздо хуже, когда Тайка свободно следовала… как это? непредсказуемому полету своей фантазии.
    Например, ради мифической поездки всем классом на Рождество в Англию Тайка с приятелями успешно распродали часть школьной библиотеки. И часть весьма солидную!
    Восьмилетние шалопаи расположились с казенными книжками прямо на асфальте, на подходе к городскому рынку, и голосисто рекламировали свой товар. Как самый лучший. Мол, лично прочли и можем кратко пересказать содержание любому желающему. И пересказывали, что интересно. Поэтому книжки разошлись мгновенно. Саму распродажу Тайкины друзья назвали «благотворительной», это звучало очень солидно на их взгляд.
    Потом Тайка убедила доверчивых и наивных одноклассников, что люди не летают по единственной причине – не пробовали. И на следующий же день весь ее класс снимали с крыши трехэтажной школы злющие как осы пожарные.
    И правда: с огнем справиться намного легче, чем с оскорбленной малышней. Летать им, видите ли, приспичило! ЛЕ-ВИ-ТИ-РО-ВАТЬ! Они даже это сложное словечко вызубрили. С Тайкиной подачи, само собой. Бегали от пожарных по грохочущей крыше и кричали, что крылья им даром не нужны. Во сне ведь летают? То-то же. Пусть дадут им попробовать, так сами увидят!
    Хорошо, среди безрассудных второклашек нашелся предатель и рассказал все родителям. А уж те вместе с завучем вызвали пожарных. Так что все обошлось. Прыгать во двор, кишащий восторженно орущими школьниками и падающими в обмороки слабонервными преподавателями не решилась даже оторва Тайка.
    Затем была весьма впечатляющая попытка превратить директорского пса, огромнейшего добродушного дога, в собаку Баскервилей. Где Тайка достала светящуюся краску, до сих пор покрыто мраком. Зато школьный сторож Петр Карпыч и по сей день бледнеет, когда встречает Тайку в школьном дворе. Бедняге не повезло: он первым увидел художественно разрисованную собачку. Вечером. Когда игривый, как щенок, дог со всех ног мчался к сторожу за привычной порцией ласки. Вот только Петр Карпыч не узнал пса в фантастическом чудище, летящем сквозь ночь. Противная Тайка покрасила собаке даже клыки!
    Потом последовало уничтожение практически всех золотых рыбок в школьном аквариуме. Он стоял в холле напротив раздевалки и являлся негласной визитной карточкой двадцать первой школы. Аквариумом гордились абсолютно все! Красочных экзотических рыбешек привозили отовсюду. Учителя, родители и сами дети. Однако глупая Тайка возжелала понимать язык животных и птиц. Срочно! Ловила и ела беззащитных рыбок целых две недели. Пока ее не поймала у аквариума – с сачком в руках! – перепуганная уборщица.
    Вот она – великая сила печатного слова! Тайка так и не поверила родителям, что в сказках врут. Наверняка до сих пор считала: ей просто не повезло с рыбешками. В ее желудок не попала нужная!
    Чуть позже неугомонная Тайка организовала испытания для будущих космонавтов. Бесстрашная девчонка привязала себя за ногу к канату, повисла вниз головой и заставила одноклассников раскручивать. При этом Тайка радостно визжала, командовала – «шибче!» и презрительно обзывала приятелей слабосильной командой.
    К сожалению, у физрука, вошедшего как раз в этот момент в спортзал, оказалось слабое сердце, и несчастный надолго попал в больницу.
    Что еще?
    Да, летнее пешее путешествие всем классом вокруг света! Будущих третьеклашек удалось перехватить лишь через двадцать шесть часов после выхода из города. И только благодаря их прекрасному аппетиту: они зашли в какую-то крошечную деревушку пополнить запасы – свои уже уничтожили. Что к этому времени творилось с родителями и дирекцией школы, обычными словами не передать.
    А во что Тайка превращала уроки? В балаган!
    По словам Тайкиной учительницы, Ангелины Павловны, любой клоун рядом с младшей Романовой смотрелся бы жалким недоучкой. Каждый раз несчастная Ангелина Павловна хваталась за голову и подсчитывала, сколько ей еще мучиться. Получалось – не очень-то и долго. Оставался год! Всего лишь.
    В отличие от Тайкиной учительницы, старших Романовых и эта мысль не грела. Им-то куда Тайку девать? К другим родителям или брату с сестрой вредную девчонку не спихнешь. Яснее ясного – сегодняшний вызов в учительскую не последний.

    Расстроенный Илья посмотрел на часы и предложил:
    – Слушай, давай домой, а? Все равно сейчас ничего не придумаем.
    – Давай, – мрачно согласилась Рита. – Хоть посмотрю толком, что эта паршивка тут написала. И маму нужно подготовить. Опять ведь в школу вызывают. Сколько можно?!
* * *
    – Нет, ты только послушай! – Рита с трудом проглотила остатки котлеты и подняла на брата горящие гневом глаза. – Называется «домашнее» сочинение. Это же просто ужастик! Прогноз-шантаж-натюрэль элементарный. В голове не укладывается!
    – И обрати внимание, – угрюмо кивнул Илья, – все настолько близко к правде, что поневоле задумаешься.
    – К правде? – рассеянно пробормотала Рита. – Какой такой правде?
    Илья промолчал, лишь пожал плечами. А Рита внезапно разозлилась. Отбросила вилку и закричала:
    – Ты что, свихнулся? Считаешь, Тайка не развлекалась, а писала, как есть?
    – Ничего я не считаю, – вяло огрызнулся Илья.
    Он отошел к окну и зачем-то закрыл форточку. Долго возился с заварочным чайником. Резал хлеб. Аккуратно уложил его в хлебницу. Потом, явно пересиливая себя, неохотно буркнул:
    – Слушай, прочти-ка эту дребедень полностью. По новой. – Илья почесал затылок и нервно хохотнул. – А то у меня в учительской от Тайкиного сочиненьица чуть крыша не поехала, почти ничего не запомнил.
    – Сам прочтешь! Тоже, нашел шедевр.
    Илья вернулся за стол и без всякого аппетита поковырял вилкой в своей тарелке. Рита покосилась на хмурое лицо брата и невольно смягчилась.
    – Ладно, если только выборочно. – Она немного помолчала, откашлялась и начала: – Итак, домашнее сочинение на тему «Мои выходные». Ага… вступление… а это чухня обычнейшая… это тоже неинтересно… Вот. Началось. – И предельно монотонно девочка стала читать: – «…Тут прозвенел звонок в дверь. Мама посмотрела на папу, папа на Ильку с Риткой, эти двое уставились на меня, а я показала им язык. А раз все сидели, пошел папа. Если бы не пошел, мама начала бы сердиться, и папина воскресная рыбалка могла бы накрыться. Запросто. Так она тоже накрылась, только папа об этом еще не знал. Иначе бы не пошел, а послал бы Ильку. Или Ритку.
    Это была телеграмма. Такие положено называть печальными, но я врать не буду. У нас никто особо не расстроился. Даже мама. Хотя умерла именно ее бабушка. Но мама слезы лить не стала, а сказала:
    – Умерла наконец старая ведьма!..»
    – Вот поросенок, – не выдержал Илья. – Она эту ерунду на перемене всему классу прочла, представляешь? Мать опозорила…
    – Помолчи, а то читать не буду!
    – Все. Молчу.
    – Ага. Значит, мама сказала… Нет уж, повторять не стану. Дальше что? Вот, слушай…
    Илья терпеливо ждал. Рита снова откашлялась и заунывно продолжила:
    – «…Папа спросил:
    – От кого телеграмма?
    – Без подписи, – ответила мама. – Наверное, соседи отправили.
    – И что? – спросил папа.
    – Да вот, – мама отдала ему телеграмму, – просят приехать, разобраться с вещами. И покупатель вроде бы на дом нашелся.
    Но папа ехать никак не хотел, он мечтал о рыбалке, понятно, поэтому сказал:
    – Да какой там у нее дом? В такой-то дыре!
    Потом они с мамой долго спорили, а мы слушали. Хотя спорили они зря. Ясно же – будет так, как хочет мама. Папа только напрасно время потратил. А зачем, спрашивается? Все равно у него права голоса нет. Хотя вот вы, Ангелина Павловна, нам сказали, что мы живем в демократическом обществе.
    Так что мы в субботу утром поехали в деревню. Перебирать вещички. Вдруг что-то можно взять на память? Так сказала мама. Илька с Риткой не поехали. Заявили, что у них уроки, но это враки. Илька, пока нас не было, как пить дать, все время проторчал за компьютером с новыми игрушками. А Ритка своему Игорьку глазки строила. Только напрасно. Тот западает на Светку Татарникову, я точно знаю…»
    – Вот вонючка, – заскрипела зубами мгновенно покрасневшая Рита.
    Она даже кулаки непроизвольно сжала. Ладно, Тайки дома не было, а то бы ей сейчас от старшей сестры досталось. И как следует! Чтобы язык не распускала. Не писала, чего не нужно. И не зачитывала вслух при всех! Последнее Риту особенно возмущало.
    – Плюнь. Двигай дальше, – угрюмо посоветовал брат.
    Рита бессильно хлопнула кулаком по безвинной тетради и со злостью продолжила:
    – «…А в деревне я узнала, что мамина бабушка действительно была ведьмой. Настоящей. Мне так местные Танька с Олькой сказали. Ее вся деревня боялась. И все остальные деревни тоже. Но лечиться все равно к ней бегали. Она не всегда злой была, мамина бабушка. Иногда и помогала.
    В дом к ней после похорон никто не входил. Мы первые. Она так велела перед смертью. Чтоб, значит, внучка первой вошла. Обязательно. Только вошла не внучка, а я. Мама с папой остались болтать с соседями. А как вошла, поняла кое-что. Это мне ведьма, моя прабабушка, на ушко шепнула. Только не спрашивайте как. Я не знаю.
    Я подошла к полочке и сняла шкатулку. Старую-старую. Деревянную. На ней даже узоров нет, гладенькая и все. И некрашеная. Я достала оттуда колечко. Надела на палец. А дальше – ни за что не догадаетесь! Но раз это сочинение, то я напишу. Ведь взрослые все равно в такое не верят.
    Я стала ведьмой. Ну, или колдуньей. Настоящей. Все, что знала моя прабабушка, я теперь тоже знаю. Правда, пока не все понимаю. Но это – ПОКА. Если честно, не я, а моя мама должна была волшебное кольцо надеть, но это неважно, да? И я – родная кровь! Я – правнучка.
    Там, в шкатулке, еще кое-что лежало, но я завернула все в тряпочку, спрятала в карман и никому не показала. Потому что оно не для простых людей, а для волшебства.
    А теперь я все думаю и думаю, что бы мне такое колдонуть? И какой колдуньей стать? Доброй как-то неинтересно, а злой – не очень хочется. Вот, посмотрю на ваше поведение. А то ведь заколдую. Я даже знаю как. И кого.
    Например, вас, Ангелина Павловна! Чтоб вы меня не спрашивали, если не хочу. И всегда пятерки ставили. Я, правда, и без того на пятерки учусь, но когда сама – неинтересно. Так что сегодня ладно, а с завтрашнего дня вы меня к доске больше не вызывайте, ясно?
    Вредину Лерку заколдую тоже. Чтоб не воображала. Пусть она, как я, рыжей станет! Только сильнее. И веснушек пусть больше. Чтоб не дразнилась.
    А Петька пусть не на Лерку таращится, а на Вальку. Она лучше. Честное слово.
    Училка по рисованию у нас очень вредная, сами знаете, Ангелина Павловна. Поэтому пусть она с завтрашнего дня болеет и в школу не ходит. А то что она вечно на нас орет?…»
    – Кошмар, – Рита картинно закатила глаза. – Вся учительская читала!
    – Ржали, небось, как кони, – проворчал Илья.
    – Как же, ржали, – хмыкнула сестра. – То есть, – поправилась она, – без нас, может, и смеялись, а при нас больше возмущались, сам вспомни.
    – Ладно, давай дальше. Потом обсудим.
    – «…А вот физкультурник у нас – лапушка. Веселый и мне нравится. Поэтому придется вам, Ангелина Павловна, в него влюбиться. Прямо с завтрашнего дня. Зачем тянуть? Он же давно на вас запал, а вы никак не заметите. У нас все девчонки в классе его жалеют. Теперь не будут…»
    – Ну дает! – почти восхищенно помотал головой Илья.
    – «…Я и Ритке своей помогу. – Девочка опять разозлилась, но сдержалась и сквозь зубы продолжила: – Она вообще-то та еще вредина и вечно ко мне придирается, но сестра ведь. Вот ее Игоречек об этой мымре Татарниковой и забудет. И тоже с завтра.
    Я так решила. Пусть этот день, завтра как раз тринадцатое октября, будет первым колдовским. И сочинение я решила зачитать классу.
    А что? Пускай потрясутся как следует! А то думали, раз я рыжая и некрасивая, то можно надо мной смеяться. И дразниться. Будто я виновата, что рыжая. Ничего. Теперь не посмеются. Вот увидите.
    Конец сочинению и да здравствует новая колдовская жизнь! Ура! Ура! Ура!»
    – Ничего себе, разродилась! Прямо не сочинение, а целая книжка. – Илья с надеждой посмотрел на сестру. – Слушай, может маме не показывать? Расстроится же.
    – Ага! – Рита сердито швырнула злосчастную тетрадку на пол. – А вызов в школу? Ее завтра в учительской ждать будут. Завуч зла, как дракон, забыл?
    Старшие Романовы замолчали, размышляя о последствиях выдачи Тайкиного опуса родителям. Илья неохотно буркнул:
    – Ну, про вызов мы можем и сказать. Подумаешь. Не в первый раз. И не в последний наверняка, ты Тайку знаешь. А про тетрадь скажем – потеряли в школе. Мол, так расстроились, что на каком-то подоконнике ее оставили. Похоже на правду?
    – А причина?
    – Какая причина?
    – Ну, вызова!
    – Причину придется назвать. Но тут я ничего страшного не вижу. Своими словами перескажем сочинение, и все.
    – Точно, – оживилась Рита. – И не будем упоминать про «умерла наконец старая ведьма». И про Игоря с Татарниковой.
    – И про компьютер, – поддержал брат.
    – И про отсутствие у папы… Как это? Черт, вылетело!
    – Права голоса? – хохотнул Илья.
    – Ага.
    Новая версия Тайкиного сочинения устраивала Романовых, и брат с сестрой немного успокоились. Рита даже вспомнила про давно остывший обед. С нескрываемым облегчением вздохнула и подтянула к себе тарелку. Илья же с недоумением посмотрел на стоящую перед ним порцию гречневой каши и спросил:
    – А где моя котлета? Я не кролик, одной крупой питаться!
    – Как будто кроликам кто гречку дает, – добродушно хмыкнула Рита. Но пожалела брата и переложила свою котлету ему. – Держи. Я все равно есть не особо хочу.
    О только что съеденной котлете – из тарелки Ильи! – Рита благополучно забыла. Что неудивительно. С Тайкиным безобразным сочинением она вообще не замечала, что ела.

    Некоторое время Романовы молча орудовали вилками. Наконец Рита отодвинула в сторону пустую тарелку и буркнула:
    – Слушай, я опять насчет Тайкиного сочинения….
    – Что еще?
    – Да… Так просто. Хотела спросить, с чем наши из деревни вернулись. Что-то никак не вспомню.
    – А я, думаешь, помню? – искренне удивился Илья. – Мы же не спрашивали. Они только к десяти вечера подъехали, мама нас сразу мыться погнала и спать.
    – А-а-а…
    Илья снова склонился над тарелкой. Рита равнодушно посмотрела в окно. Знакомый пейзаж ее ничуть не заинтересовал, и девочка протяжно вздохнула. Угрюмо покосилась на брата и, слегка покраснев, пробормотала:
    – Как думаешь, Тайка насчет маминой бабушки наврала все?
    – Ты о чем?
    – Ну, про ведьму там или про кольцо.
    – Нашла о чем думать, – рассмеялся Илья. – Это же сочинение. А для Тайки соврать – что чихнуть. Знаешь ведь, она и сама себе верит.
    – Так-то оно так… – неопределенно протянула сестра.
    – Эй, ты чего? – насмешливо фыркнул Илья. – Купилась на эту сказочку?
    – Нет, конечно, – тут же открестилась Рита и смущенно отвела глаза в сторону. – Просто она так серьезно обо всем пишет…
    – Да ладно тебе! Нашла чем забивать голову. Девчонке еще и десяти нет. Мало ли во что она играет?
    – Думаешь, глупости?
    – Естественно.
    Илья скептически посмотрел на сестру: девчонка. Что с нее взять? Постарше, само собой, Тайки и куда спокойнее, но… Трястись начинает из-за любой ерунды!
    Если бы Илья в этот момент мог заглянуть в будущее, он не отнесся бы к Тайкиному сочинению столь легкомысленно.

Глава 2
Первый сигнал тревоги

    Рита стояла перед разоренной косметичкой и медленно закипала от злости: это уж слишком. Все случалось в ее жизни, но ТАКОЕ… На этот раз из косметички исчезли Ритины самые любимые тени. Нежно-сирененевые. С блестками. Французские. Что так шли к Ритиным серо-голубым глазам. Все девчонки это признавали. Пусть неохотно.
    Ну, р-р-рыжая! Рита до боли сжала кулаки, представляя, что сделает с младшей сестрой, как только до нее доберется. Поколотит уж точно! И кудри слегка проредит, Тайке лишь на пользу пойдет. Зар-р-раза!
    Неожиданно Рите стало смешно: наверняка Тайка спрятала ее тени в отместку за вчерашнюю вечернюю разборку с родителями. Из-за сочинения. Вот дурочка! Будто Рита виновата!
    Рита словно увидела перед собой худенькую фигурку сестры, ее забавное остроносое личико, усыпанное веснушками, ярко рыжие мелкие кудряшки и невольно рассмеялась. Ох, и влетело вчера Тайке за дурацкое сочиненьице! Хотя мама и половины не знала. Тетрадку-то Рита с Ильей припрятали. Якобы потеряли еще в школе. И правильно. Тайка там ТАКОЕ понаписала…
    Почему-то больше всего родителей возмутил Тайкин выпад против учительницы рисования. Над остальным они просто посмеялись. А вот то, что Тайка назвала учительницу врединой и пожелала ей болезней, маме очень не понравилось. Она добрых полчаса Тайке объясняла, как это некрасиво. Даже не просто некрасиво, а гадко и жестоко! Желать человеку заболеть?! Как можно?!
    Смешно, но Рита с Ильей младшую сестру прекрасно понимали. Совсем недавно Ирина Васильевна и в их классах всем поголовно двойки за поведение ставила и рисунки крест-накрест перечеркивала. А уж кричала как… Рита недоумевала: не умела она, что ли, спокойно разговаривать? Или просто ненавидела свою работу? Все-то у Ирины Васильевны бездари и тупицы, всех до единого ждало нелегкое и сомнительное будущее. Тюрьмы, колонии или страшная смерть «под чужим забором». А сама-то, сама! Вон малышню до чего довела. Какие сочинения пишут, с ума сойти…

    Рита горестно повздыхала над пропажей. Спрятала подальше разоренную косметичку и все же решила с утра Тайку не задевать. Из осторожности.
    Ну ее! Лучше промолчать, чем окончательно поссориться с младшей сестрой. Тайка страшно вредная. В следующий свой набег запросто может одними тенями не ограничиться.
    Рита озабоченно нахмурилась: фантазии у младшей сестрицы с избытком – на любую пакость хватит. Инциденты уже случались. К сожалению.
* * *
    К искреннему изумлению насупленной Тайки, Рита за завтраком словно воды в рот набрала. Девочка даже засомневалась – видела ли она свою косметичку. Может, нет? Раз молчит как партизан.
    Правда, глаза у Риты сегодня не накрашены. И губы. Но помаду-то она, Тайка, не трогала! И тушь тоже.
    Тайка так и не поняла, заметила ли старшая сестра пропажу драгоценных теней. Зато обошлось без скандала, и из дома Романовы вышли вовремя.
    По дороге в школу Илья поинтересовался у хмурой Тайки:
    – Слушай, забыл спросить. С чем вы из деревни приехали?
    – Будто не знаешь! Будто моего сочинения не читал, – обиженно проворчала девочка, поднимая на брата большие карие глаза, опушенные рыжими ресницами.
    – Ну, то ведь сочинение, – засмеялся Илья. – А меня факты интересуют.
    – Какие факты?
    – Все. Существенные, само собой.
    Тайка неподкупно помотала головой.
    – Я не понимаю!
    Рита хихикнула, но наткнувшись на сердитый взгляд младшей сестры, поспешно спрятала улыбку и старательно закашляла. Дразнить Тайку ей совсем не хотелось. Тем более, перед школой. Мало ли что Тайка, разозлившись, выкинуть может? Им с Илькой что – опять тащиться в учительскую? Нет уж, спасибо! Лучше не связываться.
    – А как ты понимаешь? – не отступал Илья.
    – Задай вопрос, я отвечу, – очень серьезно заявила Тайка. – Если захочу, конечно!
    – Вот пигалица, – добродушно хмыкнул мальчик. – Ладно уж! – Он немного подумал и наклонился к младшей сестре. – Мой первый вопрос: мамина бабушка действительно в той дыре ведьмой считалась или это просто брехня? То есть твой творческий вымысел?
    Рита фыркнула и поспешно отвернулась. А возмущенная Тайка выдернула ладонь из руки брата и, обогнав, перегородила ему дорогу.
    – Что?!
    Илья посмотрел на смешную веснушчатую мордашку, над ней облаком клубились неподвластные никакой расческе рыжие кудри, и невольно рассмеялся:
    – Не обижайся! Это же сочинение. Ты имела полное право выдумывать.
    – Точно. Дать волю фантазии, – авторитетно подтвердила Рита, стараясь не улыбаться.
    Она с недоумением наблюдала за братом, не понимая странного интереса Ильи к полузабытой поездке в деревню. Сам же вчера говорил – глупости все, а сегодня пристал к Тайке с вопросами…
    – При чем тут моя фантазия? – сердито закричала Тайка. – Я правду писала!
    – Да-а? – не выдержав нейтралитета, язвительно протянула Рита. – И про колечко правду? И про колдовство?
    – Правду! – топнула ногой Тайка. – Сами увидите!
    – Ладно-ладно, – Илья украдкой толкнул старшую сестру. И даже приложил палец к губам, предлагая Рите помолчать. – Я верю. Только чего ты злишься? Сама же разрешила вопросы задавать. И обещала отвечать.
    – Но ты ведь читал! Зачем спрашиваешь?
    – Ну, читал. Да как-то плохо помню, – невинно посмотрел на сестренку Илья. – Мне в учительской, если честно, не до твоего сочинения было. Знаешь, как завуч кричала? В ушах звенело! Ритка потом дома таблетки от головной боли пила. Рит, скажи?
    – Ну хорошо, – Тайка смерила брата недоверчивым взглядом и опять протянула руку, – спрашивай.
    – Я уже спросил, – осторожно напомнил Илья и подмигнул Рите. – Про мамину бабку. Помнишь?
    – А-а… – протянула девочка. Некоторое время помолчала, потом гордо заявила: – Она была ведьмой. Настоящей. У нас в роду почти все женщины ведьмы. Понял?
    – Что, и я? – нарочито изумленно захлопала ресницами Рита.
    – Не знаю, – с явным сомнением покосилась на старшую сестру Тайка. – Это надо проверить. – Она тяжело вздохнула и неохотно призналась: – Только я не умею пока.
    Рита по-прежнему смотрела вопросительно. Тайка смущенно буркнула:
    – Ты подожди. Я у кольца спрошу. То есть у бабули. Она обещала ровно год со мной связь держать.
    – Ты с ума сошла! Она же умерла! – возмущенно воскликнула Рита, прерывая поразительные откровения младшей Романовой. – Умерла, понимаешь? Ты соображаешь, что несешь?!
    – Соображаю, – буркнула Тайка. – Я бы чужим и не сказала. Не дурочка. Только вам.
    – Да как же она, чудачка ты эдакая, будет с тобой связь держать?! Она мертва! Ты сама сказала – бабушка умерла! Сама!
    – Ну, умерла, – угрюмо согласилась Тайка, отводя взгляд. – И что? Не может ведь она совсем без ученичества меня оставить? Я ей не чужая, а правнучка.
    Илья с Ритой растерянно переглянулись. Младшая сестра говорила до того серьезно и искренне, что им внезапно стало не по себе. Конечно, оба понимали – Тайка еще та артистка и фантазерка, но это… Это уж слишком! Да и не мог девятилетний ребенок до такого додуматься. Надо же, накрутить – прабабка-ведьма колечко ей оставила колдовское, а теперь обучать ее взялась. После собственной-то смерти! Как ближайшую родственницу и наследницу. Нет, что у девчонки в голове делается?!
    Илья посмотрел на часы и решительно предложил:
    – Вот что, у нас до урока еще пятнадцать минут. Пойдемте-ка в наш скверик. Поговорим. А то мне как-то неуютно. Ты, Тайка, столько наговорила…
    – Ты не волнуйся, – сочувственно улыбнулась младшая сестра. Прижалась веснушчатой щечкой к руке старшего брата и утешила: – Я пока не злая колдунья. Знаешь, бабуля сказала – это от меня зависит. Какой захочу, такой и стану. Только я еще не решила…
    – А сама бабушка какой была? – сдавленно пробормотала Рита, совершенно не зная, как отнестись к тому бреду, что несла сестренка.
    Пока Риту просто удивляло поведение брата, смешила его серьезность и непонятное желание во всем разобраться.
    К чему? Может, Илька просто развлекается? Не клюнул же он на все эти Тайкины бредни? Колдовство, надо же!
    – Бабуля? – переспросила Тайка и задумалась. Потом немного виновато прошептала: – Знаешь, она, наверное, очень доброй не была. Она… всякой была. По настроению. – И, словно оправдываясь, Тайка поспешно добавила: – Но иногда – точно доброй.
    – Ладно, с бабушкой ясно, – фыркнул Илья. – Расскажи-ка нам теперь о кольце. Это мой второй вопрос.
    Илья упал на скамью, усыпанную облетающими со старого клена листьями, и усадил младшую сестру рядом.
    Рита подняла самый большой лист. Посмотрела сквозь него на солнце и улыбнулась: до того ярким багрянцем засветилась пронизанная жилками еще живая ткань.
    – О кольце? – Тайка удивленно посмотрела на брата. – А что о нем рассказывать?
    – Ну… – замялся Илья, – расскажи – какое оно? И что почувствовала, когда надела его на палец?
    – Оно – тоненькое, – неуверенно протянула Тайка. – Темное. То есть темно-серое, почти черное. Так – очень холодное, а на пальце сразу нагревается. Правда, интересно? Есть крохотный камушек. Зеленый.
    Тайка озадаченно сдвинула рыжие брови и некоторое время молчала. Потом растерянно призналась:
    – Дальше не знаю, о чем говорить.
    Старшие Романовы снова переглянулись. Рита, вспоминая вчерашнее сочинение, с любопытством спросила:
    – Что еще в шкатулке лежало?
    Тайке последний вопрос почему-то не понравился. Она нахмурилась и исподлобья покосилась на старшую сестру. Помотала рыжими кудрями и упрямо прошептала:
    – Не скажу. Нельзя. Бабушка не разрешает.
    Рита раздраженно фыркнула:
    – А мама что-нибудь интересное для себя нашла?
    – Не-а. Она и в дом толком не заходила.
    – Почему? – удивленно и практически хором воскликнули старшие Романовы.
    Тайка очень серьезно пояснила:
    – Соседи-то нам телеграммы не отсылали. И покупателей никаких на дом не было. А старая Мария еще и сказала маме, что это все колдунья устроила. Ну, с телеграммой. Заманивала, мол, таким образом нас сюда. Папа сильно смеялся, а мама почему-то испугалась. Она и меня потом в дом не пускала. Только поздно. – Тайка смешно развела руками.
    – Ничего себе, – озадаченно пробормотал Илья. – Сказочка для детей младшего школьного возраста. Перед сном не читать. – Он немного помолчал и вдруг вкрадчиво спросил: – А сама как думаешь? Кто телеграмму нам послал?
    – Соседка, – ни секунды не сомневаясь, ответила девочка.
    – Так что же она отказывается? – возмущенно воскликнула Рита. – Маму вон напугала!
    – А она не помнит, – безмятежно отозвалась Тайка. – Бабушка велела, вот она и отправила. Бабушке это запросто.
    Рита недоуменно приоткрыла рот:
    – А зачем?
    – Вот глупая какая, – сердито посмотрела на нее младшая сестра. – Хорошо, что я первой в дом зашла, не ты.
    – Я вообще туда не ездила, – огрызнулась Рита и упрямо переспросила: – Так зачем старой ведьме телеграмма понадобилась?
    – Не понятно разве? – удивилась Тайка. – Она хотела, чтобы мама в дом вошла. И колечко надела. Тогда бы мама ведьмой стала, а не я. И не соседка какая-нибудь. – Тайка немного подумала и добавила: – Ведь они одной крови, и у мамы способности есть. Бабушка знала. Ей ученица нужна была. Срочно.
    – И что, – ехидно посмотрела на завравшуюся сетренку Рита, – эта самая бабушка-прабабушка теперь довольна?
    – Не очень, – невольно вздохнула девочка. – Я маленькая еще. Бабушка говорит: со мной трудно работать. Я… это… в сказки слишком верю. Ей мешает.
    – Что в сказки – эт-то точно, – хмыкнула Рита.
    Она скинула на землю целую охапку ярких листьев и засмеялась. А бросив нечаянный взгляд на часы, вдруг испуганно воскликнула:
    – Слушайте, без пяти! А ведь у нас, Илька, первой физкультура сегодня! Забыл? Сожрет же Горыныч! Без соли и перца! И не подавится! Рванули, а?
    Илья невнятно ругнулся сквозь зубы и скомандовал:
    – Так, девчонки, руки в ноги и бегом!
    Он действительно припустил к школе, и с приличной скоростью. Маленькая Тайка, еле-еле поспевая за братом, пискляво выкрикнула:
    – Не беги! Он и не заметит, что вы опоздали! Честно!
    – Ну нет, малыш, – пропыхтел Илья, прибавляя ходу и даже не оборачиваясь. – Мне сто отжиманий не осилить. Я на тридцатом сдыхаю.
    – Ага, – хихикнула длинноногая Рита, без особого труда держась впереди всех. – И Мариночка смеяться будет!
    – Так что сама понимаешь, опаздывать нам нельзя. Никак.
    Тайка, пытаясь не отставать, лишь беспомощно пробормотала:
    – Ну, не заметит же! Обещаю.
    Однако старшие брат с сестрой ее не слышали.
    ПОКА.
* * *
    Как ни спешили Рита с Ильей, на физкультуру они все же опоздали. Оба. Пулями вылетев из своих раздевалок, они столкнулись уже у дверей спортзала.
    Брат с сестрой хмуро переглянулись: допрыгались. Бодрый голос Горыныча размеренно отсчитывал:
    – Двадцать, двадцать один, двадцать два…
    – Петро влип, – угрюмо констатировал Илья. – Он как раз передо мной из раздевалки вышел. Уже потеет, бедолага.
    В зале над чем-то дружно рассмеялись. Рита тяжело вздохнула.
    – Спекся Петька!
    Брат с сестрой снова обреченно переглянулись. Они прекрасно понимали: медлить не имело смысла. А уж прогуливать… Ну нет, они не камикадзе! Все старшеклассники отлично знали: прогул одного-единственного урока физкультуры чреват недельными общественными работами на благо родного спортзала. В этом направлении фантазия Горыныча беспредельна. Перечень необходимых работ занимал у него целую тетрадь! На армию прогульщиков хватило бы.
    Илья преувеличенно бодро улыбнулся расстроенной сестре и тихонько открыл двери. А дальше…
    Дальше началось нечто абсолютно непонятное. Из области фантастики. Романовы не ошиблись: в центре зала действительно делал последние попытки отжаться несчастный Петька. Над ним стоял довольный представлением Горыныч. Класс, выстроившийся вдоль стены, полусочувственно наблюдал за товарищем. Хоть раз на Петькином месте побывал каждый. И все же смеялись. Невольно. Уж очень потешно уставший Петька дергался! Главное, не сдавался. Ужасно не хотелось Петьке сегодня вечером отрабатывать свое опоздание. Вот и держался. Услышав скрип двери, Горыныч невидяще скользнул взглядом по Романовым. Затем ткнул пальцем в потного Петьку и удовлетворенно хмыкнул:
    – Ну, Стрепетов, будешь делать следующую попытку или займемся с тобой после уроков матами? Они давненько нуждаются в чистке!
    Илья с Ритой изумленно замерли. По их горькому опыту – Горыныч должен уже забыть о Петьке. И восторженно переключиться на следующих опоздавших. Риту передернуло: заснул он, что ли? Или что-то особенное для них с Илькой приготовил? Например, мытье громадных, во всю стену, окон. Тогда лучше повеситься!
    Брат с сестрой растерянно топтались у входа, не решаясь встать в строй. В любую секунду они ждали язвительного окрика физрука. Коварный Горыныч явно собирался поразвлечься, иначе бы не оттягивал.
    Еще и Игорь Савченко повел себя странно. Заметив Илью с Ритой, он вдруг покраснел и засуетился. Спрятался на спинами ребят и усиленно замахал руками, подзывая Романовых.
    Рита жарко вспыхнула. Илья угрюмо посмотрел на нее и встревоженно прошептал:
    – Помнишь, что Тайка сказала?
    – Что? – не поняла сестра.
    Она не сводила изумленных глаз с высокого темноволосого мальчишки. Игорь едва ли не в первый раз в этом учебном году обратил на Риту внимание!
    – Дуреха, – проследив за ее взглядом, прорычал Илья. – Забудь на секунду о Савченко!
    Рита вздрогнула и непонимающе обернулась к брату. Глаза ее показались Илье круглыми и младенчески чистыми.
    Илья дернул сестру за руку и прошипел:
    – Тайка сказала, что Горыныч нашего опоздания не заметит! Помнишь, нет?
    – Э-э… Ну и что? – пролепетала Рита.
    Ее взгляд – мечтательный и отсутствующий! – снова был обращен на Игоря. Брата она вряд ли слышала.
    Илья безнадежно махнул рукой и почти демонстративно пошел в строй. Рита, задумчиво улыбаясь, машинально поплелась за ним. Одноклассники с интересом наблюдали за перемещениями Романовых. Они даже смеяться перестали. И не понимали, что происходит. Свирепый Горыныч будто оглох и ослеп. Он по-прежнему следил за Стрепетовым, делающим очередную попытку отжаться. И отсчет Горыныч вел сегодня как-то вяло, совершенно не так, как всегда.
    Илье было не по себе. Сильно не по себе. Странные слова младшей сестры вертелись в голове, Илья не знал, что и думать. Чувствуя себя полнейшим кретином, Илья решил все же провести небольшой эксперимент. Просто чтобы исключить всякую случайность.
    Глупо, конечно! Забавное совпадение и все. Но…
    Илья поспешно толкнул Риту в строй. Сам столбом встал посреди зала и громко, мучительно закашлял. На его почти чахоточный кашель Горыныч все же отреагировал. Вздрогнул, поднял на мальчика затуманенные, неприятно пустые глаза и раздраженно рявкнул:
    – Романов! Если простыл, марш в медпункт! Нечего тут класс заражать! Бациллы, понимаешь ли, распускаешь…
    И опять склонился над Петькой. Багровым, вспотевшим и несчастным. Лежащим на полу – измученный Стрепетов торопился перевести дыхание!
    Ребята недоуменно переглянулись. Потрясенный Серега Фомин шлепнул Илью по спине и почти в полный голос воскликнул:
    – Ну и повезло вам с Риткой! Заснул, что ли, Горыныч? Или заболел, как думаешь?
    – Сам поражаюсь, – пробормотал Илья.
    И встревожено подумал: «Кошмар. Не хватало, чтобы я из-за старого маразматика в колдовство поверил. Но надо же, как совпало…»

Глава 3
«Запал» ли Игорь?

    Илья Романов давно заметил – как начнешь день, так его и закончишь. Если пошла темная полоса, хоть из дома не выходи. Кроме неприятностей ничего не получишь.
    Вот и сегодняшний день из таких. С самого утра все пошло наперекосяк: зачем он только привязался к Тайке по дороге к школе? Не зря говорят: «Многие знания – многие печали». Что ему теперь делать? Он угрюмо усмехнулся: да уж, неплохо начался денек! Обнадеживающе.
    Для начала Тайка наговорила всяких кошмариков. Затем совершенно дурацкое обещание, Тайка выкрикивала его Илье в спину, когда пыталась догнать. Дальше хуже: невероятный случай на уроке физкультуры – внезапно ослепший и оглохший Горыныч! Илья чуть не свихнулся, пытаясь убедить себя – это случайность. Казалось бы, куда больше? Для одного неудачного дня вполне достаточно неприятностей и загадок. Но куда там!
    Он уже третью перемену подряд наблюдал за родной сестрицей и Игорем: Савченко не отходил от Риты ни на шаг. Крутился рядом под различными предлогами.
    Илья не знал, что и думать. Поведение единственного друга всерьез озадачивало. А уж если вспомнить злосчастное Тайкино сочинение, впору за голову хвататься.
    Илья хмуро покосился на приятеля: с ума сойти! Сочинение сочинением, но Савченко только что подвалил к Ритке со своей тетрадью по алгебре. Якобы какая-то задачка у него не получилась. Это у Савченко-то! Призера городской олимпиады по математике. Гордости школы. Нашел, тоже, предлог!
    Смешно, но сестрица, сама списавшая задачу – действительно довольно сложную – у него, у Ильи, с умным видом что-то пыталась объяснять. И Савченко внимал. Ясно – издевался!
    Савченко сегодня, как угрюмо отметил Илья, глаз с Риты не сводил. Ни на секунду. И взгляд Игоря казался умильным и преданным, как у собаки. Только что хвостом Савченко не вилял. По причине отсутствия.
    Нет, что делается!
    Мрачные размышления Ильи прервала Света Татарникова. Она довольно давно считалась подругой Савченко, понятно, необычное поведение Игоря ее сильно задевало.
    – Что это с ним? – небрежно бросила Света, останавливаясь рядом. – С чего это Савченко вдруг к твоей сестрице прилип?
    Илья сочувственно посмотрел на раздраженно кривящееся личико первой школьной красавицы и неохотно буркнул:
    – Я знаю? Сам не пойму.
    Татарникова присела за его парту.
    – Клеится к ней с самого утра!
    Илья равнодушно пожал плечами. Света открыла его тетрадь по физике и вкрадчиво поинтересовалась:
    – Может, они давно встречаются? Просто я не в курсе?
    – Я тоже.
    Илья перехватил недоумевающий взгляд Татарниковой и коротко пояснил:
    – Не в курсе.
    – Надо же, бедненький, с математикой, видите ли, не справился, – ядовито прокомментировала Света. – Получше предлога не смог найти!
    – Тебе-то что? – примиряюще фыркнул Илья. – Покрутится и отвалит. Не Ритке с тобой конкурировать.
    – Эт-то уж точно, – ядовито прошипела Света. – Куда ей, рыжей…
    Илья внимательно посмотрел на сестру и неожиданно для себя обиделся. Какая же Ритка рыжая? Это ведь не Тайка. Ритка… ну, может, чуть и с рыжинкой. Самую малость. Зато глазищи какие синие! Почти фиолетовые. И громадные. Не чета Светкиным бледно-голубеньким.
    Он ехидно отметил:
    – Ну, рыжая или не рыжая, а Игорьку, как видишь, в цвет. Да и мордашка у Ритки, если присмотреться, поинтереснее твоей. С изюминкой!
    – Если присмотреться! – презрительно парировала Татарникова.
    Илья проводил взглядом злющую Свету и тяжело вздохнул. Она направлялась прямиком к группе девчонок, болтающих о чем-то у окна. «Сейчас трепаться начнет, точно! Бедная Ритка…»

    Надо сказать, старшие Романовы попали в один класс лишь из-за упрямства Ильи. Он когда-то наотрез отказался идти в школу без младшей сестры. Действительно, разница между Ильей и Ритой всего в год. Совсем немного! К тому же, Рита читала и считала в свои неполные шесть лет ничуть не хуже старшего брата. Стихов наизусть знала уж точно побольше. Почему она должна остаться дома?
    И родители смирились. Папа немного побегал, но все устроил. Уговорил директрису принять брата с сестрой в один класс. Ведь ребята всегда дружили. А уж появление в доме маленькой сестренки их вообще сплотило. Тайка и в свои два годика отличалась редкой изобретательностью, держать оборону совместно оказалось намного проще.
    Илья какое-то время понаблюдал за упоенно шушукающимися – математика самая подходящая тема! – Савченко с Ритой и снова угрюмо задумался. Он чуть ли не впервые в жизни растерялся. Чувствовал себя полным кретином! Понятно, если бы не Тайкино сочинение и не странный случай на уроке физкультуры, Илья никогда бы не обратил внимания на авансы Игоря. Подумаешь!
    Илья прекрасно знал, что сестре Игорь Савченко нравился чуть ли не с первого класса. Временами они даже дружили. Правда, постоянно ссорились, и дуэт распадался. На время. Последний раз это случилось года два-три назад. Они тогда учились в шестом. Или в седьмом? А-а, какая разница! Главное, Савченко с тех самых пор обхаживал Свету Татарникову. Небезуспешно. Ссора с Риткой как-то затянулась. И вот пожалуйста: такой резкий поворот на сто восемьдесят градусов! Именно сегодня. После Тайкиного обещания – в сочинении! – их помирить. Опять совпадение?
    Услышав звонок, мрачный Илья угрожающе навис над Игорем. Весьма ощутимо двинул приятеля в спину и прорычал:
    – Слушай, ты, Казанова, может, пойдешь все-таки на свое место? А то сейчас Макаровна завалится. – И, не выдержав, съехидничал: – Или до сих пор не понял задачу?
    Однако старался Илья совершенно напрасно. Влюбленный Савченко сарказма не уловил. Поднял на секунду шалые, непонимающие глаза, а затем снова преданно уставился на Риту. На вопрос Ильи он не обратил ни малейшего внимания. Может, и вовсе его не слышал.
    Илья невольно хмыкнул и с интересом глянул на сестру. Рита, к счастью, невменяемой не казалась. Поэтому покраснела и суетливо начала рыться в своей сумке. В поисках той самой ручки, что давным-давно лежала перед ее носом.
    Илья бросил выразительный взгляд на часы и шумно вздохнул. Рита с Игорем даже не дрогнули. Чувствуя себя невидимкой, он собрал свои вещи и нехотя пошел на место Савченко. Не драться же с идиотами!
    Новоиспеченная парочка восприняла его исчезновение как само собой разумеющееся. Зато Света Татарникова встретила нового соседа в штыки. Зашипела змеей:
    – Ты куда?!
    И как наседка растопырила руки над савченскими учебниками.
    – Не видишь, что ли? – Илья раздраженно упал на стул. – Тоже оглохла и ослепла? В школе эпидемия, не иначе…
    Мальчик небрежно смахнул вещи Игоря в спортивную сумку и перекинул ее к собственному столу. На этот раз его действия соизволили заметить. Рита что-то шепнула, и Савченко машинально подтащил сумку поближе к себе.
    Света вспыхнула. Илья пожал плечами и буркнул:
    – Если сможешь согнать своего Игорька с моего места, тут же уйду. Я не смог. Каюсь. Бездарен.
    Светины губы задрожали. Илья сочувственно добавил:
    – Да выбрось его пока из головы. Что я, Ритки не знаю? Они через пару дней поссорятся, гарантирую. – Илья засмеялся. – Моя сестра упряма как мул! Ее подолгу один я выдерживаю…
    – Не понимаю, – прошептала Света. – Еще вчера вечером все было нормально. А сейчас посмотри на него…
    Илья посмотрел и снова пожал плечами. Света немного помолчала и пожаловалась:
    – Мы сегодня к Наташке должны идти. На день рождения. Вместе. А теперь как же?
    – Он тебя приглашал? – деловито уточнил Илья.
    – Ну да, – вздохнула Светлана. – Позавчера.
    – Значит, пойдет. Куда он денется?!
    В класс вошла Евгения Макаровна, и все разговоры закончились. Тишина на уроках алгебры и геометрии была полной. Всегда. Ребята даже не шептались.
    С математичкой девятиклассникам не повезло. Или наоборот? Евгения Макаровна Шевелева – из породы диктаторов. К тому же она тряслась над каждой секундой своего урока и с неугодными расправлялась предельно просто. Нравоучительных лекций никому не читала, дневников не требовала, директору и родителям не жаловалась. Она просто выставляла из класса. А на следующий урок выдавала провинившимся карточки с заданиями. Именные. И преимущественно на новые темы.
    Самый высший балл в этом случае – и ему радовались даже такие асы, как Илья и Игорь – тройка. Двойку же приходилось исправлять неделями. Здесь Евгения Макаровна жалости не знала.
    Илья сегодня слушал новую тему невнимательно, хотя обычно любил уроки математики. Просто не мог переключиться. Смешно, но его по-прежнему мучило странное и нелепое сочинение младшей сестры. И сегодняшние события. Кое-какие параллели… Глупости, конечно! Он ругал себя последними словами, но никак не мог выбросить из головы Тайкины фантазии об умершей бабушке-ведьме, деревянной шкатулке и таинственном колечке. Да и как он мог забыть о колдовстве, о забавных угрозах и прожектах Рыжика? Тем более Ритка-то с Игорем… На его глазах…
    «Интересно, – подумал вдруг Илья, – а что там с учительницей рисования? Тайка вроде бы обещала, что Ирина Васильевна с сегодняшнего дня в школе не покажется. Проверить, что ли?» Мысль показалась совершенно абсурдной, но избавиться от нее он так и не смог. Промучился до конца урока и решил для себя: если эта мымра, то есть Ирина Васильевна, сегодня на месте, то… Он забудет обо всем и больше не станет дергаться. Значит, все остальное – случайности, дурацкие совпадения.
    А если нет, если учительница действительно заболела… Что тогда?
    Нет, такого просто не могло быть! Легче представить, что Илья сам потихоньку сходит с ума!

Глава 4
Очень невовремя сломанная нога

    Едва дождавшись звонка, издерганный за день Илья почти бегом бросился к флигелю, где занимались младшие классы. Ему хотелось еще раз расспросить сестру о поездке в деревню. И о некоторых пунктах сочинения. Может, он все придумал? И ничего такого Тайка о сестре и Игоре Савченко не писала… Но, как Илья ни спешил, саму Тайку, к сожалению, не застал. Малышей успели распустить по домам.
    Илья долго раздумывал, у кого бы узнать о судьбе учительницы рисования. Так, чтобы не вызвать подозрений. Ничего ценного в голову не приходило: Кононова в их классе давно не преподавала, Ирине Васильевне доверяли лишь малышей. Как всерьез подозревал Илья, по единственной причине: подростки с ее характером вряд ли бы стали мириться. Уж в девятом классе Кононова точно не выжила бы! Хотя когда-то она преподавала в школе и черчение.
    Горыныч, Макаровна, свирепая англичанка и биологичка Фатима – тоже, конечно, не подарки. Но они профессионалы. И к ученикам относятся по-другому. Как к равным. Пусть – младшим по возрасту. Но как к личностям. Поэтому и наказывают. Однако никогда не оскорбляют.
    Кононова же – кошмар. По полкласса за урок до слез доводит. Тройка у нее – высший балл. Независимо от качества рисунка. Пятерки она ставит только редким любимчикам. Тем, кто в рот заглядывает и сидит на уроках как мышь.
    Тайке у Кононовой наверняка туго приходится. С ее-то характером!
    Илья покрутился около учительской, но никого из знакомых не встретил, старшеклассники обычно во флигель не ходили. А учителей младших классов Илья практически не знал.
    Когда прозвенел звонок на следующий урок, Илья махнул рукой и решил не усложнять себе жизнь. Не зря же сюда тащился. Он угрюмо ухмыльнулся: подумаешь, наорет на него Кононова еще разок! Перетопчется как-нибудь. Зато всю Тайкину галиматью из головы выбросит. Решился и осторожно толкнул дверь учительской. Сунул туда голову, слегка зажмурился в ожидании злого окрика – за Кононовой не заржавеет! Давненько Илье никто не расписывал, до чего доводит парня его возраста подобное поведение. Сейчас драгоценнейшая Ирина Васильевна постарается. С ума сойти, Илья даже ее имени до сих пор не забыл, вот это довела!
    Однако никто на Илью не накричал, напрасно он трусил и жмурился. Кононовой просто не было в учительской.
    Илья расстроился. Прогулялся немного по коридору и, подумав, снова заглянул в учительскую. К счастью, на этот раз на месте оказался Ванечка. То есть, Иван Романыч. Он вел у малышей уроки физкультуры и слыл общепризнанным любимцем. Особенно у девчонок. Молодой, высокий, плечистый… К тому же веселый и дружелюбный! «Рыжик в своем сочинении, кажись, назвала его лапочкой», – хмыкнул про себя Илья.
    В учительской кроме Ванечки никого не оказалось, Илья вздохнул с облегчением: это обнадеживало. С ним всегда можно договориться.
    Наконец Илья решился и шагнул внутрь. Не вечность же торчать под дверью! И без того Илья, считай, сейчас прогуливал урок. Из-за дурацкого Тайкиного сочинения!
    Иван Романыч заметил его и улыбнулся.
    – А, Романов! Если за сестрой, то опоздал. Я их сегодня пораньше отпустил. По телику, – учитель подмигнул мальчику, – какие-то диснеевские мультфильмы повторяют, старые. – Ванечка посмотрел на часы. – Уже начались. Так что отлавливай сестру у экрана. – Он добродушно хохотнул: – Твоя Тайка, кстати, и возглавляла банду просителей!
    Илья отмахнулся от объяснений.
    – Да я не за этим, Иван Романыч.
    – А зачем? – удивился тот. – Я вроде бы на твою сестру пока не жаловался.
    – Знаю, – вздохнул Илья. – Зато вот Ирина Васильевна… – Мальчик чуть помолчал и, собравшись с силами, выпалил: – Поговорить бы мне с ней, Иван Романыч. О Тайке.
    – Ах, Кононова!
    – Ага. Увидеть бы мне ее.
    Молодой физкультурник смешно пошевелил бровями и усмехнулся:
    – Тут, братец ты мой, могу тебя порадовать. Кононовой теперь на твою сестрицу долго жаловаться не придется!
    – Почему? – испуганно спросил Илья.
    Его сердце внезапно преисполнилось мрачнейших предчувствий и забилось как сумасшедшее. У Ильи даже испарина на лбу выступила, и ноги в коленях ослабли. Он ухватился за спинку стула и лишь поэтому устоял на ногах. Во всяком случае, обомлевшему Илье именно так показалось.
    – А она сегодня утром ножку сломала, – очень нежно пояснил физкультурник.
    – К-как сломала?!
    – Очень просто. Понимаешь, Романов, перелом. Сложнейший, как нам сообщили. В двух местах. Э-э… открытый, по-моему.
    Илья упал на стул. Ванечка потер руки и бодро сказал:
    – Так что она в больнице. И скоро оттуда не выйдет, это я тебе гарантирую.
    – Н-но ведь не скользко еще, – пробормотал Илья, растерянно глядя на учителя.
    Тот хмыкнул:
    – Это так. Но ты не учитываешь другого…
    – Другого? – непонимающе пролепетал Илья.
    – Ну да, – почти весело воскликнул Ванечка, – банановой кожуры, например. Ковар-р-рнейшая штучка, доложу я тебе! Какой-то благодетель прямо у ее подъезда бросил…
    Илья ахнул. Ванечка спохватился, слегка напряженно покосился на входную дверь и поспешно поправился:
    – Я имел в виду – хулиган. Разбрасывают, понимаешь ли, всякий мусор на улицах! Урн им не хватает…
    «Знаю, что ты имел в виду, – мрачно подумал Илья и вяло удивился: – Надо же, и учителей достать сумела. Ну и Кононова…»
    И поплелся к двери, почти не слыша Ванечкиного прощального напутствия:
    – Не вешай носа, Романов! А если хочешь послушать жалобы на свою Тайку, можешь навестить Ирину Васильевну. Она в третьей городской, в хирургическом. Дашь ей, бедолаге, выговориться…

Глава 5
Смоляная куколка

    Встревоженный Илья ни с кем своими сомнениями не поделился. Даже с Ритой. Не решился просто. Уж слишком по-дурацки все прозвучало бы. Глупо выставлять себя полнейшим идиотом.
    К тому же Риту после примирения с Игорем Савченко будто подменили. Настоящая спящая красавица, а не Ритка Романова! Бродила по квартире, напевала самые примитивные мотивчики и смотрела на все предельно рассеянно. Не читала, не сидела у телевизора, не подходила к компьютеру – спала с открытыми глазами.
    Рита даже не сообразила, что ушлый Рыжик выудила из ее косметички новую губную помаду! И Тайкиной «боевой раскраски» не заметила.
    Илья прекрасно понимал: рассказывать что-либо сестре бесполезно. Она грезила наяву. И на брата смотрела не видя, будто он прозрачный. Сталкиваясь в коридоре, странно улыбалась и тянула: «А-а-а, это ты…»
    После уроков Илья попытался поговорить с Ритой о внезапной болезни Кононовой, но сестра его не услышала. Или не захотела услышать. Кивнула и пробормотала отстраненно:
    – Я тоже рисование не любила. Повезло Тайке.
    Ненормальная! Совершенно забыла о Тайкином сочинении. И об уроке физкультуры. А уж финт с Игорем Савченко… Ритка наверняка приняла его влюбленность за чистую монету! Илья озабоченно сдвинул брови: разве ей скажешь сейчас о своих подозрениях? Не поймет. Или засмеет. Третьего не дано.
    Когда отец занял место у компьютера, Илья окончательно затосковал. Новая «игрушка» означала: главу семьи сегодня из-за стола можно вытащить лишь силой. Отец прилипал к монитору намертво, от компьютера его могла отогнать только мама. Или Тайка. Тут Романов-старший давал слабину.
    Бессовестная Тайка из отца веревки вила! Впрочем, из брата тоже. Илья не умел ей отказывать.
    Так и вышло, что заняться вечером Илье оказалось нечем. Вот он и надумал порыться в Тайкиных вещах. Раз уж в детской пусто. Илья отлично знал: младшая сестра убежала на улицу и раньше ужина вряд ли появится.
* * *
    Времени терять Илья не любил. Поэтому проверил, где находятся домашние, и пошел в Тайкину комнату.
    Выдвинув ящики Тайкиного стола, он невольно присвистнул: ну и ну! А мама их с Риткой за неаккуратность гоняет. Посмотрела бы лучше, что у Тайки творится. Давненько Илье подобного видеть не приходилось. Или дело в возрасте? Бедлам страшнейший!
    Только в верхнем ящике, куда так неосторожно залез Илья, им были обнаружены: школьные тетради старые и новые; поломанные и изгрызанные ручки, карандаши и фломастеры; две библиотечные книги, несколько ластиков, целые горы жвачек и упаковок из-под них, старые игральные карты, тьма самых причудливых заколок и резинок для волос, комок спутанной разноцветной тоненькой проволоки, наклейки из журналов, батарейки, конфетные фантики…
    Другие ящики выглядели не лучше. Однако ничего интересного для себя Илья в них не нашел.
    С сомнением осмотрев комнату, Илья решил поискать содержимое шкатулки прабабушки еще и в коробках с игрушками. Уж туда-то, кроме Тайки, точно никто не заглядывал. Самый лучший тайник.
    И оказался прав. На самом дне второй коробки, под пластмассовыми кубиками Илья нащупал небольшой плотный пакет и мгновенно понял – ОНО. Мальчик воровато оглянулся на дверь и осторожно выудил сверток.
    Рассматривать находку в детской Илья не рискнул. Вдруг показалось, что в коридоре скрипнула половица. Илья застыл: Ритка? Сползла наконец с дивана и выключила музыку? А если мама? Почему-то не слышно, как она гремит на кухне посудой. Может, пошла вытирать пыль? По комнатам? И как раз идет сюда? Или отец прекратил игру и бродит по квартире? Сейчас заглянет к Тайке и спросит, что он здесь забыл…
    Илью бросило в дрожь, он чувствовал себя чуть ли не вором. Стоял посреди детской с Тайкиными сокровищами в руке и в панике таращился на дверь. Но ему повезло. Тишину ничто больше не нарушало.
    Он сунул плотный сверточек в карман и не спеша побрел к ванной. Она казалась единственным местом в квартире, где можно наверняка уединиться. И куда никто не ворвется с воплем: «Илька, ты занят?», «Поговори со мной!» или «Пора обедать!».
    Илья включил воду и запер за собой дверь. Постоял, напряженно прислушиваясь, и осторожно развернул яркую полотняную тряпицу. Пальцы дрожали от волнения. Илья сам не знал, что ожидал увидеть.
    Ну колечко, его-то Тайка довольно подробно описала. А что еще? Брошки? Бусы? Цепочки золотые? Косметику какую-нибудь? Что хранят женщины – пусть старые – в своих шкатулках?
    Илья едва не уронил сверток в ванну! Потому что первой на глаза мальчику попалась не старинная брошка, а небольшая куколка из липкой темной смолы. Эдакий голый пузатый пупс. Самого отвратительного вида. Илья положил пеструю тряпку на стиральную машину и осторожно взял странную фигурку.
    Он озадаченно сдвинул брови: она была сделана каким-то умельцем весьма условно. Грубой лепки голова, непропорционально короткие руки и ноги, неуклюжее и какое-то бесполое тельце… Перевернув смоляного уродца, удивленный Илья заметил вдавленную в затылок прядь пережженных пергидролем кудрявых волос. Он брезгливо поморщился: ну и гадость! И лишь после этого обратил внимание на неестественно вывернутую правую ножку зловещей игрушки.
    Илью внезапно замутило. Вдруг показалось, что именно ТАКИЕ волосы у Тайкиной учительницы рисования. Хорошо бы, он ошибался.
    Илья побрызгал на горевшее от возбуждения лицо холодной водой. Посмотрел на себя в зеркало и подумал: «Интересно, КАКУЮ ногу сломала Ирина Васильевна? Правую или левую? Жаль, сразу не спросил у Ванечки…»
    Он помотал головой, отгоняя наваждение, и чертыхнулся. Надо же, какие глупости на ум приходят. Не хватало, чтобы и в самом деле крыша поехала. После дурацкой находки.
    Илья прошептал своему отражению в зеркале:
    – Подумаешь, кукла. У любой маленькой девчонки их десятки. Пусть даже из смолы одна. Может, Тайка сама ее слепила? На уроках труда, например.
    Илья представил перемазанных смолой третьеклассников и устало признал: это вряд ли. Если только Тайкина учительница страдает мазохизмом. После такого урока малышей проще убить, чем отмыть.
    Илья дотронулся пальцем до чужих волос и, утешая себя, подумал: «Эту белесую прядку могла приклеить еще прабабка. Почему нет? Сейчас чуть ли не половина женщин волосы обесвечивает. Сплошные блондинки вокруг…»
    Илья раздраженно сунул страшненькую куклу на место – с чего он взял, что она имеет хоть какое-то отношение к Кононовой?! – и с невольным интересом стал рассматривать остальное содержимое свертка.
    Кроме смоляного пупса, там находились: тоненькое колечко с крошечным зеленым камешком; круглое, небольшое, довольно тусклое зеркальце, к изумлению Ильи, оно ничего не отражало; несколько полотняных мешочков с травами; какой-то амулет на потертом, до предела засаленном кожаном ремешке; набор серебряных иголочек с темными камушками на концах; монисто с неприятного вида деревянными фигурками и крупный янтарь, отполированный лишь с одной стороны.
    В нем пораженный до глубины души мальчик увидел фрагмент почти человеческого глаза. Этот глаз с потусторонним ужасом взирал на него, и обомлевшему Илье вдруг показалось, что голое розоватое веко мигнуло!
    Илья вздрогнул и выронил янтарь. А потом торопливо завернул все безделушки в тряпицу и задумался.
    Конечно, о колдовстве Илья кое-что читал. И слышал. Да и ужастиков на эту тему достаточно насмотрелся. Но все подавалось в общем-то как фантастика. И в книгах, и в фильмах. Верить в колдовство казалось сумасшествием. Илья и не верил. И сейчас не хотел. Поэтому и пожалел, что полез в Тайкины игрушки.
    «Говорят же: любопытство до добра не доводит, – мрачно думал он. – Сидел бы сейчас спокойно у себя, музыку слушал, а не ломал голову над черти чем…»
    Вспомнив Тайкин рассказ, Илья с некоторым сомнением выудил из свертка колечко. И раздраженно отметил: оно выглядело именно так, как девочка описывала. Темно-серое, с крошечным зеленым камнем и жутко холодное. Хотя Тайка, кажется, уверяла – на пальце оно быстро нагревается.
    Илье неожиданно захотелось проверить. Но как ни старался, надеть Тайкино кольцо на палец он так и не смог. И не понимал – почему. Внешне оно маленьким не казалось.
    Решив нагреть упрямое колечко по-другому, Илья сжал его в ладони. Хватило мальчика минуты на две-три, не больше. Потому что правая кисть внезапно начала неприятно неметь. Странное онемение поднималось все выше и выше, теперь Илья не чувствовал собственной руки чуть ли не по локоть. И мертвенное онемение довольно быстро продолжало ползти к плечу.
    Проклятое же колечко нагреваться вовсе не собиралось! Мало того, Илье вдруг показалось – если от безделушки срочно не избавиться, опыт плохо закончится. Он просто останется без руки!
    Решив прекратить опасный эксперимент, Илья попытался бросить кольцо, но не смог. Онемевшие пальцы совершенно не слушались. Он вообще не мог ими пошевелить!
    Мальчик запаниковал. Такого с ним еще не бывало – совсем не чувствовать свою кисть! Не чувствовать даже леденящего холода от жуткого колечка!
    Илья усилием воли заставил себя успокоиться. Посчитал до пятидесяти и попробовал действовать левой рукой. Она-то пока подчинялась. Он с трудом разжал оцепеневшие пальцы правой. Выронил на пол проклятое кольцо и с облегчением вздохнул: получилось. И принялся массировать пострадавшую кисть. Как к протезу прикасался. Или к деревяшке. Лишь через несколько минут почувствовал, что рука постепенно оживает.
    – Ну и колечко, однако, – ошеломленно пробормотал он. – Второй раз трогать не захочешь. Как только Тайка его надевает? Еще болтает, что нагревается…
    Илья буквально заставил себя поднять страшное кольцо. Потом осторожно завернул пакет и, спрятав его в карман, вышел из ванной. Желание экспериментировать у него пропало начисто. По крайней мере на сегодня.
    Илье повезло: Тайка еще не вернулась. Носилась где-то во дворе, Илья и из коридора слышал ее ликующие крики. Зато он почти сразу же наткнулся на Риту. Она топталась у столика и гипнотизировала молчащий телефон.
    Илья невольно фыркнул: интересно, что Ритка ждала от несчастного аппарата? Очередного звонка от Савченко? Так сколько можно! И без того в последнее время телефон только на них и работал.
    Занятая собой, Рита не обратила на брата ни малейшего внимания. Не заметила просто. Темно-голубые глаза невидяще скользнули по Илье, губы дрогнули в улыбке, Рита снова смотрела на телефон.
    Помрачневший Илья вернул на место опасный сверток. Замаскировал его для верности кубиками и прикрыл за собой дверь в детскую. Он не представлял, что делать дальше.
    Забыть? Сказать себе, что ничего необычного не происходит? Мол, Тайке всего девять, фантазия у нее развита будь здоров, вот девчонка и придумала новую игру в маленькую колдунью. Отсюда и глупая история о прабабушке-ведьме.
    Точно. Нужно выбросить Тайкино сочинение из головы!
    А как же кольцо?! Онемевшая рука? Мерзкое смоляное чучелко с вывернутой ножкой и пучком чьих-то волос на затылке? Чужой жуткий глаз в янтаре? Урок физкультуры? Внезапная влюбленность Игоря?
    Илья не страус, чтобы прятать голову в песок!
    Мальчик тоскливо вздохнул: может, все-таки Ритка что подскажет? В конце концов, она знает об этой идиотской истории почти столько же…
    Но Илья напрасно распинался перед сестрой. Буквально через пару минут до него дошло: состояние влюбленности и состояние идиотизма – примерно одно и то же. И помощи ждать не от кого.
    Теперь Илью мучил единственный вопрос: какую ногу сломала Кононова? Глупейшая ситуация! Илья тоскливо подумал: «Как бы действительно не пришлось навещать Ирину Васильевну в больнице. Вот уж – не было печали!»
    Однако не расспрашивать же Ванечку? Ведь физрук точно решит, что у Ильи крыша поехала.

Глава 6
Тайкины мечты

    Илья какое-то время побродил по квартире, но дела себе так и не нашел. Компьютер занят, отец на его весьма прозрачные намеки и внимания не обратил. От телевизора с вечными сериалами Илью тошнило. Самые интересные книги читаны-перечитаны. Да и голова не тем занята.
    Пришлось сесть за уроки. Тем более, Макаровна в целях подготовки класса к приближающейся городской олимпиаде назадавала столько… Так что он поднял голову от тетради, лишь когда мама позвала к ужину.
    Правда, Илья зря торопился. Мама никак не могла собрать всех, хотя стол был уже накрыт. Илья, Рита, Тайка сидели на местах, но вот глава семьи отсутствовал.
    Мама кипела: отца с его новой игрушкой нужно буквально оттаскивать от компьютера. Как младенца. А ему почти сорок!
    Первую попытку оторвать отца от игры сделала Рита. Честно дотопала до папы и сообщила, что мама зовет ужинать. Тут зазвонил телефон. К несчастью, это оказался Игорь Савченко. Рита прилипла к трубке еще прочнее, чем Романов-старший к монитору.
    Мама, разложив горячий плов по тарелкам, посмотрела на Тайку и возмутилась:
    – Долго я вас сегодня сзывать буду? Бегом за отцом!
    Тайка с готовностью исчезла. Илья усмехнулся: отсылать Рыжика к компьютеру, по меньшей мере, неразумно. К тому же у папы новая игра. Тайка ее пока не видела.
    Естественно, Илья оказался прав. Число ужинающих катастрофически уменьшилось с четырех до двух человек.
    Рита самозабвенно продолжала болтать по телефону. Илья и из кухни слышал ее серебристый смех. Тайка бесследно канула в гостиной. От папы вообще ни ответа ни привета. О-о-о! Оба увлеченно повизгивают у монитора!
    Илья сочувственно посмотрел на мать и предложил:
    – Да ну их, мам. Давай начинать. Захотят есть, прибегут сами.
    Но мама с ним не согласилась. Швырнула полотенце на стул и заявила:
    – Ну нет. И так все вместе собираемся только за ужином. Семья, называется!
    И помчалась наводить порядок. Лично. Илья невольно рассмеялся: мамин маршрут прослеживался абсолютно четко. Для начала оскорбленно вскрикнула Рита, она попалась матери первой. Рассерженная мама не церемонилась. Попросту выдернула шнур из розетки, и телефон замолчал. Потом испуганно запищала Тайка, и растерянно забасил отец. Понятно – оба собственной грудью защищали компьютер.
    Илья заглянул в зал и ухмыльнулся: Тайка прыгала вокруг разъяренной мамы, а глава семейства торопливо сворачивал игру, уговаривая жену успокоиться.
    Зато ровно через полминуты все семейство наконец-таки собралось за столом! В полном составе.
* * *
    Когда мама подала яблочный пирог, Илья решил, что самое время поговорить с Тайкой. Как бы между прочим. Ненавязчиво. И вытащить из младшей сестры хоть что-нибудь о ее планах. Может, Тайкино странное сочинение просто шутка?
    Илья криво улыбнулся: младшая сестра обожала воздушный бисквит с яблоками и орехами. Настроение у нее прекрасное, мордашка сияет. Не упускать же момент!
    Он вспомнил о страшном содержимом свертка. Затем пододвинул блюдо с маминым фирменным пирогом поближе к Тайке и небрежно поинтересовался:
    – Слушай, Рыжик, сочинение сочинением, а вот если бы ты действительно стала ведьмой, что бы ты сделала?
    И тут же пожалел, что затеял этот разговор за столом. Он никак не хотел привлекать внимания остальных.
    Илья озабоченно сдвинул брови: не рассчитал. Думал, родители и Рита пропустят их болтовню мимо ушей как обычно. Надо же, все уставились на них с Тайкой!
    Мама раздраженно хмурилась. Отец с любопытством смотрел на младшую дочь. Рита выразительно покрутила пальцем у виска. А Тайке хоть бы что! Безошибочно вытянула на блюдце самый большой кусок и задумчиво протянула:
    – Ну-у… для начала я бы стала красавицей! Знаешь, самой настоящей. Чтобы как в фильмах. Только этого я не умею. Пока. Но ты же спрашиваешь, чего бы я хотела?
    – Да. Так что не стесняйся. Можешь мечтать на полную катушку.
    – Иля, – укоризненно посмотрела на сына мать, – что за глупости ты спрашиваешь?
    – Он после Тайкиного опуса малость свихнулся, – насмешливо пояснила Рита. – Сдвиг по фазе, понимаешь ли.
    – Да ладно вам. Не мешайте, – зашикал папа. Он с интересом обернулся к младшей дочери. – Красавицей – это понятно. Хотя, на мой взгляд, ты и так хороша. А что еще?
    – Ничего себе – хороша, – чуть не плача, возмутилась Тайка. Она поспешно дожевала и сердито дернула себя за кудри. – Ты посмотри – рыжая ведь!
    – Цвет солнца, – несколько туманно заметил папа. – Мне лично очень нравится. – Он откинул с Тайкиного лица непослушную прядь и с любопытством спросил: – Все-таки что бы ты сделала? Став волшебницей?
    Девочка испытывающе посмотрела на всех. И прошептала:
    – А смеяться не будете?
    – Я – нет, – торжественно пообещал папа.
    – Я тоже, – стараясь скрыть невольное волнение, отозвался Илья.
    – Очень надо! – пренебрежительно фыркнула Рита, а мама вдруг отвернулась к плите.
    Тайка еще раз настороженно осмотрела домочадцев и насупилась. Размышляла она минут пять, не меньше. Потом абсолютно серьезно заявила:
    – Порядок наводить буду. Свой. Правильный. Чтобы все по-честному стало.
    – Как это «по-честному»? – искренне заинтересовался папа.
    Тайка бросила на него безмятежный взгляд.
    – Хорошим – хорошее, а плохим – плохое. Сам всегда говорил: зло должно быть наказано. Вот я и накажу. Зло.
    – С ума сошла! – воскликнул Илья. – А если ошибешься?
    – Не ошибусь, – отрезала девочка.
    Рита снова покрутила пальцем у виска и язвительно воскликнула:
    – Да кто ты такая, чтобы наказывать? Наказывать должен суд или… как его? Бог! Поняла, нет?
    – Ага, – сердито покосилась на нее Тайка. Сдунула со лба рыжую челку, смешно сморщила нос и обиженно заявила: – Если бы они наказывали, зла давно бы не было! А они дрыхнут. Значит, я буду пока за них. Временно.
    – Чокнулась, – убежденно выдохнула Рита. – Причем окончательно. За Бога и за черта собралась действовать!
    – При чем здесь черт? – растерянно пробормотал Илья, теряя нить разговора.
    – Действительно, – весело поддакнул отец.
    – А она имела в виду суд! Да, Рита? – объяснила за старшую сестру Тайка.
    Рита покрутила головой и насмешливо буркнула, что у нее совершенно нет времени на все эти глупости. Пусть Тайка свои сказочки Ильке на ушко шепчет, тот как раз в детство впал.
    Рита ехидно рассмеялась, выскочила из-за стола и убежала к телефону.
    Мама раздраженно посмотрела на Илью с отцом.
    – Что вы болтаете? Девчонку с толку сбиваете!
    – Вот еще, – весело закричала Тайка. – Вовсе они меня не сбивают! Наоборот!
    – Что «наоборот»? – настороженно буркнул Илья.
    Тайка важно пояснила:
    – Наоборот – это наоборот. Значит, я теперь точно знаю – я права. А то дергалась, дергалась… И зря! – Тайка рассмеялась. – Лабуда все! Бог, черт или я – без разницы. Главное – хорошим помочь, а плохих наказать. Правильно?
    – Правильно-то правильно. А как, например, помочь?
    Тайка заулыбалась, уселась поудобнее. Даже подперла обе щеки руками, изображая серьезный мыслительный процесс. Она смешно двигала рыжими бровками, покусывала нижнюю губу и болтала ногами.
    Илья невольно фыркнул. Папа подмигнул дочери и потянулся за очередным куском пирога.
    Тайка забавно запыхтела, подводя итог своим нелегким размышлениям. Шлепнула ладонью по столу и сказала:
    – Ну, это-то просто. Вот Ванечка, например. То есть, Иван Романыч. Он физкультуру ведет. Ему наша Ангелина Павловна нравится. Так?
    – Ну, пусть, – добродушно согласился папа.
    – Если и он Ангелине Павловне наконец понравится, это хорошо?
    – Наверное, – опять не стал возражать Романов-старший.
    Он допил свой кофе и просительно посмотрел на жену. Та молча взяла его чашку.
    – Вот! – Торжествующе подняла указательный палец Тайка. – И я считаю – хорошо.
    Илья тяжело вздохнул. Папа усмехнулся:
    – А ты-то при чем?
    – Как «при чем»?! – искренне возмутилась Тайка. – Я же помогу ей влюбиться! Я – ведьма, забыл?
    – Па, это допуск, – поспешно добавил Илья.
    Тайка странного слова не поняла, поэтому промолчала. Мама еще сильнее помрачнела. Папа получил очередную чашку кофе и улыбнулся младшей дочери.
    – Это ладно. Это ясно. Как ты поможешь, я понял. А вот как накажешь?
    – Тьфу, не вопрос, – насмешливо фыркнула девочка. – Чтоб ты знал, па, – любой ведьме в тысячу раз легче напакостить, чем помочь!
    – Ломать не строить? – улыбнулся папа.
    – Ну… да, – немного подумав, согласилась девочка.
    – Все же, мне пока непонятно, – осторожно вмешался Илья, – как и кому ты собираешься пакостить?
    – Нет, вы только на него посмотрите! – взорвалась наконец мама.
    Она покраснела от негодования. Махнула на старшего сына влажным полотенцем и крикнула мужу:
    – Он же чуть ли не всерьез говорит! Нашли тему для шуток! Голову девчонке морочите! А она, чего доброго, вам поверит!
    Илья оторопел от такого напора. Маму обычно не так легко вывести из себя. С чего вдруг она обозлилась?
    Папа глотнул кофе и добродушно ухмыльнулся:
    – Да ладно тебе, Машенька. Дай ребенку пофантазировать. Это ведь просто интересно, точно, Рыжик?
    Тайка с готовностью кивнула. Мама с горечью прошептала:
    – Давай-давай… Нашел тему для фантазий. Старый дурак!
    Она швырнула полотенце на спинку стула и почти выбежала из кухни. Папа озабоченно крякнул, он не любил расстраивать жену. Илья проводил мать задумчивым взглядом.
    Ему внезапно показалось: мама боится этого разговора. Может, она действительно верит, что ее бабушка была ведьмой? И ей неприятно даже предположение, что Тайка в нее? Иначе с чего бы так заводиться?
    Тайка тоже проводила маму глазами. И немного виновато пробормотала:
    – Зря мама сердится. Я же пока лишь по мелочам. Вдруг они исправятся?
    – Кто «они»? – поспешил уточнить Илья.
    – Лерка хотя бы.
    – Что ты ей сделала?! – встревоженно воскликнул мальчик. У него перехватило дыхание от неожиданного страха.
    Тайка бросила на него удивленный взгляд и буркнула:
    – Ничего особенного. Чего кричишь? – Потом хихикнула и шепотом призналась: – Просто я велела Лерке стать рыжей. Ну, как я. Даже рыжее. И чтоб побольше веснушек!
    – А зачем? – заинтересовался папа.
    – Пусть не дразнится, – надувшись, заявила Тайка. – И не воображает! Вот узнает на собственной шкуре, каково рыжим, тогда попрыгает.
    – А еще? Кого еще кроме Леры ты проучила? – продолжил допрос Илья.
    Тайка сдвинула рыжие бровки и неохотно сказала:
    – Училка по рисованию наша. Ирина Васильевна. Она… она ногу сломала. В больнице сейчас. – Девочка сильно покраснела и неожиданно выкрикнула: – И ей хорошо – отдыхает, и нам!
    – К-какую ногу? – У побледневшего Ильи неожиданно сорвался голос.
    – Должна была правую, – невинно посмотрела на него девочка.
    Илья схватился за голову. Перед глазами маячила отвратительно липкая смоляная куколка. Белесый клок волос на ее затылке. И вывернутая в сторону уродливая ножка. Почему-то хотелось плакать. Наверное, от бессилия. Илье сейчас казалось: он опоздал. Джин выпущен из бутылки.
    Папа поднялся из-за стола. Пригладил Тайкины буйные кудри и ласково бросил:
    – И как ЭТО у настоящих ведьм получается?
    – Запросто, – весело откликнулась девочка. – Берешь волшебную куколку…
    – Именно волшебную? – забавно округлил глаза Романов-старший.
    – Конечно, – серьезно подтвердила Тайка. – Тут любая не подойдет.
    – И что дальше?
    – И понарошку ломаешь ей ножку.
    – Понарошку! Сказанула! А откуда ты знаешь, что ногу сломает именно учительница по рисованию? – мрачно спросил Илья.
    Встревоженный мальчик не сомневался: наивный папа воспринимает разговор как шуточный и на Тайкины ответы особого внимания не обращает. Вон, посмеивается! Доволен, что у младшей дочери фантазии с избытком. Думает – очередная игра.
    – Тут ты прав, – с удовольствием признала Тайка. – Нужно обязательно достать волосы. Ну, жертвы. Так положено. Иначе ничего не получится.
    – А если она лысая и носит парик? – захохотал папа.
    Тайка растерялась. Подергала себя за локон, пожевала его и неуверенно протянула:
    – Тогда не знаю. Я об этом не спрашивала. Но вот без волос – нельзя. Никак. Волосы – это…
    Тайка замялась, подбирая слова. Отец с любовью улыбнулся. Илья ждал. Тайка радостно воскликнула:
    – Это информация о человеке, вот! Мне сказали – полная. – Она немного подумала и важно произнесла: – Раньше, когда волосы стригли, то их обязательно сжигали. А теперь просто выбрасывают. Потому что дурные. И не верят в ведьм.
    – А ты веришь? – засмеялся папа.
    – Ага.
    – И как же ты ее волосы достала? – недоверчиво посмотрел на младшую сестру Илья.
    – А с расчески, – доверчиво ответила Тайка. – Ирина Васильевна вечно ее на столе бросает. Всю в своих лохмах. Ффу-у-у…Знаешь, как противно!
    Папа бросил взгляд на часы.
    – Ну ладно, братцы-кролики. Колдуйте тут без меня. Побежал-ка я к компьютеру.
    Илья задержал за руку рванувшуюся было следом Тайку.
    – Подожди секундочку! Я еще кое-что узнать хочу.
    – Что?
    – Так, – чувствуя себя полнейшим идиотом, буркнул Илья, – мелочи разные. Как ты с прабабкой, например, связываешься?
    – А-а, с бабулей! Это запросто. Через колечко. Я его надеваю на палец и задаю вопросы. А она отвечает.
    – Вслух, что ли? – угрюмо поинтересовался Илья.
    – Зачем вслух? – удивилась Тайка. – Про себя.
    – Колечко – это ладно. Я уже о нем знаю. А вот что еще, кроме того колечка, в шкатулке было?
    Младшая сестра внимательно посмотрела на Илью. Потом подошла поближе и жарко зашептала:
    – Вообще-то бабуля не велела об этом говорить. Но тебе скажу. Только ты – никому! Обещаешь?
    – Могила, – абсолютно серьезно отозвался Илья.
    Тайка завздыхала. Судя по ее озабоченной мордашке, чувствовала она себя сейчас чуть ли не преступницей. Она даже подошла к двери и выглянула в коридор. Подслушивающих за дверью не обнаружила, поэтому вернулась к старшему брату. Прижалась к нему и выдохнула прямо в ухо:
    – Травки там всякие. Иголочки. Куколка волшебная. Зеркальце. Я всего и не помню. Там много-много чего!
    – А что за травки?
    – Не знаю пока, – равнодушно пожала плечами Тайка. – Но если хочешь, спрошу. Хочешь?
    – Спроси, – согласился Илья. И торопливо добавил: – Только, знаешь, не говори прабабушке обо мне, хорошо? Незачем.
    Тайка ничуть его странной просьбе не удивилась. Лишь кивнула.
    – Не скажу. А то она на меня рассердится.
    Илья молчал, внимательно рассматривая забавную веснушчатую мордашку. Он не находил в Тайке никаких изменений! А между тем они были. Просто он слеп. Или глуп.
    Тайка вздохнула и сказала, оправдывая прабабушку:
    – Она же не знает, какой ты хороший. Ритке, например, я бы ни за что не открылась!
    Тайка чмокнула брата в щеку, привычно подставила ему свою и хихикнула – щекотно. А потом вихрем умчалась к компьютеру. Тайке хотелось хоть немного повозиться с новой игрой, а до сна оставался всего час. Тайка знала – мама ни в жизнь не забудет о ней. И ровно в девять погонит в ванную.
    Как жаль, что она всего в третьем классе. Ритке с Илькой, например, разрешают ложиться в десять. Везет же им!
    Мрачный Илья вернулся к столу. Взял с блюда кусок яблочного пирога и машинально, не чувствуя вкуса, стал жевать. Равнодушно смотрел в темное окно и думал, насколько изменилась его жизнь за один-единственный день. Или за два? Если учитывать Тайкино возмутительное сочинение и вызов в учительскую.
    Ему было не по себе. Почему-то пугала собственная просьба – не сообщать прабабушке о нем, об Илье.
    Прабабушке – с ума сойти! Она же умерла! Умерла!!! А он, кретин, на полном серьезе…
    Илья постучал кулаком по собственному лбу и грустно удивился, не услышав звона. Пустая голова просто обязана звенеть! Как котел.
    Илья упал на стул и застонал: что же получается? Он все же поверил в этот бред? В колдовство поверил? В то, что девятилетняя Тайка – настоящая ведьма?!
    А может, он потихоньку сходит с ума? Так бывает, Илья читал. Человек считает себя совершенно нормальным, а сам…
    Нет, нужно заканчивать с этой мерзкой историей, пока не поздно!

Глава 7
«Каждой ведьме положена живая тварь!»

    Илья честно целых два дня старался не думать о странных событиях. В школе он совершенно не обращал внимания на сестру с ее новоприобретенным Ромео, даже не смотрел в их сторону. Полкласса наверняка решили, что он поссорился с Игорем. Кто-то из девчонок даже пытался вытянуть из него – по какому поводу. Из-за Ритки, что ли?
    К флигелю, где занимались малыши, Илья и близко не подходил. Все перемены стоически топтался в холле, чуть ли не прятался от младшей сестры. И вечерами не расспрашивал больше Тайку о ее делах, боясь случайно услышать что-нибудь о колдовстве или умершей прабабушке.
    К радости Ильи, нехитрая тактика постепенно стала приносить свои плоды. Он почти поверил, что младшая сестра просто играет, а все случившееся – обычные совпадения. Пусть невероятные. В жизни всякое бывает, он и не о таком слышал.
    Дни пролетали настолько обыденно, что Илья начал подсмеиваться над собой. Действительно забавно: человек двадцать первого века с головой окунулся в мистику. Хорошо, не успел никому разболтать!
    Сегодня после обеда, когда Илья безмятежно сидел за компьютером, в доме начался скандал. Девчонки частенько ссорились из-за всяких пустяков. В основном из-за регулярных Тайкиных набегов на Ритину косметичку.
    Поэтому Илья не сразу обратил внимание на громкие голоса в прихожей. Хотя прекрасно слышал возмущенные Ритины вопли и оправдывающийся голосок Тайки. Эти звуки казались слишком привычными. Лишь чье-то хриплое карканье заставило его отвлечься от игры.
    Илья недовольно поморщился – премерзкое карканье сопровождало буквально каждый Ритин вопль. Постфактум, что называется. И действовало на нервы. Уж очень звук неприятный. Отвратительно скрипучий. Интересно, что это такое?
    Поняв, что продолжить игру ему не удастся, Илья нехотя поплелся к сестрам. Мирить их практически всегда приходилось ему, он с этим давно свыкся.
    «С чего Ритка так разоряется? Или Рыжик опять в ее косметичке похозяйничала? Что-нибудь испортила? Потеряла?» – успел подумать он. Да так и застыл перед входной дверью с открытым от изумления ртом. И было с чего.
    У самого порога топталась его младшая сестрица. Взъерошенная и сердитая. Притом не одна! К ногам покрасневшей от негодования Тайки прижималась очень крупная черная птица, чуть ли не с хорошую курицу величиной. Довольно неприятная, как отметил мальчик про себя.
    Одно крыло странной гостьи слегка висело, перья топорщились, а темные круглые глазки нехорошо поблескивали. Как-то хищно поблескивали, совсем не по-птичьи. Изредка эта опасная тварь издавала в поддержку Тайки те странные, хриплые, противные звуки, которые Илья слышал еще в гостиной.
    – Что… это? – с трудом выдавил он из себя, предусмотрительно держась поближе к стене.
    – Во-первых, не что, а кто, – оскорбленно парировала младшая сестра. – А во-вторых, скажи своей Ритке, чтобы она пропустила нас в мою комнату. И быстренько!
    – Кого это «вас»? – ошарашенно уточнил Илья.
    – Меня и мою птичку! – топнула ногой Тайка.
    – Птичку?! – разъяренно закричала Ритка. – Где ты тут видишь птичку? Это же птеродактиль какой-то! Размером с пса! А глаза?! Илька, ты посмотри на ее глаза! Вот-вот цапнет!
    Сравнение с собакой Илью рассмешило, и он фыркнул. Тайка, смерив старшую сестру злющим взглядом, обернулась к брату.
    – Ты же знаешь, я теперь – колдунья!
    – И что? – осторожно спросил Илья.
    – Как – что?! – ахнула Тайка. Ткнула себя пальцем в грудь и абсолютно серьезно заявила: – Каждой приличной ведьме положена своя живая тварь!
    – С чего ты взяла? – удивился Илья.
    – Бабуля говорила, – пояснила Тайка. Почесала затылок и сказала: – Главное, чтобы она сама к тебе подошла.
    – Совсем свихнулась со своими фантазиями, – покрутила пальцем у виска Рита. Потом брезгливо посмотрела на птицу и умоляюще воскликнула: – Ладно, я согласна – пусть тварь! И даже живая. Но почему – ворона?! Насколько я знаю, у колдунов обычно черные кошки. Я читала!
    Илья невольно рассмеялся. Рита потрясла Тайку за плечи и агрессивно потребовала:
    – Так что заведи себе кошку! Кошку, понимаешь, нет? Черную, полосатую, серо-буро-малиновую, мне все равно. Но кошку, а не… этого монстра!
    Тайка вырвалась из рук старшей сестры и презрительно фыркнула:
    – Подумаешь, кошка! Кошка – это неинтересно. Почти у всех ведьм – кошки. Вот ворона…
    – Что – ворона?!
    – Эй, погоди, – перебил Илья Риту.
    Багровая от злости, она замолчала. Илья перевел взгляд на Тайку и неверяще протянул:
    – И что, эта… э-э… птица действительно САМА к тебе подошла? Так-таки сама?
    – Ну да, – гордо подтвердила девочка. Ритка смотрела недоверчиво, и Тайка сердито буркнула: – За ней мальчишки в парке с рогаткой охотились, вот она из кустов прямо к моим ногам и выскочила. И с тех пор – ни-ни. Ни на сантиметр не отходит. Судьба, думаю. – Она удовлетворенно заключила: – Все, как бабуля говорила!
* * *
    Взъерошенную черную птицу Тайка назвала Марфой. К искреннему изумлению Ильи с Ритой, ни мама, ни папа особо против нее возражать не стали. Видимо, надеялись, что Марфа отвлечет младшую дочь от других, более опасных приключений. Займет ее хоть на время.
    Сама Тайка своим необычным приобретением чрезвычайно гордилась. Хвасталась вороной перед всеми знакомыми! В школе не осталось ни одного человека, который бы не знал о птице. Даже директор был в курсе: Тайка как-то приволокла Марфу на уроки, и испуганной Ангелине Павловне пришлось выставить сладкую парочку из класса.
    Наивный директор вызвал нарушительницу в свой кабинет, за что и поплатился. Тайка прочла ему почти часовую лекцию о своей любимице! По ее словам, Марфа – из семейства врановых, а уж умнее их в птичьем мире особей просто не существовало. Она даже попыталась доказать обреченно внимавшему директору, что интеллект у Марфы чуть ли не на уровне пятилетнего ребенка – якобы лично в библиотеке вычитала. Отсюда следовало: выгонять ворону из класса – серьезная ошибка. Не только тактическая, но и политическая.
    Каждый имеет право учиться! Чем Марфочка хуже двоечника Коськи Ильина?!
    Тайка и дома всем уши прожужжала о своей великолепной вороне и ее исключительном уме. И в доказательство предлагала посмотреть свою тетрадь. В ней корявым почерком с многочисленными ошибками были изложены наиболее лестные замечания о представителях вороньего племени.
    Вначале Рита над всем этим только посмеивалась, но через пару дней перестала. Проклятая птица действительно вела себя как хорошо воспитанная собака.
    Во-первых, таскалась за Тайкой буквально по пятам. А во-вторых, пыталась еще и охранять ее! Во всяком случае, когда Рита обнаружила пропажу из своей косметички очередной губной помады и набросилась на младшую сестру с упреками, мерзкая тварь заворчала на нее настоящим цепным псом. А когда Рита неосторожно протянула руку к Тайкиным кудрям, – по привычке! – Марфа пребольно долбанула ее по щиколотке своим мощным клювом. Да так больно, что Рита вскрикнула, а потом на ноге появился приличный синяк. Он почти неделю украшал щиколотку, напоминая о новом домочадце. Так что Рита скрепя сердце признала – от Тайкиной отвратительной пташки лучше держаться подальше. На всякий случай. И с горечью заметила брату:
    – Ну, теперь держись! На пару пакостить будут. Вообще жизни не станет. Хоть из дому беги.

Глава 8
Ангелина Павловна и Ванечка

    Буквально на следующий день обнаружилось, что Илья где-то умудрился простыть. Он вдруг затемпературил, засопливил, у него обложило горло, и, как следствие, целую неделю он провалялся дома.
    Обычно Илья болеть не любил, но на этот раз простуда его ничуть не расстроила. И по нескольким причинам.
    Первая – компьютер. По утрам, пока родители на работе, а Тайка и Рита в школе, он оказался в полном распоряжении Ильи. Ни одного конкурента поблизости. Блеск.
    Во-вторых, хотя Илье не хотелось этого признавать, расследования по части Тайкиных «колдовских» способностей зашли в совершеннейший тупик. И забыть о них не удавалось, а тут еще премерзкая ворона добавила вопросов. Как человек неглупый, Илья не мог допустить даже мысли о существовании в мире такого идиотизма, как колдовство. Всегда смеялся, когда в классе обсуждали экстрасенсов и их возможности. А уж объявления о «любовных приворотах, снятии венца безбрачия, порчи, сглаза и родового проклятия»… Они вызывали лишь презрительную усмешку. По его мнению, все это рассчитано на законченных дебилов. Коих в городе проживало, к сожалению, предостаточно. Если судить по рекламе.
    С другой стороны, Илья же не слепой. Он не мог просто взять и закрыть глаза на некоторые факты. Тем более тут замешена Тайка. А после ее дурацкого сочинения вокруг девчонки явно творилось что-то непонятное и совершенно необъяснимое. С точки зрения Ильи, разумеется.
    Вспомнить хотя бы случай на уроке физкультуры. Чтобы их Горыныч когда-нибудь проигнорировал опоздавших?! Да такого в жизни не было! До того дня, естественно.
    Или взять Игоря Савченко. Ближайшего друга Ильи и одноклассника. Разве не загадка? Ведь болван прилип к Ритке намертво. Третью неделю подряд Савченко своими наивными и откровенными ухаживаниями приводил в недоумение весь класс. Игорь даже не обращал внимания на насмешки!
    Конечно, ничего особенного в дружбе мальчика и девочки нет, в двадцать первой школе учились не дикари. Но приносить в класс практически ежедневно букетики фиалок – видите ли, Рита их любит! – подкладывать ей под нос то шоколадку, то апельсин, а то забавную мягкую игрушку… Это уж слишком!
    А Кононова? Со сломанной так невовремя ногой?
    Что, все эти случаи просто из области невероятных совпадений?
    Про странное колечко с пугающими свойствами Илья вообще старался не думать. И янтарик, откуда на него вдруг воззрилось нечто невероятное, он скоро искренне стал считать фантазией. Своей собственной. Действительно, мало ли что может привидеться на нервной почве?!
    В общем, Илья искренне радовался своей простуде. Она давала законную возможность отложить расследование на неопределенное время. И пожить спокойно. Ну, относительно.
    Все равно Илья постоянно присматривался к Тайке, и ее мелкие пакости теперь не столько злили его, сколько успокаивали. Младшая сестра вела себя обычно. И если бы не Марфа…
    Илья попытался однажды вечером откровенно поговорить на эту тему с Ритой, но лишь нарвался на насмешки. В чем сестру, собственно, и не винил. Она отреагировала абсолютно правильно. В отличие от него самого.
    Илья в очередной раз засомневался: может, у него в самом деле крыша поехала? Тайка придумала очередную игру, а он на нее «купился»? По Риткиным словам, так и выходило.
* * *
    К сожалению, все хорошее быстро кончается. К понедельнику Илья выздоровел. Как ни кашлял он в субботу-воскресенье, как старательно и демонстративно ни сморкался, мама на его лицедейство не отреагировала, лишь посмеялась. И неудивительно. Температура у старшего сына упрямо застыла на привычной отметке тридцать шесть и шесть. И краснота в горле прошла. И насморк остался в прошлом. Так что мама вынесла суровый вердикт – здоров.
    Пришлось раздосадованному Илье – всего-то пару дней и отдохнул! – в понедельник плестись в школу. Снова его мысли побежали по привычному кругу: правду ли говорила Тайка, и что из происшедшего является случайным совпадением?
    А что Илье оставалось, если откровенно влюбленные Рита с Игорем все время маячили перед глазами?
    Понаблюдав на протяжении трех уроков за сестрой и ее новоявленным ухажером, Илья откровенно затосковал. Разлюбезная парочка вела себя так, словно они в классе находились одни! Ни учителей не замечали, ни одноклассников. Ослепли и оглохли.
    Илья тяжело вздохнул: ладно бы Игорь! Тут понятно. На него Тайка… э-э-э… чары наслала. Илью искренне возмущало, что и бессовестная Ритка вела себя как околдованная! А ведь ее-то Тайка точно не трогала. Или это взаимно и касается обоих?
    После третьего урока Илья сдался. Решил продолжить свои изыскания. Ненавидел себя, но не находил другого выхода. Нужно же спасать Тайку! Если он не свихнулся, конечно.
    Приняв это судьбоносное решение, Илья стиснул зубы и пошел к флигелю для младших классов. Выяснять, какую именно ногу сломала Кононова.
    Правую? Лучше бы – левую. Тогда станет ясно: Тайка здесь ни при чем. Элементарное совпадение! Илья нервно хмыкнул – смешно, право. Ну, упал человек, сломал ногу. Правую или левую – какая разница? Илья, например, во втором классе тоже руку ломал. Что такого? С любым может случиться.
    А он, Илья, зациклился как последний кретин на колдовстве. Будто нет других объяснений. Нормальных. Могла же Кононова просто поскользнуться? На банановой кожуре, как сказал Ванечка. Классический вариант, при чем тут Тайка?
    В конце концов, почему бы девчонке в самом деле не поиграть в колдунью? Ей же в деревне черт-те что напели про прабабушку-ведьму. А много ли сестрице надо? В девять-то лет? Если же учесть, что Тайка с пеленок отличалась неуемной фантазией и частенько путала свои выдумки с действительностью… На этой истории уже сейчас можно крест ставить!
    Последняя мысль Илье очень понравилась, и он почти успокоился. Однако решил довести дело до конца, чтобы убедиться в собственной глупости.
    Илья всегда отличался упрямством. Как и все остальные Романовы. Фамильная черта!
* * *
    Тайкин третий «А» ходил ходуном. В буквальном смысле. Не в переносном. Пораженный Илья так и застыл в дверях. На него, на старшего Романова, – а здесь его прекрасно знали! – никак не реагировали. Ни одна живая душа! Немного подумав, Илья неохотно признал: душам в Тайкином классе сейчас не до него. Они вовсю наслаждались свободой и отрывались по полной программе. Развлекались, короче. Каждый на свой лад.
    Что понятно: Ангелина Павловна, классная руководительница, обычно проводившая перемены со своими подопечными, отсутствовала. А оставлять без присмотра три десятка девятилетних детей… Это безумие!
    В сторону незваного гостя полетел стул, запущенный довольно-таки крепкой рукой плотной темноволосой девочки со смешными короткими косичками. К счастью, Илья успел пригнуться. Стул вылетел в коридор и с грохотом возвестил о встрече со стенкой. В руках толстушки тут же оказался чей-то ранец, и Илья невольно заволновался. Объект травли – вертлявый веснушчатый лопоухий пацан находился на одной линии с ним, а ранец выглядел весьма увесистым. В то, что девчонка сдержится, надежды никакой. На ее месте сдержался бы только ангел, толстушка себя к ним явно не относила.
    Илья ее вполне понимал. Тем более лопоухий не унимался и в очередной раз зловредно проверещал:
    – Жиртрест! Обжора! Розовая мечта Макдоналдса! Колбаска на палочке!
    Илья еле увернулся от летевшего прямиком в него снаряда. Тот, следом за стулом, благополучно приземлился в коридоре.
    Какой-то малец на пару с его младшей сестрицей самозабвенно тузил рослого, смуглого горбоносого мальчишку в ярко-синем свитере. Причем Тайка, сдувая прилипшие ко лбу мокрые от пота кудряшки, время от времени грозно восклицала:
    – Извинишься?!
    На что горбоносый гортанно отзывался:
    – Втр-рэскалась! Всо р-равно втр-рэскалась!
    И возня начиналась по новой.
    Другие одноклассники Тайки драгоценные минуты перемены тоже зря не теряли. Бегали наперегонки, швырялись учебниками, дрались… У стены сооружалась опаснейшая на первый взгляд вышка из стульев, которую собрались штурмовать пара огольцов и отчаянного вида крошечная девчушка в бархатном алом костюмчике. Какой-то пацан, стоя на плечах у товарища, торопливо малевал подобие усов на портрете известного детского писателя. Белобрысая девчонка, видимо, пытаясь придать комнатному цветку форму, задумчиво кромсала его громадными ножницами. И лишь хлипкий узкоплечий мальчишка в очках вел себя достойно: согнувшись вопросительным знаком за последним столом, что-то читал.
    Поняв, что это единственный в данное время нормальный человек, Илья осторожно стал пробираться к мужественному читателю. Тот продолжал Илью удивлять. На пролетевший над самой головой очередной снаряд в виде чьей-то кроссовки третьеклассник отреагировал очень просто: еще сильнее сжался, но от книги глаз не оторвал. Герой! Илья его сразу зауважал, он так не смог бы. И осторожно похлопал храбреца по плечу.
    – Эй, можно тебя на пару вопросиков?
    Пацан поднял на него затуманенный взгляд.
    – Слушай, что у вас творится? Где классная?
    – Творится? – недоумевающе пробормотал мальчишка и машинально поправил очки. – А что у нас творится? Нормальная перемена.
    – Ничего себе «нормальная»! – с чувством сказал Илья и снял с плеча свалившийся буквально с потолка чей-то красный мохнатый шарф.
    – А у нас всегда так, – безмятежно поведал новый знакомый. – Ну, в последнее время.
    – Да что случилось-то?! В последнее время?
    – Не знаю, – пожал плечами очкарик.
    – Ну ладно, – вздохнул Илья.
    И едва успел пригнуть голову: о стенку прямо над ним размазалось свежайшее пирожное со взбитыми сливками. Причем собеседник Ильи даже не дрогнул. Такой нервной системе можно только позавидовать. Или дело в закалке?
    – Зажрались, – возмущенно проворчал Илья. Слизал со щеки восхитительно вкусный крем и опять развернулся к стойкому третьекласснику. – А где ваша Ангелина Павловна?
    – Наверное, в спортзале, – задумчиво посмотрел на него мальчик. – Или в холле у подоконника. Или в школьном саду. Или на лестнице. Или…
    – Но почему? – воскликнул Илья, прерывая поистине бесконечный перечень.
    Ответом на вопрос послужил очередной вопль горбоносого, над которым безуспешно пыхтели Тайка с сотоварищем:
    – Втр-р-рэскалась!
    – Ага, – невозмутимо кивнул очкарик. – Он подлец, но он прав.
    Как раз в этот момент с ужасающим грохотом рухнула возведенная с таким трудом башня из стульев. Илья даже присел от неожиданности и прикрыл обеими руками несчастные уши. А придя в себя, растерянно пробормотал:
    – Кто втрескался-то?
    В принципе, ответ Илья уже знал и словам мальчишки особо не удивился. Лишь вздохнул тяжело, услышав:
    – Ангелина Павловна, кто еще? В нашего физкультурника, Иван Романыча. Знаешь такого? – равнодушно пояснил малец и с сожалением покосился на книгу.
    – Сейчас-сейчас, – пообещал вдруг побледневший Илья. – Еще секундочку, и я смываюсь. Последний вопрос… – Он немного помолчал и, словно бросаясь в холодную воду, уточнил: – Так твоя классная влюбилась в Ванечку?
    Пацан грустно посмотрел на него и кивнул.
    – Ну да. Больше двух недель уже. Она теперь с Иван Романычем перемены проводит, а мы…
    Над его головой о многострадальную стенку разбилось яблоко. Стряхивая с волос ошметки, мальчишка понуро заключил:
    – Сам видишь!
    – Да уж, – прошептал Илья, в каком-то ступоре рассматривая беснующийся класс. – Вижу…
    Он попрощался с очкариком и начал пробираться к выходу.
    Илья был настолько ошеломлен услышанным, что не отреагировал, когда о его спину весьма ощутимо шмякнулся чей-то растрепанный учебник по математике. Толстушка с косичками наконец-то попала в цель. Правда, опять не в своего юркого лопоухого противника.

Глава 9
Марфа – просто птица?

    На оставшиеся уроки Илья не пошел. Просто не смог. Последнее событие совершенно выбило его из колеи. Тут уж не до учебы. Надо же – наконец-то Ангелина Павловна влюбилась в Ванечку! То есть, в Ивана Романыча. Ну что тут особенного? Он и она. Все правильно. Если не считать…
    Илья не знал, что об этом факте и думать. Опять совпадение? Пусть невероятное. Не много ли их в последнее время?
    Неожиданно вспомнилось злополучное Тайкино сочинение, и Илья криво улыбнулся. Он понял, что нужно делать – срочно перечитать этот опус! Внимательнейшим образом. Если Илья правильно помнил, Тайка излагала там программу-минимум. На ближайшие дни. Так что необходимо свериться. А уж если все будет бить в одну точку…
    Куда ему бежать в этом случае, Илья не представлял и старался об этом пока не думать. Может, все пустяки, и он делает из мухи слона. Сам загоняет себя в клетку.
    Смешно! Нашел исторический документ – Тайкино домашнее сочинение! Илья фыркнул: в конце концов, почему бы смазливой Ангелине самой не влюбиться в Ванечку? Классный ведь мужик, вся школа признает. Тайка просто предвосхитила события. Она проницательная малышка, разве нет?
    Примчавшись домой, Илья бросился на кухню и налил себе прохладного клюквенного морса. А потом попытался вспомнить, куда они с Ритой запрятали Тайкину тетрадь с сочинением. По всему выходило – в Ритину комнату. Где-то в ее прошлогодних завалах. Илья невольно поморщился: веселая перспектива. Да там сам черт ногу сломит!
    В отличие от Ильи, сестра с трудом расставалась со своими старыми тетрадями. Рите всегда казалось: они могут пригодиться. И она старательно складировала их на собственном книжном шкафу. Правда, когда горы становились слишком уж большими и мама начинала ругаться, Рита с тяжелыми вздохами часть выносила к мусоропроводу.
    Но в этом году Рита к чистке еще не приступала, и «сборники пыли», как называла бумажные завалы мама, были довольно большими.
    Илья с некоторым ужасом рассматривал аккуратные стопки тетрадей, журналов и альбомов. В какую из них сестра сунула тоненькую Тайкину тетрадь для сочинений, он не представлял.
    Рыться во всех? Нереально! Илья до вечера отсюда не выйдет. А уж что Ритка с ним сделает… Страшно представить!
    Потоптавшись у шкафа, Илья наудачу решил заняться дальней стопкой. Наверняка Ритка туда тетрадь спрятала. Подальше от глаз родителей. И от своих тоже. Не очень-то ей понравились Тайкины откровения о Савченко и Светке Татарниковой. Вот и расстаралась, зарыла тетрадку. Илья сдвинул брови: ищи теперь ее!
    И тут Илья впервые столкнулся с Тайкиной вороной. До этого он лишь подсмеивался над Ритой и ее страхами, а сейчас до Ильи дошло – он был не прав. Проклятая птица как из-под земли выросла! Илья язык прикусил от неожиданности, когда ворона метнулась от дверей ему под ноги. И едва не упал. К счастью, атаковать его щиколотки Марфа не стала. С трудом взгромоздилась на шкаф и теперь с угрозой посматривала оттуда на мальчика. От такого нахальства Илья буквально обомлел. И струсил малость, что уж скрывать.
    – Эй, ты чего? – нерешительно пробормотал он. – А ну-ка кыш отсюда!
    Ворона покосилась в его сторону черным глазом, но с места не сдвинулась. Хрипло каркнула и демонстративно долбанула пару раз огромным клювом по книжному шкафу. В стороны полетели мелкие щепки.
    – Вот это номер, – ошеломленно прошептал Илья, невольно отпрянув в сторону.
    Выпуклый круглый глаз блеснул, и в мальчика снова полетели щепки. На этот раз Илья заставил себя не двигаться. И вообще принял максимально независимый вид. Ему почему-то казалось: мерзкая птица наслаждается ситуацией. Наверняка ждет, что он сбежит из Ритиной комнаты. Илья неохотно признал: она права. Он почти готов бежать отсюда. Не оглядываясь и забыв про Тайкину тетрадь!
    – Это что, демонстрация силы?
    Илья старался не выдать дрожи в голосе. Неверяще смотрел на птицу: может, он спит? Ворона насмешливо каркнула и с удовольствием приложилась к шкафу еще раз: на пол полетела декоративная планка.
    «Шкаф, зараза, испортила, – заторможенно подумал Илья. – Что еще мама скажет…»
    Он увидел, что Марфа нацелилась клювом в очередную деревянную завитушку. Неожиданно для себя рассвирепел и закричал:
    – Достала, дрянь! А ну – быстро из Риткиной комнаты! На бреющем! Пока перья не растеряла!
    Но Илья просчитался. Невероятная Тайкина птица ничуть не испугалась. Она вообще никак не отреагировала на его отчаянный вопль. Лишь нехорошо сверкнула глазками и выразительно нацелила в сторону Ильи страшный клюв. Судя по деревянному крошеву на полу, он мало уступал по крепости железу. Щепки под ногами внезапно заставили Илью прийти в себя. Объяснения с родителями становились неизбежными. Шкаф-то хоть выбрасывай! Еще один-два хороших удара клювом…
    – Да что же это такое?! – едва не взвыл окончательно выведенный из себя Илья. – Мало мне загадок! Еще и ты на мою голову! Ну погоди. Я тебе сейчас устрою. – Он застонал: – Зараза картавая, шкаф раздолбала!
    Илья пулей вылетел на кухню и растерянно заозирался, не зная, за что схватиться. Если честно, больше всего хотелось заполучить автомат. Да где его взять?! Поэтому Илья обошелся малым, извлек из-за двери веник. Подумав пару секунд, вытащил и швабру. Она выглядела куда внушительнее. Илья грозно взмахнул ею и нервно засмеялся. Ну нет, он не позволит командовать собой какой-то задрипаной курице! Он сейчас ей покажет, кто в доме хозяин! Надо же, гадость какая…
    Илья поднял веник и решительно смахнул со шкафа отвратительную птицу. А потом погнал злобно каркающую ворону из комнаты. И с облегчением закрыл за Марфой дверь. Даже припер ее шваброй. На всякий случай.
    Ему повезло: поиски Тайкиной тетради не слишком затянулись. Он как-то быстро на нее наткнулся. Рита действитиельно сунула ее в самую дальнюю стопку. Как он и предполагал. Подальше от глаз.
    Илья стер рукавом пыль с обложки и удовлетворенно крякнул. Уселся в Ритино любимое кресло и принялся внимательно изучать зловещее сочинение.
    Хотя как посмотреть! Если считать все написанное Тайкиной фантазией – скорее, смешное и безобидное. Эдакую сказочку для младшего школьного возраста.
    В коридоре тоскливо закаркала Марфа. Илья вздрогнул и недобро высказался в ее адрес. Остроумно высказался. Перебрав все сомнительные достоинства вороны и ее предков до третьего колена. В ответ Марфа разъяренно забила клювом в дверь. Илья пообещал завтра же начать поиски кота для Тайки. Огромного и хищного. Лучше черного. Непременно – любителя охоты на мерзких наглых ворон.
    Марфа на его угрозы внимания не обращала. Продолжала ломиться в закрытую дверь. Будто штурмом надеялась ее взять. При этом злобно каркала, словно ругалась. Несчастная дверь дрожала, еле сдерживая натиск. Казалось, на нее наваливается по меньшей мере слон, а не птица, пусть и довольно крупная.
    Илье внезапно стало страшно. Он вцепился обеими руками в тетрадь и зажмурился. С закрытыми глазами грохот впечатлял еще больше. Абсурдность ситуации поражала. Может, это действительно сон?
    Нервы в конце концов не выдержали, и он закричал:
    – Иди отсюда! А то я тебя сейчас веником! Нет, лучше – шваброй!
    Ворону его угрозы не испугали. Она хрипло заорала.
    – Как будто видит меня, – угрюмо пробормотал Илья. – Понимает, что я трушу…
    Мальчик проверил, крепко ли упирается в дверь швабра. Поправил ее, затем подтащил к двери тяжелое кресло. И взвалил на него диванные подушки. Баррикада показалась Илье надежной. Он проверил ее на шаткость и довольно ухмыльнулся: уж не вороне ее сдвинуть! Силенок не хватит.
    Илья решил не обращать внимания на зловещую птицу. Сел и вытащил из кармана электронный блокнот. «Лучше сразу же все отмечать. А то опять забуду…» – И он принялся за работу. Время от времени Илья настороженно прислушивался, но по ту сторону двери все было тихо. Видимо, Марфа поняла, что в комнату ей не попасть. И ушла, как с облегчением подумал мальчик.
    Не успел Илья полностью закончить записи, как вдруг за стеной с грохотом упало что-то тяжелое. Зазвенело разбитое стекло. Снова пронзительно заорала ворона.
    Илья чертыхнулся и быстро вскочил.
    – Да что там еще, в конце-то концов?!
    Баррикаду пришлось срочно разбирать. Диванные подушки в спешке полетели на палас. Илья влетел в зал и увидел на полу мамину любимую хрустальную вазу. Вернее, ее остатки. Потрясенный, он застыл на месте: что сказать родителям?! Ведь не склеить! Проклятая ворона! Илья застонал: несчастная ваза разбита, что называется, вдребезги. Среди блестящих, сверкающих в солнечном свете осколков жалко смотрелись переломанные гвоздики. В пушистый, дорогой ковер стремительно впитывалась вода.
    Илья опрометью бросился за тряпкой: нужно спасти хотя бы ковер. Собрать остатки воды. И придумать, что сказать маме.
    Может, удастся избавиться от мерзкой птицы? Крыло давно поджило, она вполне выживет и на свободе. А Тайке найти симпатичного котенка, чтобы не устояла… Замечтавшись, Илья едва не упал. Из-под ног с хриплым карканьем выскочила взъерошенная Марфа. Ее крохотные глазки, как показалось вдруг Илье, торжествующе поблескивали.
    Но мальчку сейчас было не до вороны. Он лишь отмахнулся от неприятной птицы мокрой тряпкой. И мстительно подумал, что завтра же отправится на поиски кота.
    Наверняка у кого-нибудь из приятелей есть на примете бродячий. Говорят, по подвалам их тьма-тьмущая шатается.
    Илья вытер рукавом пот со лба и решил, что лучше выбрать зверюгу поздоровее. И позубастее. А то мерзкая ворона сама котика сожрет, с нее станется. И еще нужно быть реалистом: вряд ли Тайка добровольно расстанется с Марфой. Даже если притащить дюжину кошек.
* * *
    Илья убрал остатки хрусталя и промокнул воду. С сожалением повертел в руках изувеченные цветы: жалко выбрасывать. Мама любит гвоздики. А этот букет папа принес только вчера. Цветы совершенно свежие. Илья удрученно вздохнул, обрезал поломанные стебли и кое-как пристроил их в пластиковую бутылку. Поставил на подоконник и снова подумал: что скажет мама? Наверняка расстроится из-за вазы. И цветов.
    А все ворона!
    Минут через пять Илья вспомнил о Тайкином сочинении и невольно рассмеялся: дорого же обходится удовольствие прочесть его! Рассказать кому – не поверят. Настоящая маленькая война. Из-за тетради. С детским сочинением. Как глупо! С другой стороны, а что делать? Нужно все-таки с ним закончить. Раз уж взялся. Не сдаваться же на милость Марфы?
    Илья устало побрел в Ритину комнату и, не веря собственным глазам, застыл на пороге. Заканчивать-то, собственно, оказалось не с чем. Над жалкими остатками Тайкиной тетради вовсю трудилась проклятая ворона, и груда бумажных лохмотьев росла с каждой секундой.
    Поведение Тайкиной птицы Илью поразило. Тем более что, заметив мальчика, Марфа свое гнусное занятие прекращать и не подумала. Насмешливо каркнула и, долбанув по тетрадке, демонстративно выдрала и отшвырнула на палас очередной кусок бумаги.
    – Зар-р-р-раза, – ошарашенно выдохнул Илья, таращась на старательно работающую клювом Марфу. – Ну и зараза же!
    Он потоптался на пороге и наконец оставил ворону расправляться с тем, что еще недавно было Тайкиной тетрадью для сочинений. Сам же понуро побрел к себе.
    В голове потрясенного мальчика крутилась одна-единственная мысль: «Что же она, СПЕЦИАЛЬНО разбила вазу, чтобы выманить меня из Риткиной комнаты? Да птица ли это?!»
* * *
    В своей комнате Илья немного успокоился. Вытащил блокнот и невольно порадовался собственной предусмотрительности. В принципе, основное он успел записать. Те моменты в Тайкином сочинении, что нуждались еще в расследовании, и те, что УЖЕ не нуждались. Вот что у Ильи получилось:
    «Ванечка и Ангелина – плюс.
    Спрашивает ли Ангелина на уроках Тайку? Выяснить срочно! Начать с дневника.
    Стала ли Лерка рыжей? Чушь какая-то, но все равно проверить.
    «Запал» ли неизвестный Петька на неизвестную Вальку? Выяснить!
    Кононова ногу сломала. Здесь – плюс. Но все-таки, какую именно? Выяснить.
    С Риткой и Игорем все ясно. Здесь опять плюс.
    Само собой, плюс – случай на уроке физкультуры!»
    Илья несколько раз перечитал свои записи и удовлетворенно кивнул – неплохо. По крайней мере, теперь понятно, с чего начать. Он сунул блокнот в карман джинсов и решил ждать вечера. Вернуться к расследованию проще с дневника. К тому же, если там есть отметки, саму Тайку можно и не расспрашивать. Значит, на уроках ее вызывают, и все в порядке.
* * *
    Илья с трудом дождался вечера. И когда младшая сестра уселась наконец за компьютер, вздохнул с облегчением: можно действовать. Он осторожно пробрался в Тайкину комнату и выудил из ранца потрепанный, видавший виды дневник.
    Илья нервно хохотнул. Он чувствовал себя почти вором! И боялся, что его вот-вот застанут на месте преступления. Хотя бы младшая сестрица. Что ей тогда сказать? Мол, провожу ревизию твоим двойкам?
    Мальчик довольно долго держал Тайкин дневник в руках, не решаясь заглянуть в него. Потом, удивляясь собственной трусости, все же открыл. И похолодел от неприятного предчувствия: за последние три недели у Тайки не прибавилось ни одной отметки! Не считая оценок за поведение. Но и тут стояли сплошные «отлично», что совершенно не соответствовало действительности.
    Ему ли не знать Тайки! Раньше самой блестящей отметкой за поведение считалась тройка, большего с младшей сестры никогда и не требовали. Вот за двойки и единицы пытались наказывать. Без особого успеха, нужно признать.
    Илья торопливо пролистал дневник и угрюмо заметил, что еще месяц назад редкий день обходился без оценок. Что же получается?!
    Решив не терять зря времени, встревоженный Илья с трудом извлек упирающуюся Тайку из-за монитора. Чтобы обошлось без протестующих воплей, он клятвенно пообещал младшей сестре после честных ответов на некоторые вопросы оставить ее в покое. Больше того – самому не претендовать на компьютер сегодня вечером!
    Это Тайку очень даже устраивало. Она сложила руки на коленях и с готовностью уставилась на брата. В нетерпеливом ожидании вопросов.
    Илья смущенно замялся. Может, признаться Тайке, что залез без спроса в ее сумку? Такого еще никогда не случалось! И вообще… Он попытался представить себя на месте сетры и непроизвольно поежился: лучше о ранце не говорить. Характер у Тайки…
    Однако разговор как-то нужно начать, и Илья решил не церемониться: авось проскочит. Лучшая защита – нападение, это не он сказал. Покраснев от досады, Илья энергично потряс перед Тайкиным носом дневником. А когда сестра ошеломленно отпрянула в сторону, он грозно воскликнул:
    – Эт-то что ж такое, а?!
    – Ч-чего? – пролепетала Тайка, заранее чувствуя себя виноватой.
    – Почему за последние три недели у тебя ни одной отметки? – еще более грозно рявкнул Илья. – Ты что, не подаешь Ангелине дневник?!
    – Как это «не подаю»? – непритворно удивилась Тайка. – Очень даже подаю. – И невинно захлопала длиннющими рыжими ресницами. – Просто она меня не спрашивает.
    – Почему? – змеей зашипел любящий старший брат. – ПОЧЕМУ она вдруг перестала тебя спрашивать?!
    – А я не хочу, – безмятежно пояснила Тайка.
    Марфе поведение Ильи не понравилось. Она насупилась, угрожающе нацелила в его сторону свой страшный клюв и бочком-бочком начала подбираться к недругу. Илья невольно отпрыгнул. Он прекрасно помнил страшный кровоподтек на Риткиной щиколотке. И сегодняшнюю битву с вороной помнил. Которую он в конечном счете проиграл.
    К счастью, Тайка заметила маневры мерзкой птицы и нахмурилась. Бесцеремонно оттолкнула ворону ногой и грозно крикнула:
    – Не смей трогать Ильку!
    Марфа заворчала как собака. Нахохлилась и стала в два раза больше. Тайка строго погрозила пальцем:
    – Его нельзя, поняла? Я его люблю!
    Илья невольно расхохотался, до того забавно выглядела сейчас младшая сестра. Светлые бровки сдвинуты в одну линию, большущие золотистые глаза сверкают, бесчисленные веснушки выступили на удивление отчетливо, тонкий носик покраснел и воинственно заострился, рыжие кудри стоят веером, кулачки сжаты… Страшна во гневе! Даже ворона наконец испугалась и опасливо юркнула под письменный стол. От греха подальше.
    Тайка подняла взгляд на брата и серьезно сказала:
    – Марфа злая, но меня слушает. Она тебя больше не тронет, честно. Она, знаешь, меня боится. – Девочка немного подумала и задумчиво протянула: – Ведь если захочу, она снова обычной птицей станет. Ну, простой вороной…
    Марфа словно поняла Тайкины слова и протестующе запыхтела. А потом еще глубже забилась под стол, даже шуршать там перестала.
    Илью монолог младшей сестры поразил. Тайка говорила так, словно… Илья внезапно вспомнил свои сегодняшние приключения, и ему стало не по себе. Он рванул ворот свитера и прохрипел:
    – А сейчас она не «простая»?
    Тайка отрицательно помотала головой и улыбнулась брату.
    – Нет.
    Илья смотрел вопросительно. Тайка охотно пояснила:
    – Я же ей травки дала. Специальной. Бабуля велела. Марфа, она… теперь не простая птица!
    – А какая же? – простонал окончательно запутавшийся Илья.
    Девочка пожала плечами и простодушно сказала:
    – Не знаю. Колдовская, наверное.
    Илья помассировал ноющие виски. В голове билось: «За что?!» И больше всего хотелось проснуться. Чтоб дома не было никакой вороны. И никакого тайника в Тайкином ящике для игрушек. И даже никакой поездки в деревню чтоб не было!
    Тайка о страданиях старшего брата не подозревала. Поэтому оживленно добавила:
    – Очень уж умная. Почти все понимает.
    Брат с сестрой немного помолчали. Тайка вожделенно покосилась на застывшую картинку на мониторе. Там герой в старинной одежде как раз заносил огромный блестящий меч над головой безобразного ящера. И жалась к стволу дерева перепуганная белокурая принцесса… Девятилетнюю Тайку мало волновали невероятные проблемы. В отличие от Ильи, она воспринимала их как данность. И ничему не удивлялась. Сейчас Тайку тянуло к компьютеру, к новой игре.
    Илья понял, что сегодня от девочки ничего не добьется. Проще самому поломать голову. Меньше разговоров будет. И вообще – хорошо бы об этой дикой истории никто не узнал.
    Сумасшедшая ворона, смоляная куколка с вывернутой ножкой и пучком волос на затылке, ледяное колечко с зеленым камнем, умершая прабабка-ведьма, влюбленные Савченко и Ангелина Павловна, колдовство… Полный бред!
    Илья обреченно вздохнул:
    – Ладно уж, играй.
    Тайка радостно вспыхнула и, уже разворачиваясь к монитору, прошептала:
    – Только ты про Марфу никому, ладно?
    – Не кретин, – угрюмо буркнул Илья и побрел в свою комнату.
    Он заранее тосковал. Ясно ведь: дурацкие, невозможные исследования придется продолжить. Нужно во всем разобраться, неизвестно, во что вляпалась Тайка, она еще совсем малышка…
    Хотя вполне могло быть и такое: он – идиот, а Ангелина Павловна свихнулась на почве влюбленности. Она просто забыла о своих обязанностях! Вот и не проводит толком уроки. И отметок не выставляет. Тайка здесь совсем ни при чем. «Элементарно, Ватсон!»
    Илья досадливо крякнул: зачем он только искал дурацкое сочинение? Читал его? Выписки делал? С вороной воевал? С ума сошел, не иначе. Дело себе нашел. Попроще и поприятнее. Как там? «Не было у бабы хлопот, так купила порося…» Вот и он все накручивает и накручивает вокруг придуманной Тайкой сказочки.
    Правда, ворона… Ну и птица! Если, птица, конечно.
    Илья ожесточенно подумал, что пора с этой историей заканчивать. План он себе набросал, осталось ему следовать. Итак – завтра же он выяснит все о Лерке! И об этих… как их там? Вальке с Петькой, что ли?
    Илья заглянул в свой блокнот и удовлетворенно кивнул: имена мальцов запомнил правильно. Но главное – Лерка. Та самая девчушка, которая дразнила Тайку. Илья усмехнулся – не могут же на самом деле волосы просто так сменить цвет?! И веснушки опять-таки… Если их никогда не было, откуда им взяться?
    Так что он завтра же поставит точку и успокоится. Забудет о Тайкином сочинении, о колдовстве и дурной вороне.
    Рыжая – ха! Если только Лерка покрасится, а веснушки фломастером нарисует!

Глава 10
Веснушки, волосы и неверный Петька

    К Тайкиному классу Илья приближался с известной опаской. Мало ли, что могло на этот раз вылететь из двери? Стулья, книги, ранцы, портреты со стен…
    К его искреннему удивлению, сегодня в третьем «А» было тихо. Илья на всякий случай взглянул на часы: может, он что-то напутал, и уже идет урок? Да нет, большая перемена только-только началась.
    К дверям Тайкиного класса Илья подошел на цыпочках. И мгновенно выснил причину столь невероятной тишины: Ангелина Павловна оказалась сегодня на месте. И даже не одна. В компании с Иваном Романычем.
    Илья некоторое время понаблюдал за ними из коридора: влюбленная пара преспокойно ворковала у окна. Правда, в отличие от Ритки с Игорем, учителя как-то реагировали на окружающих. Иногда. Во всяком случае, когда вчерашние гололобые малявки затеяли вдруг драку, Ванечка, то есть Иван Романыч, прекратил ее моментально. Сделав шаг в сторону, он просто приподнял забывшихся мальчишек за воротники и подержал немного в воздухе.
    Мальчишки сдались не сразу. Еще пару минут брыкались, размахивая кулаками и воинственно покрикивая. Но быстро поняли, что в длинных и сильных руках Ванечки их борьба потеряла всякий смысл. Примиренные, они были милостиво отпущены на свободу. Даже выговора не последовало!
    Что касается Ангелины Павловны, то она вообще вряд ли обратила внимание на столь незначительный эпизод. Тайкина классная руководительница смотрела в окно, и взгляд ее показался Илье задумчивым и рассеянным. Как у Риты.
    Старшего Романова оба учителя не заметили, слишком оказались заняты друг другом. Поэтому он тоже перестал их разглядывать и занялся поисками таинственной Лерки.
    Илья самоуверенно считал, что обнаружит ее в два счета. Вчера вечером он специально рассматривал последний снимок Тайкиного класса. Младшая сестра тыкала пальцем в лица приятелей, Илья честно пытался их запомнить. А потом сам нашел на другой фотографии интересующих его малышей. И снова долго всматривался в забавные мордашки. К счастью, каждый из них имел свои приметы.
    Лерка, например, на снимке казалась очаровательной белокурой крошкой с огромными голубыми глазами. Валька – плотненькая, смуглая, немного цыганистая девчонка. Петька – один из самых высоких мальчишек в классе. Коротко стриженный и довольно лопоухий.
    Но все это сейчас помогало мало. Как старательно Илья ни вертел головой, обнаружить искомых Лерку, Вальку и Петьку не удавалось. Будто малыши шапки-невидимки нацепили. Может, их сегодня нет? Может, заболели? Все трое?!
    Потратив на поиски минут пять, Илья сдался. Увидел за одним из последних столов вчерашнего очкарика, искренне обрадовался и направился прямиком к нему. Илья был уверен: этот малолетний любитель книг – единственный здесь человек, с кем можно поговорить. Жуткий класс!
    Мальчишка встретил появление старшего Романова без удивления, лишь обреченно отодвинул очередную книгу в сторону.
    – Я моментом, – извиняющимся тоном заверил Илья. – Всего парочка вопросов, и я линяю.
    Очкарик кивнул. Илья уселся рядом и непроизвольно отыскал взглядом младшую сестру. К счастью, она сегодня не дралась. Увлеченно менялась наклейками из какого-то журнала для детей с белоголовым толстячком, и появления Ильи просто не заметила. Как раз сейчас оба страстно торговались. Хорошо, пока без тумаков обходились.
    Илья покосился на соседа и попросил:
    – Слушай, только ничему не удивляйся. Просто отвечай и все. Хорошо?
    – Ладно, – вздохнул тот и поправил сползающие с носа очки.
    – Лерка в вашем классе есть? Ну, девчонка с таким именем?
    – Э-э…
    – Так есть или нет?
    – Есть.
    – Где она? Покажи.
    Мальчик развернулся к Илье и раздраженно проворчал:
    – Как я тебе ее покажу? Лерки второй день в школе нет.
    Илья настороженно спросил:
    – Заболела?
    – Откуда я знаю? – сдвинул белесые, едва заметные бровки очкарик. И неохотно бросил: – Наверное. Раз не пришла.
    Илья снова взглянул на Тайку и зачем-то понизил голос. Наверное, в сотый раз за последние недели он чувствовал себя полнейшим кретином.
    – Слушай, а какого цвета у нее волосы?
    – У кого? – деловито уточнил мальчишка.
    – У Лерки.
    Очкарик смешно запыхтел. Почему-то неприязненно уставился на Илью и буркнул:
    – Зачем тебе?
    Илья пожал плечами, затрудняясь с ответом: ну и дурацкая ситуация!
    Мальчишка снял очки и долго протирал стекла не очень чистым носовым платком в крупную голубую клетку. Потом вдруг угрюмо бросил:
    – Да знаю я. Ты тоже колдун. Как и сестра.
    – Что?!
    – Что слышал, – огрызнулся мальчишка. Он немного помолчал и обвиняюще выдохнул: – Это после Тайкиного колдовства Лера рыжей стала! Понял? Все лицо в веснушках. Даже шея. И волосы порыжели. А были белыми. Совсем белыми, как снег. Или мел. Или бумага.
    Он посмотрел на ошарашенное лицо старшеклассника и тоном ниже добавил:
    – Она, думаю, из-за этого в школу не ходит. Смеются же! А все твоя Тайка.
    Илья громко сглотнул. Привычно помассировал виски и нашел в себе силы возмутиться:
    – При чем тут моя сестра?! Ну при чем?!
    Мальчишка молчал. Илья насмешливо фыркнул:
    – Не веришь же ты во всю эту чушь?
    Очкарик сильно покраснел и отвел глаза в сторону. Потом тяжело вздохнул и шепотом признался:
    – Раньше не верил. А теперь не знаю. – Он бросил быстрый взгляд на Илью и агрессивно прошипел: – Стала же Лерка рыжей? Стала! Это как? Не колдовство, да?
    Илья хотел было ответить, но не успел. Мальчишка сгорбился и неожиданно заявил:
    – Правда, Лера тоже виновата. Зачем Тайку дразнила? Теперь, конечно, уже не дразнит…
    Они помолчали, думая каждый о своем. Оба чувствовали себя не совсем уютно. Верить в колдовство в наше время – тяжкое бремя. Даже если доказательства появляются одно за другим.
    Илья покосился на часы и заволновался: до конца перемены оставалось три минуты. Нужно успеть все выяснить до конца. Терять ему нечего.
    – Слушай, а Петька, что за вашей Леркой ухлестывал, он как? – немного виновато спросил Илья. – Высокий такой мальчишка и лопоухий…
    – Петька-то? – равнодушно переспросил мальчишка. – Уже не ухлестывает. Он сейчас на Вальку Лемешеву глаз положил.
    Илья сжал зубы: и тут неудача. Очкарик ткнул пальцем в сторону ближайшего окна.
    – Вон, смотри! Видишь, они за третьим столом сидят?
    Илья обернулся и действительно увидел еще одну занятую лишь собой влюбленную пару. Почему-то эти двое малышей напугали его гораздо больше, чем Ритка с Игорем или Ангелина Павловна с Ванечкой. Девять лет!
    – Как же так? – беспомощно пробормотал Илья, поедая глазами ветреного третьеклассника. – Ему же Лерка нравилась, я помню…
    – Нравилась, – мрачно кивнул мальчишка.
    Илья завороженно наблюдал, как цыганистая девчонка чему-то засмеялась, и две головы сблизились еще больше.
    – Сестрицу потряси, – язвительно посоветовал внимательно наблюдающий за гостем очкарик. – Наверняка ее рук дело!
    Илья почти враждебно взглянул на него.
    – С чего ты взял?
    Третьеклассник насмешливо пояснил:
    – Она сама об этом сказала! Заранее. Когда сочинение читала. Чтобы мы знали, с кем дело имеем. Припугнуть хотела, ежу понятно.
    – И вы поверили? – негодующе перебил Илья.
    – Не знаю, – мгновенно поник мальчишка. Поднял огромные серые глаза и жалобно протянул: – Я об этом и заикнуться-то боюсь. – Он с завистью покосился на беззаботных одноклассников и признался: – Понимаешь, я, наверное, единственный, кто на ее сочинение внимание обратил. Остальные лишь посмеялись. А мне страшно. Вдруг это правда? Ты сам как думаешь, а?
    Илья неожиданно для себя кивнул.
    – Так же, как и ты. Мне это не нравится. Сильно. Иначе какого черта я бы в ваш класс таскался? Мне оно надо? Своих дел по горло.
    Ребята помолчали. Илья угрюмо вздохнул.
    – Последнюю вещь осталось узнать. Для полноты картины.
    – Спрашивай, чего уж там.
    – Э-э… Какую ногу сломала ваша учительница рисования?
    – Что? – Очкарик изумленно открыл рот.
    – Что слышал, – сурово отрезал Илья. – Так надо. Узнать можешь?
    – Подожди минутку.
    Мальчишка выполз из-за стола и, загребая ногами, неспешно побрел в сторону учителей. Илья с невольным интересом наблюдал, как он о чем-то настойчиво расспрашивал Ванечку, а тот заливисто хохотал.
    Затем очкарик кивнул и стал пробираться обратно.
    – Ну что? – взволнованно прошептал Илья.
    – Правую! Ангелина Павловна на днях в больницу ходила. С другими учителями. Навестить.
    Илья невольно застонал. Мальчик встревоженно уставился на внезапно побледневшего старшеклассника.
    – Эй, что с тобой? Не та нога, что ли? Нужно, чтобы Ирина Васильевна сломала левую, да?
    – Д-да, – пробормотал Илья, с трудом поднимаясь со стула. – Левая была бы куда лучше…
    И пошел к выходу.

Глава 11
Серьезный разговор

    С оставшихся уроков опять пришлось уйти. На этот раз с подачи Макаровны. Сам бы Илья не рискнул: сколько можно прогуливать?
    Евгения Макаровна думала по-другому. Ей, видите ли, не понравился слишком рассеянный вид Ильи и его нездоровая бледность. Трижды не докричавшись до него, учительница математики неожиданно вскипела и выставила Илью из класса. Заявила – судя по всему, он, Романов, еще не выздоровел полностью. А раз так, то самое место ему в постели. Нечего сидеть за партой и отвлекать остальных. Никаких возражений Евгения Макаровна слушать не желала. Сердито перелистывала свой блокнот, а в спину понурого Ильи завистливо смотрели одноклассники. Им-то на следущем уроке грозила очередная самостоятельная по алгебре!
    Илья шел к остановке автобуса и хмуро думал – накрылась школа. Если так будет продолжаться и дальше, лучше здесь не показываться. Все равно в голову ничего не лезет. В мыслях одно – Тайкина история. Тут не до математики или ближайшей олимпиады, Евгения Макаровна права.
    Вот и сейчас Илья прикидывал, чем бы заняться дома. И решил еще раз просмотреть забавные побрякушки из деревянной шкатулки. Те, что Тайка привезла из деревни. Илье хотелось убедиться в собственной наивности и на этом успокоиться.
    В самом деле, не считать же мусор в платочке колдовским? Камушки, дурацкая куколка из смолы, травки какие-то, зеркальце, кажется. Тайка могла и выдумать, что вся эта ерунда принадлежала бабушке. Играла наверняка с деревенскими девчонками, да и прихватила с собой. Малышня вечно всякую чепуху собирает.
    Илья так погрузился в размышления, что проехал нужную остановку. Пришлось возвращаться к дому пешком. За эти пять-десять минут его мнение в который раз изменилось. Илья уже не считал мелочь в пестрой тряпке такой уж безобидной. Вспомнилось вдруг, как занемела кисть от узкого колечка с зеленым камнем. Как противно держать в руках смоляного уродца, липкого и неприятно податливого. Как едва не уронил на пол странный янтарь… Что за глаз Илье тогда привиделся в золотистом окне?
    Нет уж, лучше просто избавиться от всего. Спрятать в гараже, выкинуть, утопить в реке, подарить кому-нибудь… Да что угодно, лишь бы Тайка не забивала себе голову всякими глупостями. Исчезнут безделушки, Тайка тут же переключится на другую игру. Более безобидную. И понятную.
    Илья напрасно строил планы. К Тайке в комнату он так и не попал из-за проклятой вороны. Марфа будто почувствовала, что Илья пришел домой за таинственным свертком. Даже на порог детской его не пустила. Набрасывалась на Илью, как цепная собака. Только что не рычала. И зубами не клацала. Зато каркала преотвратно. И пару раз пребольно долбанула Илью клювом по руке прямо по запястью. Почти до крови. На разъяренную Марфу сегодня и веник не действовал. Уворачивалась ворона от него мастерски и все норовила попасть клювом или по щиколоткам, или по пальцам. И лупила со всех сил, не стесняясь, до кровоподтеков.
    На самом деле, Марфа здорово напугала Илью. И оживила все его недавние подозрения. В результате мальчик лишь укрепился в мысли избавиться от свертка. Только не знал, как к нему подобраться.
    Илья потирал посиневшее запястье и ломал голову в поисках выхода. Марфа искоса наблюдала за ним, время от времени угрожающе каркая и щелкая клювом. От этого страшного звука Илья бледнел и прятал руки за спину. Марфа злорадно перхала и размахивала крыльями, словно собиралась взлететь.
    Растерянный Илья, сам не понимая зачем, пообещал пожаловаться Тайке. Просто от отчаяния пообещал.
    Как ни странно, это подействовало. Марфа чуть поутихла, но своего поста у порога Тайкиной комнаты не оставила. Нападать не нападала, однако топталась на виду у Ильи, и бусинки ее глаз агрессивно поблескивали. Весь вид птицы как бы говорил – только сунься! Пришлось раздосадованному Илье оставить свой план до вечера. Не драться же с Марфой. Так и без глаз остаться недолго.
    – И пусть. Даже лучше, – вяло пробормотал Илья. – Заодно поговорю толком с Тайкой.
* * *
    Илье повезло, родителей сегодня пригласили к кому-то из знакомых на день рождения. Они накормили детей и ушли сразу же после ужина.
    Илья пообещал матери уложить Тайку ровно в девять, как обычно. Даже сказку на ночь пообещал рассказать. Мол, и они с Ритой постараются лечь до полуночи, все-таки завтра в школу. Так что домой родителям можно не спешить, все под контролем. Насчет контроля Илья, конечно, преувеличил. Не те сестрицы у него, чтобы можно было за них ручаться.
    Рита, например, мгновенно воспользовалась отсутствием родителей и утащила в свою комнату телефон. Зато когда Илья услышал ее воркующий голос, он понял – квартира свободна. Совершенно свободна. Пока Рита болтает со своим Игорьком – а ведь какой еще недавно был парень! – можно считать: они здесь вдвоем с Тайкой. Вот только Марфа… Как бы эта тварь опять не помешала.
    Илья не зря волновался. Мерзкая ворона словно ощущала неведомую опасность. Весь вечер таскалась за Ильей буквально по пятам. Даже у туалета дежурила. Куда бы Илья ни пошел, он всюду ловил на себе настороженный и совсем не птичий взгляд Марфы. Недоверчивый и явно угрожающий. Только что напасть в открытую ворона не решалась, лишь шпионила.
    Пытаясь избавиться от зловещего надзора, Илья пригласил Тайку в свою комнату. А перед наглой птицей просто-напросто захлопнул дверь. Причем демонстративно. Как он и ожидал, при своей маленькой хозяйке Марфа набрасываться на Илью не посмела, только косилась злобно.
    Илья усадил заинтригованную сестру на диван и бестолково закружил по комнате. К несчастью, нужный разговор никак не складывался. Все сейчас казалось Илье глупым. А уж его подозрения…
    Тайка непонимающе наблюдала за его потугами. Потом звонко рассмеялась: брат так смешно морщил лоб! Будто хотел сообщить о двойке родителям.
    Илья протяжно вздохнул – нормальная реакция трезвомыслящего девятилетнего человечка. Он заставил себя собраться и сказал:
    – Разговор есть. Серьезный.
    – Какой-какой?
    – Говорю же, серьезный. Так что настройся.
    – Ладно, – пробормотала Тайка.
    Огромные карие глаза в обрамлении рыжих ресниц встревоженно замерцали. Тайка на всякий случай громко шмыгнула носом и старательно потерла сухие глаза кулачком: вдруг это она что-то натворила? Нужно задобрить Ильку. Илья невольно усмехнулся: ну и девчонка. Артистка, по-другому не скажешь. Еще не знает в чем дело, но готова на все. Плакать или смеяться – только закажите.
    Он кашлянул.
    – Я о твоем колдовстве хочу поговорить. Не возражаешь?
    – Не-а.
    – Тогда слушай. – Илья сделал еще круг по комнате, в сомнении дернул себя за ухо и наконец осторожно спросил: – Как считаешь, хорошо быть ведьмой? Настоящей ведьмой, как в сказках?
    Тайка сверкнула глазищами и, не раздумывая, выпалила:
    – Ага!
    – Вот как? – тяжело посмотрел на нее мальчик.
    Тайка закивала головой. Она явно не сомневалась в своем кратком ответе.
    Илья внезапно разозлился, поэтому довольно резко бросил:
    – А я уверен в обратном!
    – Почему? – обиженно протянула младшая сестра.
    Илья надолго задумался. Тщательно подбирая слова, сказал:
    – Потому что ведьма – это жестокий и плохой человек. Понимаешь? Жестокий и плохой. Ее трудно любить. Даже брату.
    Тайка не ожидала услышать ничего подобного. Никак. Она вопросительно покосилась на Илью, тот смотрел строго. Слишком строго. Девочка не заметила в его вгляде привычной добродушной усмешки. Будто Илья не на свою младшую сестру смотрел, а на… на преступника! Самого настоящего преступника.
    Тайка к такому не привыкла. Ее глаза стремительно наполнились слезами, а нижняя губа набухла и предательски задрожала. Она жалобно пролепетала:
    – Но ведь я не сделала ничего похого…
    Илья язвительно возразил:
    – Тебе так кажется? Ничего плохого? А сломанная нога учительницы рисования?
    – Но ведь Ирина Васильевна злая, – срывающимся голоском выкрикнула девочка. – Она нас не любит! Она на нас вечно вопит!
    – Это так, – холодно признал Илья. – Однако ног вам она не ломала, верно? Ни разу. Так кто из вас хуже?
    Тайка растерянно захлопала ресницами и даже рот приоткрыла. Ей как-то не приходило в голову сравнивать себя с Ириной Васильевной. Ругань, крик, бесконечные записи в дневниках и… и сломанная нога!
    – Я больше не буду, – потерянно прошептала девочка. – Я не подумала…
    – Дело не только в Кононовой!
    – А в чем? – без всякого притворства всхлипнула Тайка. – Я, честное-пречестное слово, больше ничего такого не делала…
    – Ничего такого? – негодующе фыркнул Илья. – А Ангелина? Игорь Савченко? Петька? – сурово перечислил он. – Скажешь, их ты не трогала?!
    – Но ведь любовь – это хорошо, – жалко пролепетала маленькая колдунья.
    – Да кто тебе сказал?!
    – Все… И в книжках… И в кино… И Ритка…
    Илья едва не рассмеялся, до того ошеломленным выглядело Тайкино личико. И несчастным.
    Однако он побоялся все испортить и сурово произнес:
    – Я смотрю, у тебя в голове настоящая каша. Давай разбираться!
    – Давай…
    Илья почесал затылок и подумал, что младшая сестрица никогда не задает легких вопросов. А уж этот…
    Елки, он и сам-то толком не знает, что такое любовь! По книжкам разве. В первом приближении. Объяснить Тайке, почему нельзя влюблять насильно, – почти невозможная задача. С другой стороны, не боги горшки обжигают. Надо попробовать. Тем более Тайка сидит с открытым ртом и нетерпеливо ждет.
    Неожиданно Илья улыбнулся и вкрадчиво поинтересовался:
    – Кто тебе в классе больше всех не нравится? Из мальчишек, я имею в виду.
    – В моем? Из мальчишек? Не нравится?
    Илья кивнул.
    – Н-ну, наверное, Витька Матусевич.
    – Почему?
    – Он толстый, вредный, ябеда… – Немного подумав, Тайка твердо закончила: – И вообще – он препротивный!
    – Значит, – насмешливо посмотрел на сестренку Илья, – ты бы его не смогла полюбить? Вашего Матусевича?
    – Ты что?! – У Тайки от возмущения даже слезы высохли. – Да никогда!
    Илья с ехидством бросил:
    – А если через колдовство? Ну, кто-нибудь еще такой умный нашелся бы и заколдовал тебя? Как сделала ты. Тогда как? Полюбила бы?
    Тайка с откровенным ужасом уставилась на старшего брата и убито пробормотала:
    – Н-не знаю.
    – Полюбила бы, – с удовлетворением отметил Илья. – Куда бы ты делась!
    Тайка сморгнула с ресниц слезинки. Илья серьезно сказал:
    – Вот только это уже не совсем ты была бы. Понимаешь?
    – Нет, – едва слышно отозвалась девочка.
    Илья хмыкнул и пояснил:
    – Ты-то не способна его любить? Сама, я имею в виду. Так?
    – Та-ак.
    – Значит, полюбишь его уже не ты, а другая. Та рыжая девчонка, которая полюбит вашего препротивного Матусевича, тобой быть никак не может. Дошло, нет?
    Тайка кивнула и размазала рукавом свитера упрямо выступавшие слезы. Говорить она была не в состоянии. Перед глазами девочки стояла страшная картина: они с Витькой Матусевичем сидят за одним столом и шепчутся. Голова к голове. Как Петька с Валькой. Толстый Матусевич, от которого вечно неприятно пахнет, дышит прямо ей, Тае, в лицо. И не отстраниться. Не оттолкнуть его. Она же влюблена!
    – Что в таком случае получается? – строго поинтересовался Илья. – Ты людей в марионеток превращаешь? В кукол на ниточках? И это называется «делать доброе дело», да?
    Тайка громко всхлипнула. За дверью завозилась, закаркала встревоженная Марфа. Ворона даже попыталась открыть дверь, бросаясь на нее грудью, но не смогла, – та оказалась для нее тяжеловата.
    Илья постарался не обращать внимания на поднятую в коридоре возню и сурово продолжил:
    – Как с тобой жить дальше прикажешь? Мне, например, совсем не улыбается иметь сестру-ведьму. – Он раздраженно хмыкнул. – Мало ли, что ей в голову завтра взбредет?!
    – Но я тебя люблю, – убито прохлюпала Тайка. – Я тебе ничего плохого бы не сделала. Никогда. Честное слово.
    – Хорошего тоже, – отрезал Илья. Он немного помолчал, потом сердито сказал: – Я вовсе не хочу, чтобы в мою жизнь вмешивалась ведьма, поняла? Я сам хочу ее прожить. Сам! Как и Ритка. – Илья сдвинул брови. – Думаешь, она обрадуется, узнав про Игорька?
    – А р-р-разве нет?
    – Дурочка! В лучшем случае оскорбится!
    Тайка ошеломленно затихла. Перестала плакать и снова задумалась. Илья угрюмо буркнул:
    – Получается, ты не веришь, что в Ритку кто-нибудь сможет влюбиться. САМ! Без сопливых. Вот скажи: она что, уродина?
    – Н-нет…
    – Идиотка набитая?
    – Н-нет…
    – Так зачем же ты влезла?!
    – Но ведь Савченко ей нравился… – И несчастная, окончательно запутавшаяся Тайка уже взахлеб заревела.
    – Балда, – констатировал Илья. Он усмехнулся, сел на диван. Взял рыдающую сестренку на колени и мягко пояснил: – Пойми, сегодня Ритке нравится Савченко, а завтра она уже всерьез – понимаешь, всерьез! – полюбит другого. И этот другой, может, ее судьба. Настоящая! А ты лезешь и все портишь. А вдруг они из-за тебя уже разминулись?
    – Кто? – Тайка благодарно прижалась к широкой груди брата. – Ритка с судьбой?
    Илья кивнул и вытер Тайке мокрые щеки. Потом серьезно сказал:
    – Хорошо, если ты ничего не напортила. В эти дела лезть нельзя, понимаешь, малыш? Каждый должен жить своей жизнью. Своей! Подсказать, помочь – это пожалуйста, но заставлять… Заставлять – последнее дело!
    – Ага, ясно.
    Девочка сидела на коленях у старшего брата и о чем-то лихорадочно размышляла. Илья не мешал. Он ждал. Наконец Тайка тяжко вздохнула.
    – Я больше не хочу быть ведьмой. Правда-правда. – Она робко подняла глаза на брата и прошептала: – А если я стану прежней, ты снова будешь меня любить?
    – Конечно. – Илья кашлянул, скрывая улыбку. – Я пока и не переставал. Иначе бы так не дергался, сама понимаешь.
    Тайка чихнула и сползла на пол. Нежно погладила брата по щеке и очень серьезно произнесла:
    – Хорошо, что ты мне все сказал. Хорошо, что я еще не ведьма. Я ведь только-только училась. Делала все, что бабуля велела. А теперь не буду. Честно-честно. – Девочка вдруг оживилась. – Подожди немного! – И исчезла из комнаты.
    Илья расслабленно откинулся на спинку дивана. Он чувствовал невыразимое облегчение. Казалось, идиотская история подошла к концу и не нужно больше ломать над ней голову.
    «А может, проще вообще все забыть? – рассеянно подумал он. – Через месячишко-другой сам над собой посмеюсь…»
    В комнату вихрем влетела Тайка со знакомым сверточком в руках и весело, освобожденно закричала:
    – Вот, держи! Тут кольцо и все-все остальное! – Возбужденно приплясывая на месте, Тайка затараторила: – Без кольца мне с бабулей не связаться. Никак. Без кольца – я обычная девочка и ничего пока не умею. Правда, здорово?
    – Правда, – вполне искренне подтвердил Илья и осторожно взял сверток.
    Тайка с надеждой посмотрел на брата.
    – Теперь мне можно к компьютеру?
    Илья рассмеялся и махнул рукой.
    – Можно!
    Он проводил взглядом мгновенно выпорхнувшую из комнаты младшую сестру и пошел одеваться. Проклятый сверток буквально жег Илье руки!
    Мальчик почему-то знал: его нужно унести из квартиры. И побыстрее. Лучше всего – в гараж. Туда до весны никто не сунется. Если только в подпол за картошкой.
    Но не Тайка же!

Глава 12
Тайкина болезнь, или Снова кольцо

    Неделя прошла спокойно. Илья стал потихоньку забывать об истории с прабабкой-ведьмой и Тайкиными попытками колдовства. Только Рита с Игорем Савченко о ней напоминали. Но и их отношения не раздражали Илью и в глаза почти не бросались. Или класс попросту привык?
    В воскресенье все изменилось. Внезапно заболела Тайка. И слегла она как-то очень неожиданно для всех.
    Еще с утра девочка казалась совершенно здоровой, носилась с друзьями в школьном дворе, гоняя мяч. Потом час просидела за компьютером, буквально с боем отвоевав его у отца. А к вечеру вдруг расклеилась. Да настолько, что сама отправилась в постель. Без всякого напоминания со стороны старших. А когда мама зашла к ней перед сном – поцеловать, Тайка уже вся горела.
    Перепуганные родители не знали, что и подумать. Наелась мороженого? Перекупалась на физкультуре в бассейне? Заразилась от кого-то гриппом? Ответа не было, и они сразу же вызвали врача.
    Доктор довольно долго осматривал девочку. Прослушивал ее, озадаченно мял худенькое, горячее тельце, заглядывал в рот… Потом недоуменно покачал головой и признался:
    – Ничего не пойму. Температура под сорок, а горло и легкие – чистые. Ни насморка, ничего. Если бы это случилось летом, я бы предположил солнечный удар, но сейчас… И почему ребенок в сознание не приходит?
    Врач предложил положить Тайку в больницу на обследование. Мол, такие случаи нужно наблюдать в стационаре. И лучше – в нейрохирургии. Уж очень все это напоминает травму головного мозга. Хотя… гематом на черепе девочки он не нашел. Как ни странно.
    Перепуганная мама заплакала. Встревоженный папа бросился звонить какому-то знакомому невропатологу. Рита в панике схватила младшую сестру за руку и вдруг с надеждой воскликнула:
    – Ма, у Тайки температура вниз пошла, честное слово! Посмотри, лоб мокрый!
    Вновь поставили градусник, теперь он показал чуть больше тридцати восьми. Раскрасневшаяся девочка раскинулась на постели, лицо ее влажно поблескивало. Она даже одеяло с себя скинула. И дышала уже не так тяжело.
    Откуда-то из коридора в детскую пробралась ворона и неуклюже взлетела на кровать. Устроилась на деревянной спинке и склонила голову. Черные бусинки глаз настороженно поблескивали.
    Илья недовольно поморщился. Он за эту неделю о Марфе совершенно забыл. Умная птица, словно чувствуя его неприязнь, старалась в последнее время не попадаться мальчику на глаза. То ли в детской отсиживалась, у Тайки, то ли еще где, но ни в зале, ни в кухне, ни в своей комнате Илья ее не видел. И думать о ней перестал. А тут – на тебе! Появилась.
    Прогнать настырную Марфу Илья не успел. Тайка внезапно забеспокоилась, едва слышно застонала и с явным трудом приоткрыла глаза. А увидев брата, слабо улыбнулась и пролепетала:
    – Илька… Что сказать надо…
    Она на секунду замолчала, большущие карие глаза лихорадочно блестели, худенькие пальцы бессознательно мяли воротник пестрой пижамы. Илья осторожно присел на кровать и ласково спросил:
    – Тебе лучше?
    Тайка, на бледном личике которой выделялись лишь огромные глаза и веснушки, кивнула.
    – Наклонись…
    Илья растерянно обернулся, но в комнате кроме них никого не было. Родители в гостиной беседовали с врачом. Ритка крутилась рядом со взрослыми с градусником в руках. Только ворона угрюмо нахохлилась на спинке кровати.
    Илья вздохнул и послушно склонился к младшей сестре. Тайка еле слышно прошептала:
    – Меня нельзя в больницу. Там мне не помогут. Это бабушка.
    – Какая бабушка? – растерялся Илья.
    – Та самая. Ведьма, – очень серьезно пояснила девочка.
    И слабо отмахнулась от взъерошенной вороны, та вдруг спрыгнула на ее подушку. Топталась теперь чуть ли не у самой Тайкиной щеки и, как показалось Илье, прислушивалась к разговору.
    Неожиданно Илья рассвирепел. Он почему-то сразу поверил сестре. Будто в глубине души знал: эта странная история еще не закончена. И ждал продолжения.
    Сейчас он был в бешенстве. До слез жалел маленькую сестру и боялся за нее.
    Проклятая старуха! Проклятая ворона!
    Илья легким движением взъерошил Тайке влажные от испарины рыжие кудряшки и ободряюще улыбнулся. Потом резко вскочил, схватил мерзкую птицу в охапку и вышвырнул ее из комнаты. Только что не пинком. И разъяренно прошипел вслед:
    – Попадешься мне на глаза, пеняй на себя! Прибью к черту, клянусь. Короче, чтоб я тебя рядом с Тайкой больше не видел!
    Илья с грохотом захлопнул дверь. Он ни капли не сомневался: Марфа прекрасно поняла его слова. Иначе не смотрела бы на него с такой бессильной ненавистью.

    То, что девочка пришла в сознание, врача немного успокоило. Как и родителей. Тайка чувствовала себя явно неплохо и даже улыбалась взрослым. И уверяла, что у нее ничего не болит.
    На всякий случай температуру перемеривали еще трижды. Когда она упала до тридцати семи и трех, решено было не торопиться и подержать Тайку пару дней дома. В привычных условиях.
    Врач пообещал понаблюдать за ребенком. Сказал, что подойдет завтра вечером и еще раз осмотрит девочку. Может, и послезавтра зайдет. Так, на всякий случай.
    А встревоженный Илья вызвался посидеть с сестрой. Все равно у него в школе без проблем. В отличие от Ритки. Для Ильи четверка – редкая неудача. Он и дома позанимается. Самостоятельно.
    Родители, естественно, согласились. Отправлять младшую дочь в больницу им не хотелось.
* * *
    Следующие несколько дней перемен не принесли. Девочке становилось то лучше, то хуже. Обеспокоенный врач приходил каждый день, но четкого диагноза не ставил. Результаты анализов, по его словам, были идеальными. Слегка понижен гемоглобин и только. В таком возрасте дело вполне обычное.
    Остальные специалисты – перепуганный папа по очереди таскал их к младшей дочери – также разводили руками. Они не знали, что и думать. На всякий случай Тайке кололи различные витамины. Мол, не повредит. Раз гемоглобин понижен.
    Илья же молчал. Да и что он мог сказать? Что младшую сестру достает с того света умершая недавно прабабка-колдунья? Из-за проклятого колечка с зеленым камнем? Раз уж Тайка имела неосторожность надеть его первой.
    Кто ему поверит?! Еще и к психиатру запросто потащат, решат – у мальчишки на нервной почве крыша поехала. Мама и без того начала беспокоиться. Говорила – нельзя Илье так за Тайку переживать. А то, мол, и сам сляжет. Вон уже и похудел, и круги под глазами, и бледность…
    Смешно просто.
    А бедная Тайка продолжала болеть. Ненадолго приходя в сознание, она испуганно цеплялась за старшего брата и большей частью молчала.
    Илья ждал. Сам точно не знал, чего именно, но ждал. Не могло ведь все это тянуться бесконечно! И он оказался прав.
    Как-то утром девочка проснулась практически здоровой и подозвала Илью. Старший брат в последнее время даже ночевал в Тайкиной комнате. Перетащил в детскую кресло-кровать и наотрез отказался уйти к себе, как родители ни уговаривали. Заявил, что Тайке с ним легче. Пусть она и без сознания.
    Сейчас младшая сестра смотрела на Илью почти как прежде, глаза ее казались ясными и прозрачными. Она воскликнула:
    – Илька, это из-за кольца все! Правда, из-за кольца. – Поймав недоверчивый взгляд брата, Тайка торопливо сказала: – Сегодня бабуля до меня достучалась. Во сне. Только я поняла ее плохо.
    Илья смотрел выжидающе. Девочка сдвинула тонкие рыжие брови и с затруднением пояснила:
    – Знаешь, как телефонный разговор при помехах. Почти не слышно. Наверное, нам с ней поговорить нужно. Как следует.
    Илья кивнул, он почти не удивился. Лишь угрюмо поинтересовался:
    – А почему ж не поговорили?
    – Сказала же – помехи. Я ее почти не слышу, а она меня.
    – Дикость какая, – злясь на себя, буркнул Илья. – Все из области фантастики. В реальной жизни такого и быть не должно.
    – Но ведь есть же, – жалобно протянула Тайка.
    – Есть, – неохотно согласился мальчик. – Хоть и не хочется верить.
    Оба помолчали. Тайка грустно посматривала на брата. У Ильи защемило сердце: и без того худенькая девочка за эти дни совершенно истаяла. Превратилась в собственную тень. Прозрачное личико, на котором словно светились невероятно большие карие глаза, рыжие кудряшки, подчеркивающие Тайкину бледность, и бесчисленные веснушки… Почти черные сейчас.
    – Ну ладно, – сдаваясь, пробормотал Илья. – От меня чего хочешь?
    – Принеси кольцо. Помнишь? С камушком. Зеленым. Я отдала тебе в прошлый раз. Вместе со свертком. – Тайка горестно вздохнула. – Иначе нам не поговорить.
    – Оно точно нужно? – с невольным раздражением спросил Илья. Ему страшно не хотелось возвращать младшей сестре странные и опасные безделушки, привезенные из деревни.
    – Нужно. Я возьму кольцо, и между нами появится связь. – Тайка немного подумала и прошептала: – Я смогу ей объяснить, что больше не хочу быть ведьмой.
    – Уверен, она и так об этом знает, – угрюмо проворчал Илья. – И без кольца. Поэтому на тебя и набросилась.
    – Да нет, – слабо улыбнулась Тайка. – Откуда? Без кольца она меня теряет.
    Илья приподнял брови. Тайка сказала:
    – Я практически не отличаюсь от других девочек. И способности мои не развиты… – Уловив удивление брата, она жалобно воскликнула: – Я не выдумываю! Правда! Это она мне так говорила. Бабушка.
    Илья мрачно посмотрел на сестру и признался:
    – Не хочется тащить в дом кольцо. Не нравится мне оно.
    – Да ладно тебе, Илька, – укоризненно покосилась на него Тайка. – Я его уже надевала, и ничего страшного не случилось. Забыл, да? Поговорим с бабушкой, я ей все быстренько объясню и сразу же сниму кольцо. Ты опять его унесешь. На этот раз – хоть вообще выброси, не жалко. Хорошо?
    Илья пожал плечами и, отгоняя дурные предчувствия, подумал, что действительно – кольцо Тайка раньше не раз надевала. Ну, наденет еще! Последний раз. Что может случиться? Он же рядом будет, ни на шаг не отойдет…
    И неохотно отправился в гараж. Не избавившись от сомнений. Просто не видел другого выхода. Лишь знал – с этой чудовищной историей нужно так или иначе заканчивать.
* * *
    Вечером Илья лежал в постели и ожесточенно проклинал себя. Нет, надо же быть таким идиотом! Ведь чувствовал – нельзя! Нельзя тащить это мерзкое ледяное кольцо в дом. Нельзя Тайке надевать его на палец. Даже брать его в руки – нельзя. Чувствовал! Хотя, конечно же, не ожидал, что это ловушка.
    Вспоминая, что случилось после того, как сестра взяла в руки проклятую безделушку, Илья невольно застонал. Ну и перепугался же он! Да и любой бы испугался на его месте.
    Мальчик непроизвольно сжал кулаки, восстанавливая в памяти сегодняшнее утро. И ненавидел себя: собственными руками протянуть сестре страшное кольцо! Спокойно наблюдать, как Тайка пытается надеть его!
    А вот дальше… Дальше произошло то, что никак не могло произойти. Не сумев надеть кольцо на похудевший пальчик – оно все время скатывалось – Тайка весело засмеялась и просто сжала его в кулаке. Потом вдруг задрожала и пронзительно закричала:
    – Нет!!!
    Перепуганный Илья мгновенно бросился к ней, но разжать руку девочки не смог, как ни старался. Тайкины пальцы будто свело судорогой. Ее глаза внезапно закатились, Тайка выгнулась дугой, смертельно побледнела и потеряла сознание.
    Илья беспомощно заметался, не зная, как помочь сестре. Вызвать врача? Но что он сделает? Очередной укол? Увезет в больницу? Какой смысл?! И Риты, как назло, дома нет, в школе еще. Может, Ритка смогла бы вытащить гадостную безделушку? Сам Илья панически боялся сломать хрупкие Тайкины косточки.
    Он стоял над кроватью младшей сестры и пытался найти хоть какой-нибудь выход. Побрызгал Тайке в лицо холодной водой и вдруг отпрянул в сторону.
    Только что лежавшая в глубочайшем обмороке Тайка вздрогнула и медленно села. Очень медленно. Словно спина девятилетней девочки мгновенно одеревенела.
    Илья задрожал от нестерпимого ужаса: это не Тайка! Даже ее карие, с золотистыми блестками глаза неожиданно показались Илье выцветшими и холодными. Мальчик непроизвольно отшатнулся от постели еще дальше.
    Это существо, еще недавно бывшее его младшей сестрой, наконец выпрямилось и зачем-то аккуратно сложило руки поверх коленей. Потом слепо завращало глазами, с явным трудом фокусируя их, нашло взглядом Илью. И застыло в оцепенении, рассмаривая мальчика со странным ледяным любопытством. Затем засмеялось. Очень скрипуче засмеялось. У Ильи сердце куда-то ухнуло, и как сквозняком потянуло вдоль позвоночника.
    – Надо же, правнучек, – насмешливо произнесла лже-Тайка чужим неприятным голосом. – Свиделись-таки! Жаль, меня это совсем не радует…
    Внезапно голова девочки опять упала на подушки. Выражение лица резко изменилось. На потрясенного происходящим Илью уставились знакомые ясные глазищи.
    – Илька, она меня вытесняет! – испуганно закричала Тайка.
    Мальчик бросился к сестре, но помочь не успел. Ее худенькое личико снова исказилось и сменилось страшной мертвенной маской.
    – Сильная девчонка, – одобрительно прохрипела старуха.
    Она опять пыталась принять вертикальное положение и почему-то все заваливалась и заваливалась куда-то на правый бок. Не справившись с непослушным Тайкиным телом, старуха прекратила возиться и застыла в нелепой и неестественной позе.
    – Не зря я с ней связалась. Нет, не зря. – И ведьма слегка удивленно протянула: – Надо же, соплячка, борется! И с кем? Со мной!
    Она мерзко захихикала.
    – Ч-что вам н-надо? – заикаясь пробормотал Илья, изо всех сил стараясь держать себя в руках.
    Получалось плохо. Ему в жизни не было так страшно, как в эти секунды. В воспаленную голову лезли все триллеры, когда-либо виденные, все самые кошмарные истории, когда-либо слышанные, все прочитанные ужастики, но ничего похожего почему-то не вспоминалось. Колдуны – это пожалуйста. Но нигде, нигде мертвецы учеников себе не набирали! Тем более силой.
    Илья потерянно переспросил:
    – Чего вам нужно-то?
    Прабабушка перевела на перепуганного мальчика странно стылые глаза. Снова долго рассматривала его и неприятно усмехалась. Потом вкрадчиво протянула:
    – Чего надо? Хм…. Чтоб ты оставил девчонку в покое. – И вдруг рявкнула: – Она нужна мне, понял? Она ДОЛЖНА стать ведьмой!
    – Скажите-ка, должна, – удивляясь собственной смелости, возмутился Илья. – А если Тайка не хочет?!
    Он покраснел. И едва не вскрикнул от страха, когда лже-Тайка попыталась спустить ноги с постели и дотянуться до него. Слабенькие тонкие руки младшей сестры внезапно показались Илье крючковатыми и цепкими, какими-то старушечьими. К счастью, у прабабушки ничего не получилось, хотя Илья в панике буквально распластался по стене. Она упала обратно в постель и окончательно разозлилась.
    Чего только старая ведьма Илье не наобещала! Каких только проклятий на его несчастную голову не посылала! Илья половины не понял, настолько они оказались замысловаты. Закончила лже-Тайка тем, что клятвенно заверила правнука: его младшая сестра станет ведьмой или умрет. Другого выхода у девчонки нет. Мол, она, Антонина, ее теперь так не отпустит.
    После этих слов прабабушка исчезла. Потрясенному, испуганному Илье даже показалось, что он просто бредил. Никакой старой ведьмы тут и не было. Ему привиделось. Может, он нечаянно заснул у Тайкиной постели?
    …Несчастная Тайка еще больше часа пробыла без сознания. А когда очнулась, успокаивающе прошептала:
    – Не бойся, Илька. Я все слышала. Все-все. Я ей не поддамся, ты не думай. Я – крепкая. Лучше умру, но ТАКОЙ не стану.
    И она опять впала в беспамятство.
* * *
    Вот Илья и лежал теперь без сна. Он не знал, что делать. Понимал одно: Тайке с колдуньей самой не справиться. Она совсем ребенок. Хоть и упряма, как никто.
    Илья обреченно усмехнулся: значит, все падало на него, как на старшего брата. Тайка всегда доверяла ему. Больше чем родителям. Не говоря о Рите.
    Кошмар – ему даже посоветоваться не с кем! Не поверят же! Хорошо еще, просто обсмеют. А если раззвонят? Вот уж приятно – на всю школу прослыть суеверным идиотом! Или шизиком. Впрочем, хрен редьки не слаще.
    Илья тяжело вздохнул: самое страшное – мерзкое кольцо осталось у Тайки. Как Илья ни старался, намертво сомкнутых пальцев сестры разжать не сумел. Они казались неприятно одеревеневшими. Холодными, как ледышки. И такими же хрупкими. Илья все время боялся сломать их. Пришлось пока оставить девочку в покое.
    «Что же все-таки делать? – лихорадочно размышлял он. – Может, с Игорем посоветоваться? Дружили как-никак. Он тоже от компьютера не отползает. И математик неплохой… О чем это я? Вот дурак! При чем тут комп? Или математика? Главное, мы всегда понимали друг друга. По крайней мере, пока этот идиот из-за Ритки с ума не сошел. С Тайкиной подачи…»
    Мысли скакали как блохи. Илья извертелся на диване. Обычно мягкую подушку сегодня как камнями набили. Он представил реакцию приятеля на свой фантастический рассказ и невольно поежился: несчастная Тайка выглядела монстром. Конечно, Игорь так не подумает, слишком хорошо Тайку знает. Но любой другой, кто выслушал бы эту странную и невероятную историю… Запросто!
    Илья грустно сказал себе: правда, Савченко сейчас не в себе, что утешает. В этом состоянии он слишком удивляться не станет. Чересчур собой занят. С Ритки глаз не сводит, даже контрольную по математике на тройку написал. Зато сестрица – на пять.
    «Болван, иначе не скажешь. Кретин. Нет, пара кретинов!»
    Илья озабоченно сдвинул брови: может, эти странности касаются только Риты, а в остальном Игорь не изменился? Если так, можно рискнуть. Вдруг поможет чем? Если поверит, конечно.
    «Я бы ни в жизнь не поверил», – натягивая одеяло, признал Илья и заставил себя закрыть глаза.

Глава 13
Совет Игоря

    Действовать Илья решил не откладывая, на следующее утро. Тянуть слишком опасно, бедная Тайка таяла на глазах. От нее и без того одни глаза остались. А врачи усиленно пичкали больную какими-то таблетками. И витаминами. Толку-то!
    Илья проводил родителей на работу, Риту – в школу и сел за телефон. Он знал: обычно Игорь выходил из дома минут за пять до звонка, не раньше. Ведь он жил от школы через дорогу. Пересек проспект – и на месте.
    Илья не ошибся, Савченко еще не ушел. Повезло и в том, что к телефону подошел именно он.

    – Игорь? Это Романов. Ты мне нужен. Срочно.
    – Что-то с Ритой случилось? – испугался Савченко.
    – Идиот, – разъяренно прошипел Илья. – Совсем свихнулся! Говорю тебе – МНЕ нужен! Дошло, нет?
    – Дошло. А зачем?
    – Объясню на месте. Не телефонный разговор.
    – В школе?
    – Разбежался, – угрюмо усмехнулся Илья. – Не заметил – меня в школе уже вторую неделю нет.
    – Серьезно? – вполне искренне удивился Игорь.
    – Серьезнее не бывает, – мрачно заверил Илья.
    – Болеешь?
    – Говорю, разговор не телефонный. Дуй ко мне. И быстро.
    – А школа? – слабо запротестовал Савченко.
    – Перетопчешься, – сурово отрезал Илья. – Мне твоя помощь нужна. Считай – вопрос жизни и смерти.
    Почувствовав, как замялся Игорь, он криво улыбнулся:
    – Без Ритки денек тоже переживешь. А хочешь, здесь ее подожди. У нас.
    – А родители? – сдаваясь, промямлил Савченко. – Если узнают о прогуле…
    Но Илья лишь пожал плечами, будто Игорь мог это видеть.
    Савченко отреагировал на молчание друга правильно. Повздыхал и угрюмо пообещал сейчас же прийти. Илья с облегчением бросил трубку.
    – Как в воду нырнул, – мрачно пробормотал он. – Теперь уж отступать некуда. Поверит, не поверит, дело сделано. В крайнем случае, сам буду действовать. Знать бы еще – как!
* * *
    К изумлению Ильи, все пошло совсем не так, как он предполагал. Зря он нервничал. Зря просчитывал варианты. Зря придумывал, как обратить разговор в шутку. Ни ехидных смешков, ни язвительных замечаний Илья не услышал. Игорь Савченко принял его невероятный рассказ абсолютно нормально. Или почти нормально.
    Когда же Игорь увидел, как Илья безуспешно пытается выгнать из-под кровати спящей Тайки наглую крупную птицу, которую называл Марфой, он поверил окончательно. Даже заставил Илью повторить свой рассказ еще раз. Уже помедленнее.
    – Да, вот это вы вляпались! – выслушав всю историю вторично, сочувственно воскликнул он. – Не позавидуешь.
    – Так ты что, веришь?
    – А почему нет? – сдержанно усмехнулся Саченко. – Не могут же все слухи и истории о ведьмах быть чистой выдумкой. Дыма, знаешь ли, без огня не бывает. И потом…
    – Что – потом?
    – Не обидишься?
    – Ну?
    – Знаешь, тебе такого в жизни самому не придумать!
    Илья возражать не стал. Действительно, с фантазией у него всегда были проблемы. Написать сочинение – большей каторги для себя он не знал. Каждый раз он тратил на это уйму времени и сил.
    Друзья некоторое время помолчали. Потом Илья вздохнул и устало спросил:
    – И что мне теперь делать?
    Игорь с сомнением покосился на спящую девочку и надолго задумался. Заглянул под кровать, пытаясь увидеть забившуюся в дальний темный угол ворону. С трудом разглядел ее, обернулся к другу и предложил:
    – Слушай, пошли-ка отсюда.
    – Куда?
    – Да куда угодно. Хотя бы в твою комнату. – Игорь вдруг признался: – Знаешь, у меня такое ощущение, что нас подслушивают.
    Илья смотрел изумленно. Савченко торопливо добавил:
    – Сам говорил, ведьма через кольцо связь с Тайкой держит. И птица подозрительная…
    Илья продолжал ошеломленно смотреть на друга. Такая мысль как-то до сих пор не приходила ему в голову. Хотя лежала на поверхности.
    Наконец он пришел в себя и потрясенно прошептал:
    – Думаешь, ОНА нас слышит?
    – Не знаю, – пожал плечами Игорь. – Но на всякий случай…
    Когда мальчики выходили из детской, Илья невольно порадовался предосторожности приятеля. Следом за ними попыталась выскользнуть в коридор и ворона. Хорошо, он Марфу сразу же заметил. И успел отфутболить назад, в Тайкину комнату. А Игорь, не растерявшись, тут же захлопнул дверь. Слушая, как разъяренная неудачей Марфа злобно долбит клювом по дереву, ребята невольно переглянулись: ну и пташка!
* * *
    Оказавшись в комнате у Ильи, мальчишки почему-то говорить о деле сразу не захотели. Илья просто устал. Поэтому упал на свой диван и бездумно уставился в потолок. Впервые к нему пришла уверенность – все закончится хорошо. Ведь Савченко всегда был везунчиком, ему все удавалось. Даже самые невероятные авантюры.
    Например, последняя, когда Игорь решил подзаработать деньжат на новый системный блок и весь июль провел на перекрестке, продавая водителям запотевшие банки с пепси, квасом или безалкогольным пивом. Едва машины тормозили у светофора, Савченко пулей бросался к ним, обгоняя конкурентов с газетами. И заработал-таки!
    Илья покосился на приятеля и невольно хмыкнул. Брови сдвинуты, нижняя губы закушена, взгляд рассеянный – значит, вовсю идет мыслительный процесс.
    Подумав, Илья принес в комнату чашки с горячим кофе и сунул одну другу. С удовольствием вдохнул горьковатый, терпкий запах и вдруг нервно рассмеялся. А когда Игорь обернулся, Илья с неловкой ухмылкой спросил:
    – Слушай, а не обидно, что Тайка тебя приворожила? Ну, к Ритке.
    Савченко поперхнулся кофе.
    – Пошел ты к черту! – Игорь бросил злой взгляд на приятеля и прошипел: – Будто не знаешь, твоя сестра мне всегда нравилась. С первого класса. Мы с ней и раньше дружили, забыл? Периодически.
    – Как же, – усмехнулся Илья, – помню. И так же периодически ругались.
    – И что? Просто характерец у Ритки… Еще тот!
    Илья испытующе смотрел на друга. Ему внезапно захотелось выяснить все до конца. Может, он не прав? Приписывает Тайке все подряд, а половина из случившегося действительно обычное совпадение. Случайность. Мало ли их в жизни?
    – Все-таки как ты решился к ней подойти? – осторожно спросил он. – Я про Ритку. Ты же последнее время с Татарниковой дружил. А тут – на тебе! Перестроился. В одно мгновение. – Илья горячо воскликнул: – Так же не бывает! Ну, скажи честно, сыграла тут какую-то роль Тайка или нет?
    – Похоже… – Игорь поставил пустую чашку на стол и отошел к окну. – Помнишь тот день, когда вы с Ритой опоздали на физкультуру, а Горыныч вас проворонил?
    – Еще бы! У меня именно с того дня все наперекосяк и пошло.
    – Ну вот, – неохотно буркнул Савченко, – а я именно тогда понял – мне без Риты никак. – Игорь смущенно хохотнул. – Как в голову ударило! Действовал почти на автопилоте. Сам подробностей толком не помню. В самом деле, как околдовал кто.
    – Эт-то уж точно, – угрюмо согласился Илья. – Если ты умудрился подлезть к Ритке за объяснениями по математике…
    – Да ты что?! – изумился Игорь.
    – Клянусь, – гулко стукнул себя кулаком в грудь Илья. – А ты не помнишь, что ли?
    – Этого – нет, – пробормотал Савченко, мучительно морщась.
    – Ладно, плюнь. – Илья подошел к другу. – Лучше скажи, что делать будем? Ты же видишь, что с Тайкой творится. Половина от девчонки осталась, не больше. В себя практически не приходит, я ночами не сплю, трясет от страха – вдруг… умрет. Когда сижу рядом, еще ничего, а стоит отойти…
    Друзья мрачно переглянулись. Игорь налил себе еще кофе. Илья без всякого аппетита жевал печенье, он сегодня не завтракал, как-то не до того было. Наконец Игорь внимательно посмотрел на товарища и неуверенно произнес:
    – Знаешь, а у меня идея. Кажется.
    – Какая?
    – Только не смейся!
    – Вот уж можешь не волноваться.
    – Тогда слушай. Нам… нам нужно найти еще одну ведьму! Только белую.
    Илья недоуменно уставился на друга. Игорь покраснел и раздраженно воскликнул:
    – Ну, чтобы разделалась с этой! Должна же она подсказать нам, как избавить твою сестру от умершей бабки!
    – Прабабки, – автоматически поправил Илья.
    – Один черт! Пусть хоть – пра-пра-пра!
    Игорь смотрел вызывающе, даже брови сдвинул в одну ломаную линию. И подбородок задрал воинственно, словно драться собрался. Илья криво ухмыльнулся: у него-то вообще никаких идей нет. Полный и абсолютный ноль. Не голова, а пустая кастрюля. Двинь по ней кулаком – загудит. Поэтому он и сдался: в конце концов, какая разница кто или что поможет Тайке? Лишь бы толк был.
    – Где же мы ее найдем? Не врач-стоматолог, ведьма все-таки. Пусть белая.
    – Найдем-то? – мгновенно оживился Савченко. – А запросто.
    – Не тяни!
    – Начнем с простого. С объявлений.
    – С каких объявлений? – изумленно пробормотал Илья. – Ты что, рехнулся? Кто это ищет настоящую ведьму по объявлениям?!
    – Это ты рехнулся, – вяло огрызнулся Игорь. – Или от страха последнее соображение потерял. Или отстал от жизни…
    – «Или, или»… Кончай трепаться! – разозлился выведенный из себя Илья. – Говори толком!
    – Я и говорю! А у тебя видно уши заложило!
    Илья побагровел, но смолчал. Игорь удовлетворенно кивнул.
    – Посмотрим объявления. У вас в доме есть рекламные проспекты, их по утрам бросают по ящикам?
    – Газетенки бесплатные, что ли? – угрюмо уточнил Илья.
    – Ну да.
    – Кажется, есть. В прихожке. Если папа в мусоропровод не выкинул. Он периодически полку чистит.
    – Тащи, – скомандовал Савченко и потер руки в предвкушении: в его жизни давно ничего интересного не происходило.
* * *
    Через пару минут Игорь довольно заметил:
    – Ну вот, я же говорил! Смотри.
    Он сунул другу газету с подчеркнутым объявлением. О-о-о! И не одним! Раз, два, три… Пораженный Илья вслух прочитал:
    – «Белая магия. Народная целительница России Ирина Боровская. С Божьей помощью молитвами, заговорами и травами исцеляю. Снимаю порчу и сглаз, защищаю от недоброжелателей».
    – А вот еще. Смотри здесь, – ткнул в газету Игорь.
    Чуть ниже была еще одна рекламка, гораздо более развернутая: «Белая и любовная магия. Народная целительница России Мария Симоненко. Исцеляет. Соединяет судьбу неверных супругов, корректирует карму. Любовный приворот, снятие венца безбрачия, оберег на удачное замужество. Код на исполнение вашего сокровенного желания».
    – Кошмар, – пробормотал Илья. Он раздраженно шлепнул ладонью по другому объявлению: – Нет, ты послушай! «Ритуальная магия: Аббакова, вуду, Умбэро. Гадание на магических картах: Руны, Таро, Ибикус. Пророчество и омоложение». – Илья взлохматил волосы. – С ума сойти! И ты веришь, что это не шарлатанство?! Явно же на идиотов рассчитано. Они и не скрывают!
    Игорь пожал плечами. Илья еще раз перечитал объявления и презрительно фыркнул:
    – Надо же, омоложение! И каждая называет себя народной целительницей России. Умереть – не встать.
    Илья со злостью швырнул газету на пол. Игорь укоризненно посмотрел на друга. Поднял газету, аккуратно разгладил ее и добродушно буркнул:
    – Да брось ты! Само собой, жулья хватает. Как и везде. Раз уж бизнес приносит денежки…
    – Сам говоришь – жулья, – сердито перебил Илья. – Нам-то что от них толку?
    – Ну, не все же они жулики, – неуверенно заметил Игорь. – Первое объявление, по-моему, вполне ничего. Сдержанное. Можно рискнуть.
    – Ты о Боровской?
    – Ага.
    – И что мы ей скажем?
    – Правду. Всю. Как мне рассказал. Вдруг поможет? А если не сама, то подскажет кого. И потом – что нам остается?

Глава 14
Беседа с Боровской

    Времени мальчики решили не терять. Они едва дождались прихода матери. Передали ей дежурство около дремлющей Тайки и помчались к Боровской.
    Звонить целительнице заранее и договариваться о встрече Игорь с Ильей не рискнули. А вдруг у нее очередь на месяц вперед? Не ждать же им столько. Тайка слишком тяжело больна.
    Друзьям повезло. Белокурая полненькая девушка, сидевшая в прихожей огромной квартиры за секретаря, охотно согласилась им помочь. По ее словам, кто-то из постоянных клиентов отменил встречу, и у госпожи Боровской появилось «окно». Как раз в эти минуты она свободна. Секретарь надеялась, экстрасенс их примет.
    Игорь проводил взглядом симпатичную, совсем молоденькую девушку и немного растерянно прошептал:
    – Слушай, а как быть с деньгами? Я сразу как-то не подумал, да и ты тоже хорош…
    Взволнованный Илья не отреагировал. Топтался у входной двери и безмолвно таращился вслед убежавшей секретарше. Лицо его покраснело, на лбу выступили капельки пота. Илья то и дело вытирал лицо и шею носовым платком.
    Игорь разозлился и толкнул его. Потом зашипел прямо в ухо:
    – Встреча же не бесплатная, олух ты несчастный! Слышишь, нет? Ты только посмотри на обстановку! Это ж какие деньжищи в нее вбухали!
    – Отстань, – рассеянно буркнул Илья и вежливо улыбнулся могучему охраннику. – Не думаю, что предварительная консультация слишком дорого стоит.
    – Да-а? – скептически протянул Савченко, оценивающе рассматривая огромные, обтянутые натуральной кожей диваны и кресла, установленные вдоль стены.
    – К тому же у меня отложено полторы тысячи рублей, – неуверенно добавил Илья, не сводя глаз с двери, за которой исчезла секретарь. – Хотел приличные колонки к компьютеру купить, все лето копил.
    – Другой разговор, – облегченно кивнул Игорь. – Думаю, должно хватить. – Он покосился на застывшую физиономию одноклассника и неохотно пообещал: – Если что, я добавлю. У меня около тысячи тоже есть. С лета остались. Помнишь, я на комп ишачил?
    Тут в коридоре появилась девушка, и Илья едва не подпрыгнул от неожиданности, уж слишком бесшумно открыла она дверь. Секретарь вежливо пригласила их зайти.
    – Госпожа Боровская согласна вас принять. Прямо сейчас, – приветливо улыбаясь, сказала она.
    Друзья нерешительно переглянулись, им вдруг стало не по себе. Ни один из них никогда не был у экстрасенса. Оба лишь в фильмах видели приемы у колдунов или там ведьм – пугающее зрелище, прямо скажем. Но вот чтобы так, самим…
    Наконец Савченко подтолкнул в спину Илью, и друзья пошли к распахнутой настежь двери, обитой белой кожей. Не успели они переступить порог, как дверь захлопнулась. За спинами мягко щелкнул замок.
    Илья в некоторой панике обернулся и побледнел – дверной проем исчез. Перед ним тянулась обычная стена, ее панели были также обшиты матовой белой кожей. От пола до потолка.
    Игорь сердито зашипел и потянул друга за руку. Сам он неверяще разглядывал помещение, куда они с Ильей попали. Ничего подобного Игорь в жизни не видел!
    Комната выглядела просто огромной, метров семьдесят квадратных, не меньше. И в ней совершенно никого не было. Кроме них.
    Илья изумленно присвистнул:
    – Ничего себе! Вот это хоромы!
    – Прибыльное, однако, дельце – морочить людям головы, – задумчиво пробормотал Савченко.
    Ребята продолжали потрясенно изучать помещение. Без единого окна, как им показалось. Полукруглые стены обтянуты все той же белой тисненой кожей. На полу – пушистый светлый ковер. Светильники, видимо, спрятаны где-то под потолком, Илья с Игорем их не видели, но помещение ровно освещено. Из мебели – лишь низкий овальный столик со столешницей из белоснежного мрамора. Вокруг небрежно расставлены удобные, мягкие, обитые кожей кресла. На столе – какие-то проспекты, а чуть повыше, казалось, плавал в воздухе матовый белый шар…
    – Сядем, что ли, – еле слышно пробормотал Игорь. – А то мне как-то не по себе.
    Не успели они опуститься в кресла, как свет в комнате погас, а над самым столом ярко вспыхнула плавающая сфера. Это дало странный эффект. Сама комната как бы исчезла, остался крохотный островок: стол и несколько кресел. Граница света обозначилась очень резко. Странный шар светил так же естественно, как солнце или луна. Только в помещении.
    Илью с Игорем залихорадило.
    – Законов физики тут что, не существует? – изумленно прошептал Илья.
    Он беспомощно таращил глаза в абсолютную темноту. Та начиналась в каких-нибудь полутора метрах.
    – Здесь – не существует, – холодно ответил ему незнакомый голос. – Здесь свои законы.
    У стола внезапно появилась довольно молодая женщина в белоснежном хитоне. Высокая, со строгим, даже суровым лицом.
    «Лет сорок, не больше», – зачем-то отметил про себя Игорь. А женщина опустилась в свободное кресло и приветливо улыбнулась подросткам.
    – С чем вы, мальчики? Что-то случилось?
    Улыбка ее оказалась мягкой, сочувственной и мгновенно изменила лицо. От недавней суровости и следа не осталось. Так могла смотреть мать на попавших в беду сыновей. Заранее, одним взглядом обещая помочь.
    Переволновавшегося Илью словно прорвало. Почему-то исчезли все сомнения, все страхи, недоверие, и он стал рассказывать. Подробно, взахлеб, сбиваясь и начиная с самого начала. Со злополучного Тайкиного сочинения и предшествующей ему поездке в деревню. Со смерти неизвестной им с Тайкой маминой бабушки.
    Ирина Боровская слушала внимательно. Затем начала хмуриться, но все равно не перебивала. Когда же Илья закончил, она тяжело вздохнула и осторожно спросила:
    – И вы пришли ко мне за помощью?
    Ребята дружно кивнули.
    – Но ведь я просто целительница, – запротестовала Боровская. – Понимате? Целительница. – И раздраженно добавила: – Я с таким даже не сталкивалась. Мало того, и не слышала ни разу о подобном!
    Игорь разочарованно нахмурился. Илья сдвинул брови и упрямо сказал:
    – Но ведь Тайка больна. Она без сознания. Практически все время.
    – Как раз ваш случай, – торопливо поддакнул Игорь. – Ее нужно лечить.
    – Точно, – угрюмо кивнул Илья.
    В комнате повисла напряженная тишина. Оба мальчика ожидающе смотрели на целительницу и молчали. Шар над столом вдруг запульсировал, словно отвечая на их волнение.
    Женщина помассировала кисти рук и виновато пробормотала:
    – Я не могу вас обманывать и не хочу. Не вижу смысла. Дело слишком серьезно.
    – Значит, вы нам не поможете? Совсем? – уныло спросил Игорь.
    Илья побледнел и даже привстал с кресла.
    – Я – нет.
    Илья горестно махнул рукой: бедная Тайка. Сколько она еще выдержит вот так – между жизнью и смертью?
    Боровская прикрыла глаза. Ее лицо показалось расстроенным мальчикам восковой маской. Такое же бледное и значительное, как в музее. И вдруг веки женщины дрогнули, скулы порозовели, она улыбнулась. Склонилась к Игорю и взволнованно выдохнула:
    – Но я, кажется, знаю, к кому вам следует обратиться!
    Мальчики переглянулись. Илья упал в свое кресло словно подкошенный и выдохнул:
    – К кому?
    – К моей бабушке. Она известная травница. Лет восемьдесят, не меньше, знахарством занимается. С самого детства.
    Илья с Игорем смотрели с надеждой. Боровская пожала плечами и неохотно призналась:
    – А что она умеет, толком не знаю даже я. Бабушка молчит. Считает, мир к этому не готов. Пока. Правда…
    – Да что вы мнетесь?! – забывшись на мгновение, довольно грубо воскликнул Илья.
    Игорь испуганно покосился на женщину. Неожиданно вспомнилось, что она колдунья. И мало ли… Он повернулся к другу и пнул его под столом. Чтобы привести в чувство.
    К счастью, целительница не обиделась. Лишь грустно посмотрела на мальчиков.
    – Понимаете, моя бабушка давно никого не принимает, – пояснила она. – Только если за травами приходят. Или больных привозят. Совсем плохих. От которых врачи отказались.
    – Ничего страшного, – процедил сквозь зубы Илья, стискивая подлокотники кресла. У него даже костяшки пальцев побледнели. – Нас примет.
    – Надеюсь, – вздохнула женщина. – Я на всякий случай письмо напишу. Передадите ей. Вдруг пригодится.
    Она, не вставая с кресла, щелкнула пальцами, и в комнате мгновенно вспыхнул яркий свет. Словно сама комната засияла, на потолок и стены стало больно смотреть.
    Илья зажмурился. Игорь бросил любопытный взгляд на Боровскую и почти шепотом произнес:
    – А можно вопрос?
    Женщина улыбнулась.
    – Лучше сразу – ответ. Ты хочешь спросить, не шарлатанка ли я?
    Игорь покраснел и кивнул.
    – Практически нет. Лечить я действительно умею, бабушка научила. Травами, конечно. И немножко – гипнозом. Ну, а остальное… – Боровская пожала плечами. – Тут зависит от клиента. Понимаешь, многие люди настолько внушаемы… Им легче помочь, если обмануть!
    Ребята изумленно переглянулись. Целительница рассмеялась.
    – Ну представьте себе: ко мне приходит больная, измученная женщина. Она искренне – понимаете, искренне! – уверена, что ее сглазили. Например, злая соседка. Разубеждать ее – дело безнадежное. Тогда приходится подыгрывать. И я «снимаю сглаз». Это целый ритуал. Клиентка мне верит и начинает действительно выздоравливать. А все это, – Боровская обвела руками необъятную комнату, – совершенно необходимый для моего бизнеса антураж. – Она печально усмехнулась. – В конце концов, какая разница, КАК помочь человеку? Главное, помочь. Вы со мной согласны?
    – Не знаю, – озадаченно протянул Игорь. – Мы как-то об этом не задумывались.
    Они помолчали. Боровская снова улыбнулась и встала.
    – Ладно, мальчики, вы пока посидите здесь, а я пойду напишу письмо. И дам вам адрес.
    – А далеко эта деревня? – уже в спину ей крикнул Илья.
    Женщина обернулась.
    – Да нет. Часа три электричкой. И от станции километров семь. К обеду доберетесь.
    И вышла. Не успела за ней захлопнуться дверь, как свет в комнате медленно потускнел и уже совершенно не резал глаза. И сфера над столом погасла. Обычный матовый шар, ничего интересного.
    – Фокусница, блин, – пробормотал Игорь, пытаясь рассмотреть искусно спрятанные под потолком лампы.
    – Да ладно тебе, – хмуро посмотрел на друга Илья. – Лучше скажи, что теперь делать будем?
    – Как «что»? – удивился Игорь. – Завтра же с утра и поедем. В деревню. Адрес дадут, письмо тоже. Чего тянуть? – Он угрюмо бросил: – Вот только вернемся поздновато. Это уже хуже. Придется для предков что-нибудь придумывать. Чтобы особо икру не метали. – Мальчик грустно усмехнулся. – Ты мою мать знаешь. Она к пяти часам всю полицию на ноги поставит.
    – А что там думать-то, – проворчал Илья. – Моим скажем, что я у тебя засиделся и забыл позвонить, твоим – обратное. И потом – мы наверняка после обеда дома будем. Три часа – туда, три – обратно, максимум час – там…

Глава 15
Таинственное зелье

    До нужной деревушки мальчики добрались довольно быстро, часам к десяти утра. Правда, выехать для этого пришлось в шесть, первой же электричкой. Зато оставалась надежда успеть домой к приходу родителей.
    Деревня Осовино оказалась совсем крохотной, затерянной среди редкого смешанного леса и заброшенных, давно заросших сорняками полей. От станции к ней даже нормальной дороги не проложили. Только неширокая тропа петляла среди деревьев и выходила к узкой речушке. А уж вдоль нее можно было пройти к самому Осовино. Минут за сорок неспешной ходьбы.
    Деревня выглядела вымершей. Больше половины домов в Осовино оказались заколочены. В оставшихся, как поняли Илья с Игорем, жили в основном старики. Видимо, не хотелось им пока переезжать в город к детям. А может – некуда было.
    Дом Степаниды Илларионовны друзья нашли легко, на него указала первая встреченная старуха. В старом ватнике, пестрой длинной юбке, в резиновых калошах и чистой белой косынке.
    Когда ребята отошли, она уже вслед им озабоченно крикнула:
    – Вот только не знаю, соколики, примет ли? Не любит чужаков-то…
    – Примет, – уверенно успокоил новую знакомую Игорь. – Мы от ее внучки с письмом.
    – От Иришки? – обрадовалась чему-то бабка. – Ну, тогда, можить, и примет.
    И она зачем-то размашисто перекрестила мальчишек.
    – Во дает, – встревоженно пробормотал Игорь. – Как в бой провожает.
    Илья промолчал. Он мечтал об одном: чтобы мифическая травница была на месте. А то где ее искать-то? Не в лесу же.
    В дверях бревенчатого, потемневшего от времени дома мальчиков встретила белая длинношерстная коза. Пристально уставилась на незваных гостей янтарными глазами и затрясла жидкой бороденкой. То ли пропускать их не хотела, то ли, наоборот, приветствовала, ребята толком не поняли. Не решаясь связываться с рогатой животиной, осторожный Игорь отступил на шаг и громко завопил:
    – Степанида Илларионовна! К вам гости! Из города! С письмом от внучки!
    В избе что-то звякнуло. В крошечном окошке дрогнула белоснежная, явно накрахмаленная занавеска. Низкий, грудной голос отозвался:
    – Передайте письмецо Катерине. А сами подождите на лавочке.
    – Какой Катерине? – с недоумением посмотрел на приятеля Игорь. – Здесь же пусто. Ни души живой. Только мы.
    Коза, словно протестуя, закрутила головой. Дробной рысью подскочила к гостям, громко мекнула и выразительно разинула пасть. Зубы у нее были крупными и желтыми.
    Илья озадаченно почесал затылок и с нервным смешком буркнул:
    – Наверное, козе. Видишь, просит. Получается, она и есть Катерина.
    – Ты что, совсем рехнулся? – разозлился Игорь.
    Ему совсем не нравилась агрессивная зверюга, топтавшаяся прямо перед ними и перекрывающая вход в дом. Особенно Савченко тревожили острые рога. А от большущих неровных зубов Игоря бросало в дрожь. Никак не верилось, что это мирная тварь. Да еще травоядная.
    Илья опасения друга разделял, однако насмешливо посоветовал:
    – А ты протяни письмо! Сам и увидишь.
    Игорь выразительно покрутил пальцем у виска и раздраженно уставился на животное. Ему вдруг стало не по себе. Уж не спит ли он?
    Белая коза нетерпеливо заорала, разинула пасть пошире и двинулась на Савченко. Даже ногой досадливо топнула, звонко так, по невысокому крылечку. И еще ближе подошла к мальчишкам. Почти вплотную.
    Игорь невольно побледнел и оглянулся на друга. Тот сочувственно ухмыльнулся. Это почему-то Савченко разозлило, и нешуточно.
    Он сплюнул, достал конверт. Несколько растерянно покрутил им перед носом наглой козы и рявкнул:
    – Ну и что теперь?
    Ответить Илья не успел.
    Коза неожиданно подпрыгнула, выхватила у Игоря из руки письмо и мерно потрусила к дому. Ее морда стала важной, янтарные глазки победно мерцали. На гостей она больше не обращала внимания, будто те под землю провалились.
    Игорь вытер ладонью выступившую на лбу испарину. Илья тяжело вздохнул и признался:
    – Я после Марфы ничему не удивляюсь.
    Игорь невнятно высказался и пнул камушек. Мальчики побрели к ближайшей лавочке, утопающей в золотых шарах. Именно тут им, кажется, велели ждать ответа.
    Илья покосился на накрахмаленные белые шторы – они висели неподвижно – и буркнул:
    – Как там Тайка говорила? Каждой ведьме положена живая тварь? И заметь – очень умная тварь. От таких нормального человека в дрожь бросает…
* * *
    В избу уставших от ожидания друзей пригласили только через час. Они уж и не надеялись. Решили – вредная старуха не хочет их принимать. Сами-то они здоровы, раз притопали в деревню на своих двоих. И больного с собой не привезли. Целительница ведь предупреждала: бабка капризна.
    Поэтому, когда штора на окне снова дрогнула, и знакомый голос позвал в дом, мальчики собственным ушам не поверили. Они уже собирались идти к электричке.
    Вот и бросились к крыльцу со всех ног, только что не отталкивали друг друга. Появилась робкая надежда – им помогут. Не зря же они ехали сюда! И школу второй день подряд прогуливали.
    К удивлению Ильи с Игорем, вместо древней старухи навстречу вышла довольно моложавая женщина, выглядевшая немногим старше своей внучки. Она бросила суровый взгляд на незваных гостей и пригласила садиться. Потом неохотно опустилась на лавку напротив.
    Присмиревшие мальчишки робко косились на хозяйку. Она долго угрюмо рассматривала их. Шевелила губами и хмурилась. Небрежно бросила письмо на стол и недовольно проворчала:
    – Я вообще-то подобными делами не занимаюсь. Но ради малышки, и раз Ириша просит… Что ж, попробую помочь.
    Илья открыл было рот, но женщина властно подняла руку, и он послушно промолчал.
    – Говорить буду я. Вы – слушать. И тютелька-в-тютельку исполнять. Все, что скажу. Ясно? Или – до свидания.
    Ребята дружно кивнули.
    – Чтобы спасти вашу сестру, нужно отобрать кольцо. И уничтожить. Тогда связь ведьмы с этим миром прервется. Уже навсегда. – Местная колдунья шлепнула рукой по столешнице и сердито бросила: – Только вот как отобрать? Силой – не получится. Если только вместе с рукой. В старину, например, так и делали. Но вы ведь на это не пойдете?
    Илья с Игорем в ужасе переглянулись.
    – Не пойдете, – утвердительно сказала Степанида Илларионовна.
    – Ни за что, – еле слышно прошелестел побледневший Илья.
    Женщина пожала плечами. Возражать Илье она явно не собиралась.
    – Значит, нужно девочку усыпить. Причем мертво. Чтобы ведьма вообще не могла ее какое-то время нащупать. Мозг должен полностью бездействовать. Иначе кольца не взять.
    Гости ошеломленно молчали. Она раздраженно пояснила:
    – Ведьма через девчонку сейчас все видит и слышит. И может реагировать.
    – А ворона? – испуганно выдохнул Илья.
    – Ага, – зачем-то кивнул Игорь. – Жуткая тварь, сам видел.
    – Что ворона? Просто птица. Только что мозг активирован. Ею тоже управляют через девочку.
    Друзья непонимающе переглянулись.
    – Но ведь Тайка и без того спит, – растерянно пробормотал Игорь.
    – Спит! Много вы понимаете, – деревенская ведьма с легким раздражением посмотрела на гостей. – Когда человек спит, им еще проще управлять. Нужно, чтобы спал мозг! То есть человека как бы и не было вовсе. Временно умер. – Степанида Илларионовна немного подумала и жестко добавила: – Вся центральная нервная система должна быть парализована. Поняли? И не перебивайте меня больше!
    Степанида Илларионовна снова смерила мальчишек суровым взглядом и строго продолжила:
    – Сейчас я дам вам зелье. Совсем немножко. Норму. Поэтому все до капли, – повторяю, до капли! – выльете в стакан с горячим чаем. И заставите девочку выпить. Скоро она заснет. По-настоящему заснет, не как сейчас. Подождете ровно час – не меньше! – затем осторожно возьмете колечко. Осторожно, повторяю. Только не вздумайте брать его голой рукой! Я дам вам тряпочку, она в специальных отварах выстирана, ею и возьмете. Завернете в нее кольцо и бегом сюда. Бегом, поняли?
    – Как – бегом? – растерянно посмотрел на нее Илья. – Это же вечером будет. Мы только к вечеру домой доберемся…
    – Значит, дашь сестре отвар утром, – отрезала знахарка. – Главное, уничтожить кольцо, пока девчонка спрятана.
    – То есть спит? – робко уточнил Игорь.
    – Именно, – подтвердила женщина. Она помолчала, потом угрюмо сказала: – Не успеем – значит, все. Девочка может погибнуть. Ведьма, если поймет в чем дело, с ней церемониться не станет, поверьте. Для нее гибель кольца – это уже окончательная смерть.
    Мальчишки в ужасе переглянулись. Степанида Илларионовна встала.
    – Все понятно?
    Илья с Игорем торопливо кивнули.
    – Значит, ждите.
    И вышла из комнаты.
    Какое-то время мальчики заторможенно смотрели на закрывшуюся за женщиной дверь, не в силах отвести взглядов. Наконец пришли в себя и нерешительно осмотрелись. Им внезапно показалось: они попали в сказку. Или играют роль в каком-то фильме.
    Но… комната как комната. Только что мебель очень старая и от городской отличается. Горшок с бегонией на подоконнике. Часы с кукушкой на стене. Да смешная белая коза на полосатых ковриках разлеглась.
* * *
    К станции мальчики возвращались уже в темноте, шарахаясь от каждого кустика. Тропинка, казавшаяся днем совершенно безопасной, сейчас пугала их неожиданными поворотами и выраставшими как из-под земли деревьями самой причудливой формы. И лишь когда показались станционные огни, Илья с Игорем немного успокоились. Даже пошли чуть помедленнее.
    Едва не споткнувшись о коварный корень, Илья шепотом выругался. Оживившийся Игорь хмыкнул, посмотрел на друга и осторожно спросил:
    – Слушай, неужели она действительно ведьма? Эта, как ее, Степанида Илларионовна?
    Илья растер ноющую ступню и свирепо прошипел:
    – Я знаю?! По мне, так хоть император китайский! Лишь бы Тайке помогла.
    – А мне интересно, – мечтательно протянул Игорь. – Пусть только кольцо уничтожит, я у нее обязательно спрошу.
    – И она скажет, – насмешливо покосился на него Илья. – Честно и откровенно.
    – Ну, скажет не скажет, а спросить спрошу, – решительно отозвался Савченко. – Когда мы еще на такое наткнемся, сам подумай.
    – Вот уж чего мне даром не надо!
    – Не скажи…

Глава 16
Домашние неприятности

    Утро началось на редкость отвратительно. Илья даже подумал, что ничуть не удивился бы, будь сегодня пятница, тринадцатое. Потом взглянул на календарь – Илья как-то перестал следить за временем, пока сидел с Тайкой – и разочарованно пожал печами: восемнадцатое ноября, четверг.
    Илья сунул голову под кран с холодной водой и наконец почувствовал, что окончательно проснулся. Он угрюмо вздохнул – за ночь практически не сомкнул глаз. Если и заснул на час-другой, то ближе к рассвету, и то лишь дремал. Постоянно просыпался и бегал в Тайкину комнату.
    Илья почему-то отчаянно трусил. От одной мысли, что у них с Игорем ничего с колдовским отваром не получится, его бросало в холодный пот. Что тогда будет с несчастной Тайкой?
    Сегодня все действовало на нервы! Не успел он встать с постели, как настроение серьезно испортила Рита. Эта дурочка не нашла более подходящего момента передать маме записку от классной руководительницы. То есть от Макаровны. Сунула прямо за завтраком.
    А в записке с жандармской прямотой математичка выражала свою обеспокоенность многочисленными прогулами Ильи. И тем, что Илья в этом году окажется совершенно неподготовленным к приближающейся городской олимпиаде. Мол, и физик с ней солидарен. С таким количеством пропусков на олимпиаде делать нечего. А кто будет защищать честь школы? Один Игорь Савченко?!
    Мама, естественно, страшно расстроилась. И тут же во всем обвинила себя. Минут пять бегала по кухне, а потом заявила, что прямо с сегодняшнего дня – с сегодняшнего! – она отпрашивается с работы и начинает лично присматривать за больной дочерью. А Илья пойдет в школу готовиться к олимпиаде.
    Илью чуть инфаркт не хватил! Мама же смотрела виновато. Подкладывала ему на тарелку котлету за котлетой и вздыхала. Понимала: шефу ее решение не очень понравится. С другой стороны, ничего не поделаешь. Проглотит. Или пусть увольняет. Ей, маме, все равно. У нее младшая дочь тяжело больна, а сын совершенно запустил учебу. Уже учителя обеспокоены. А у мальчика исключительные способности к точным наукам… Папа, само собой, ее поддержал. Как и всегда, в общем-то. Как же, будущим сына рисковать нельзя! А дипломы городских и областных олимпиад – верный пропуск в любой технический вуз.
    Родители были настроены очень серьезно, и встревоженному Илье еле-еле удалось их переубедить. Полчаса потратил, не меньше.
    И правда, что такое жалкие пара дней, в самом деле? Ну хотя бы до ближайших выходных. Их-то Илья вполне может пропустить. Тем более он честно занимается дома.
    В доказательство Илья принес почти полностью исписанные за прошедшие две недели тетради по физике и математике. Кстати, он не обманывал. Сидя с сестрой, Илья действительно занимался. И гораздо больше, чем в обычное время.
    А что оставалось? Бедная Тайка практически все время была без сознания. Оставить ее в комнате одну Илья не решался, компьютер находился в зале, да и настроения играть никакого. Так что он всерьез корпел над физикой и математикой, лежало у него несколько интересных книг с задачами прошлых олимпиад…

    Илье повезло. Маму удалось уговорить подождать до воскресенья. Она неохотно, но согласилась. Два дня, не дольше!
    Счастливый Илья спорить не стал. Он надеялся к выходным со всем закончить. Даже не к выходным. Сегодня же.
    Рите, как только они остались одни, он возмущенно сказал:
    – Ты что, не могла записку мне отдать? Зачем сунула маме?
    – Ну конечно, – виновато огрызнулась сестра, – чтобы меня Макаровна потом без соли слопала! – Рита швырнула на пол безвинный шарф и нервно выкрикнула: – Учти, она еще и позвонить обещала! Сегодня вечером. Если тебя в школе не увидит.
    Илья озабоченно нахмурился. Рита проворчала:
    – Здорово бы я при этом смотрелась. Я же в любимчиках у нее не хожу, как некоторые.
    – Не съела бы, – буркнул Илья. – А вот если бы мама меня сегодня дома не оставила, я бы тебя точно сожрал! Причем не выплевывая костей.
    И он коротко перессказал сестре события последних дней. Рита выслушала его очень внимательно. Потом наморщила лоб и недоверчиво протянула:
    – Звучит как сюжет для триллера.
    Илья неожиданно разозлился и крикнул:
    – Любой триллер рядом с этим – детская сказочка на ночь!
    Рита промолчала и какое-то время что-то усиленно обдумывала. Потом неуверенно спросила:
    – И что, Игорь тебе поверил?
    Илья грустно усмехнулся.
    – Как видишь. Еще и выход подсказал. – Он угрюмо посмотрел на Риту. – Если честно, мне бы и в голову не пришло белых ведьм по объявлениям искать. Да и не знал я о них. Об объявлениях, то есть. От Савченко первый раз услышал.

    Илья заглянул к Тайке в комнату и горестно вздохнул: младшая сестра дышала тяжело. Потрескавшиеся губы жадно хватали воздух. Худенькие пальцы нервно теребили край одеяла. Изредка девочка что-то невнятно бормотала и вскрикивала.
    Илья нашел взглядом ворону и непроизвольно сжал кулаки. Марфа сидела на своем излюбленном месте, на деревянной спинке кровати. Нахохлившаяся, мрачная, будто караулила Тайку. На Илью она покосилась недобро, но с места не тронулась. Лишь завозилась над Тайкиной головой, устраиваясь поудобнее.
    Илья прикрыл дверь и обернулся к Рите. Сестра почему-то никак не могла одеться и уйти. Топталась в прихожей – взгляд рассеянный – и машинально дергала с вешалки свою плащевку. Илья невольно рассмеялся: она сейчас чем-то походила на Тайку.
    Рита посмотрела на брата и вдруг решительно заявила:
    – Я сегодня тоже в школу не пойду!
    – С ума сошла, – возмутился Илья. – Макаровна окончательно разозлится! Меня нет, Игоря нет, еще и ты смоешься. Картинка та еще!
    Рита сняла туфли и насмешливо заметила:
    – Ну, положим, на меня ей плевать. Она когда видит меня над задачами, только что слезу не пускает. – Рита хмыкнула. – Как же, ущербный ум! Да еще при таком гениальном братце.
    – Все равно, – стоял на своем Илья, – когда ты в школе, ей спокойнее. – Он бросил обеспоенный взгляд на телефон. – По крайней мере, Макаровна на работу родителям звонить не бросится. Представляешь, что с мамой будет, если она узнает, что еще и ты прогуливаешь? Ведь твои прогулы даже объяснить нечем!
    – Это тебе нечем, – негодующе фыркнула Рита. – А я уж найду причину. И уважительную, заметь!
    Она с большим удольствием закинула свою сумку в угол прихожей и выразительно отряхнула руки. Илья схватился за голову. Рита хмуро буркнула:
    – И потом, какой смысл спорить? Ты меня знаешь. Сказала – не пойду сегодня в школу, значит – не пойду.
    Илья изо всех сил стукнул кулаком по стене, крякнул от боли, но промолчал. Он прекрасно понимал – спорить с Ритой действительно бессмысленно. Его сестрица отличалась редким упрямством.
    Рита посмотрела на расстроенное лицо брата и смягчилась:
    – Ну сам подумай! Тайке свое зелье дадите, а дальше? Вам же потом в деревню ехать придется, так?
    – Ну?
    – Баранки гну, – разозлилась Рита. – Тайку, получается, одну дома оставите? В таком-то состоянии! Да еще с жуткой вороной наедине!
    Илья ожесточенно взлохматил волосы – об этом он не подумал – и снова заглянул в комнату младшей сестры.
    В детской ничего не изменилось. Глаза девочки по-прежнему были закрыты. Среди огненных волос, разметавшихся по подушке, худенькое личико казалось особенно бледным.
    Марфа покосилась на него и недовольно заворчала. Илья тяжело вздохнул, осторожно прикрыл дверь и неохотно признал:
    – Может, ты и права. Только что мама скажет?
    Рита мгновенно просияла и воскликнула:
    – Моя забота! Клянусь, на этот счет – никаких неприятностей. Гарантия железная.
    – Ну ладно, – угрюмо пробормотал Илья. – Решили. Остаешься. Пошли тогда готовить Тайке чай. Нечего зря время терять. – Он бросил взгляд на часы. – Все равно целый час потом ждать придется. Раньше кольца не забрать. Степанида Илларионовна не велела.
    – Ну и имечко, – хихикнула Рита. И уже у дверей кухни небрежно поинтересовалась: – А когда Игорек придет?
    Илья насмешливо посмотрел на сестру, но развивать тему не стал. Лишь буркнул:
    – К девяти. То есть ровно через полчаса.
* * *
    В том, что сестра оказалась права насчет проклятой вороны, Илья убедился практически сразу, как только приготовил колдовской напиток. И впервые порадовался, что сегодня дома не один, и Рита рядом.
    Дурманящий аромат отвара мгновенно распространился по всей квартире и привел зловещую птицу буквально в неистовство.
    Не успел Илья переступить порог Тайкиной комнаты, как Марфа с пронзительным криком атаковала его. Причем, как мгновенно понял Илья, набрасывалась ворона на него с единственной целью: выбить чашку из рук. И ей это почти удалось. Перепуганный Илья еле-еле спас драгоценное зелье и, защищая его всем телом, громко закричал, призывая сестру на помощь:
    – Ритка! Бегом сюда! А то я чай пролью!
    Нужно отдать девочке должное, она моментально примчалась. Зато потом в панике съежилась у стенки. Вместо того чтобы забрать чашку.
    Зрелище было не для слабонервных: на брата со злобным карканьем набрасывалась взъерошенная Марфа. Илья с трудом уворачивался от ее клюва, подставляя разъяренной вороне спину и пряча опасно дрожащую чашку с чаем.
    Мерзкая птица передвигалась по комнате с поразительной легкостью, и Илье приходилось непросто. Рубашка на спине была вся изодрана и уже испачкана кровью.
    Еще бы! Марфа, не стесняясь, пускала в ход не только крепкий клюв, но и весьма солидные когти!
    – Слава богу, – облегченно простонал мальчик, заметив сестру. – Я думал, она меня убьет.
    И тут же вскрикнул от боли. Коварная Марфа воспользовалась тем, что Илья отвлекся. Подпрыгнула и сильно долбанула его в локоть. Рукав мгновенно стал красным. Илья едва успел перехватить чашку другой рукой.
    Увидев капающую на пол кровь, Рита побледнела. Пронзительно взвизгнула, схватила со спинки Тайкиной кровати полотенце и бесстрашно двинулась на ворону. Марфа гнусно заорала. Ее клюв выглядел кинжально острым. Рита гулко сглотнула и стиснула зубы: она не собиралась отступать.
    Илья ожесточенно выругался и рявкнул:
    – Ритка! Сейчас же возьми у меня чашку! Только осторожнее. Я лучше сам займусь вороной!
    Он передал сестре драгоценный чай, вытолкал ее в коридор и мгновенно захлопнул дверь. Подумав с секунду, еще и подпер ручку креслом.
    Уж его-то Марфе точно не сдвинуть. Как бы ни помогала ей старая ведьма. Силенок не хватит. Птица все-таки. Хоть и довольно крупная.
    К удивлению Ильи, ворона мгновенно поняла, что оказалась в ловушке. Оглянулась на кровать со спящей Тайкой, распластала крылья и возмущенно закаркала. Мальчик торжествующе рассмеялся.
    Марфа орала так громко, что и в коридоре было слышно, Рите стало страшно за брата.
    Илья крикнул:
    – Иди пока с чашкой в свою комнату! И не забудь закрыть за собой дверь. На всякий случай. Я, когда Марфу обезврежу, тебя позову.
    Рита повздыхала, но ослушаться не посмела. До нее только сейчас дошло: все, что рассказал брат, правда. А не плод фантазии, как Рита считала еще час назад.
    Если честно, она и дома-то осталась только из-за Игоря Савченко. А тут – такое!
    На подгибающихся ногах Рита побрела к себе. Шум от падающих на пол книг и опрокидываемых стульев бросал ее в дрожь. Руки тряслись от пережитого ужаса настолько сильно, что Рита боялась пролить таинственное зелье. Мысль, что проклятая ворона может и вырваться, приводила ее в нешуточный ужас. Перед глазами до сих пор маячила располосованная и окровавленная рубашка брата. И красные капли, срывающиеся на пол.
    Рита судорожно вздохнула и подумала: «Если такими царапинами украсить не спину, а, например, лицо… Кошмар! О личной жизни можно сразу забыть. И об Игоре тоже. ТАКОГО никакая любовь не выдержит…»
    Рита осторожно поставила чашку с чаем на письменный стол и на цыпочках вышла в коридор. Ей казалось, так она ближе к брату.
    Она слушала проклятья Ильи, его невольные вскрики, карканье разъяренной вороны и дрожала как осиновый лист, распластившись по стене. Ей в жизни не было так страшно! Рита то жалела, что осталась сегодня дома, то ругала себя за трусость. Но не уходила.
* * *
    Когда через полчаса пришел Савченко, разбушевавшуюся ворону все еще не поймали. Рита лихорадочным шепотом объяснила встревоженному Игорю ситуацию и наконец разревелась. Уж очень ей было жаль брата.
    – Что делать будем, а? – всхлипнула она. – Сожрет же Ильку! И время идет…
    – Так уж и сожрет, – озабоченно проворчал Игорь.
    Рита тоненько проскулила:
    – Ты бы видел, какой у нее клюв! Во, с локоть почти. И прямо железный. Жуть чиста-а-ая…
    Игорь сдвинул брови, напряженно обдумывая ситуацию. Пожал плечами и пробормотал:
    – С локоть или нет, не знаю, а вот насчет времени ты права. – Он прислушался к погрому, к воплям Ильи и хриплому карканью озверевшей вороны и угрюмо сказал: – Нам ее не поймать. Она же, зараза, летает!
    За дверью пронзительно вкрикнул от боли Илья. Рита съежилась, побледнела и испуганно пискнула:
    – Может, спасателей вызовем? Скажем, птица с ума сошла?
    – Не смеши, – раздраженно отмахнулся Игорь. Посмотрел на глотающую слезы подругу и решительно заявил: – Лучше всего выманить ее из комнаты. В зал, например. И запереть там. А мы бы пока напоили Тайку чаем.
    Рита замерла в раздумье. Представила последствия и отрицательно замотала головой. У нее даже слезы мгновенно высохли.
    Что мама скажет?! Мерзкая ворона разнесет комнату вдребезги. Там же стекла полно! Напольную старинную китайскую вазу маме друзья к сорокалетию преподнесли. Рита точно знала, она бешеных денег стоила. И люстра в зале древняя, хрустальная, с длиннющими резными висюльками. Когда дверь на лоджию открыта, они так красиво звенят…
    – Только не в зал, – категорично заявила она. – Лучше в мою комнату. – И тут же поникла. – А как выманить-то?
    Ребята растерянно переглянулись. Как бы поторапливая их, в детской с грохотом рухнуло что-то тяжелое.
    Рита снова побледнела. Мрачный донельзя Игорь уставился в окно, он искал выход. Но пока не находил. Внезапно Савченко стукнул кулаком по подоконнику, развернулся к Рите и спросил:
    – С чего она вдруг так озверела? Эта ваша Марфа? Еще вчера вечером вела себя вполне нормально, я же помню. Пряталась под Тайкиной кроватью, ее не видно, не слышно было.
    Рита неуверенно пробормотала:
    – Из-за вашего зелья, думаю. Знаешь, от него запах какой? У меня самой голова закружилась. Пока Илька в чай его сливал. Думаешь…
    – Ну нет, – перебил Игорь. – Напитком мы рисковать не можем. У нас всего одна порция.
    Он снова надолго задумался. Рита выжидающе смотрела на него, но молчала, боялась помешать. Наконец Игорь хмуро буркнул:
    – Где бутылочка от бабкиного лекарства?
    – На кухне, – непонимающе отозвалась Ритка.
    – Почему бы не попробовать? – прошептал Игорь.
    – О чем ты? – воскликнула девочка, невольно вздрагивая от очередного вскрика брата.
    – Сейчас увидишь.
    Игорь с Ритой почти побежали на кухню. Рита показала дрожащим пальцем на обеденный стол. И упала на стул, с проснувшейся вдруг надеждой наблюдая за другом.
    Игорь взял в руки крохотную темную склянку. Свинтил крышку, поднес к носу и невольно отпрянул. Запах оказался действительно одуряющим. И очень резким. Взволнованная Рита что-то невнятно прошептала.
    – Где Тайкина чашка? – обернулся к ней Игорь.
    – В моей комнате.
    – А где ты решила запереть ворону?
    – Там же.
    – Тогда быстро переноси Тайкин напиток в Илькину комнату! И не забудь закрыть как следует дверь, поняла?
    Рита растерянно смотрела на него, но с места не двигалась. Игорь раздраженно воскликнул:
    – Да некогда сейчас объяснять! Потом. Пока просто делай, что говорю.
    Хмурая Рита подчинилась. Вернулась, и Игорь распорядился:
    – Дай мне чашку под чай. Если можешь, точно такую же, как та, первая.
    Он капнул в бутылочку горячей воды и старательно взболтал ее. Понюхал, довольно ухмыльнулся и перелил остро пахнущую смесь в расписанную диковинными цветами чашку. Рита потянула носом и непроизвольно поморщилась: пахло какими-то незнакомыми травами. Почти как в тот раз, когда Илья готовил чай для Тайки.
    – Слушай внимательно. Я сейчас подойду к Тайкиной комнате, а ты открой дверь. Затем следи за мной и за птицей. И не зевай! Я постараюсь заманить ее в твою комнату. Как только мы с вороной окажемся внутри, сразу же захлопни дверь. Поняла? Сразу же!
    – А… а ты как же? – испуганно всхлипнула Рита.
    – Это позже, – отрезал мальчик. – Главное, пока я буду с ней воевать, вы с Ильей должны напоить Тайку чаем. Тем самым, с зельем. А уж потом можете выпустить меня. Не раньше!
    Ритины глаза наполнились слезами, но она послушно кивнула. Девочка понимала: другого выхода нет. Рите было страшно. Страшно, как никогда в жизни. Страшно за сестру, за брата, за Игоря. И за себя тоже.
    А вдруг сумасшедшая птица забудет о напитке и набросится на нее, Риту? Вдруг Марфу просто не заинтересует чашка, ведь в ней совсем мало колдовского зелья? А вот Рита будет совсем рядом, у порога. И достать ее клювом…
    Но Рита ничего не сказала. Просто молча пошла за Игорем.
* * *
    Невероятный план Игоря сработал. Напоенная чаем Тайка впервые за две недели крепко спала. Не ворочалась и не вскрикивала, как обычно. Лежала совершенно неподвижно, встревоженная Рита и дыхание ее не сразу уловила.
    Обманутая ворона, опрокинув чашку с остатками зелья, наконец немного успокоилась. Даже не делала попыток атаковать двери Ритиной комнаты. Лишь каркала изредка, растерянно и виновато, а потом вообще замолчала. Из-за плотно закрытой двери ни звука не доносилось.
    Сама Рита, посматривая на часы и мучительно морщась, обрабатывала мальчикам царапины. Некоторые оказались настолько глубокими, что скорее напоминали рваные раны.
    – Ничего себе, – бормотал Игорь, рассматривая свою растерзанную руку. – Как я только физиономию уберег?
    Илья не мог похвастаться и этим. Он хмуро улыбнулся сестре:
    – Вот интересно, что мама вечером скажет?
    – Мама-то ладно, – буркнула Рита, жалостливо разглядывая располосованную щеку брата. – Ей можно правду сказать. Ворона, мол, совсем сдурела. А вот как ты с такой физиономией в школе покажешься? Главное, и на драку-то непохоже.
    – Это точно, – согласился Илья, стараясь не смотреть на себя в зеркало. – Как сквозь колючую проволоку продирался.
    – Ага. Ну, прям господин резидент, – хмыкнул Игорь. – Агент ноль-ноль шесть, блин!
    И ребята неожиданно для себя дружно захохотали.
    – Что-то нашей милой птички больше не слышно, – немного успокоившись, заметил Илья.
    Игорь усмехнулся:
    – Естественно. Она же потом с пола принялась эту дрянь пить!
    – Какую дрянь? – не поняла Рита.
    – Ну как же! Бабкино зелье. Из чашки пролила и набросилась на лужицу как мартовский кот на валерьянку. Аж урчала, ворочая в ней клювом. Теперь дрыхнет, наверное. Это же что-то типа снотворного, я так понимаю.
    – Спит – это хорошо, – одобрил Илья. – Ритке спокойнее дежурить будет. – Он посмотрел на часы и побледнел. – Пора! Что тянуть?
    На этот раз ребята без всяких усилий забрали кольцо. Тайкина рука оказалась совершенно расслаблена, и кольцо свободно лежало на ладони. Как обычная безделушка. Абсолютно безобидная. Не верилось, что из-за крошечного кусочка металла столько неприятностей.
    Илья аккуратно завернул проклятое кольцо в полученную от Степаниды Илларионовны тряпочку и невольно поморщился. Даже она полностью не защищала. Рука чувствовала жуткий, леденящий холод и сквозь полотно.

Глава 17
Очищающий огонь

    До деревни ребята добрались с трудом. Из-за ужасных царапин Ильи их только на желедорожном вокзале два раза задерживали. Растерзанное лицо мальчика настораживало полицию. Что они подозревали, видя страшные кровоподтеки и раны, понять сложно. Однако с вопросами на всякий случай приставали. И постоянно направляли Илью в ближайший медпункт.
    В последний раз ему вообще едва «Скорую помощь» не вызвали, слишком заботливым оказался молоденький лейтенант. Все расспрашивал Илью, кто его так жестоко изрезал, и уговаривал не трусить и все рассказать. Мол, теперь он под защитой родной полиции.
    Бедный Илья не знал, куда глаза спрятать. Ему было страшно неудобно перед парнишкой, чуть старше его самого. Однако не рассказывать же лейтенанту о вороне?!
    Внимание полиции мешало, но куда деваться? Руки ребята прятали в карманы; спины, само собой, никто увидеть не мог; но вот лица… Особенно у Ильи!
    Главное, ТАКОЕ и под гримом не скроешь. Мгновенно лицо воспаляться начнет. Хорошо, хоть кровь перестала идти.
    Друзья вышли из электрички на крохотной, знакомой по прошлой поездке станции, и наконец вздохнули с облегчением: они почти на месте.
    Игорь свернул на широкую тропинку, ведущую к деревне, и озабоченно спросил:
    – Интересно, как Стапанида Илларионовна собирается уничтожить кольцо? Это же не бумага, в огне не горит.
    Он ошибался. Оказалось, огонь тоже бывает разный. Как и кольца.
* * *
    – Огонь из ясеня и сухой березы – очищающий. – Степанида Илларионовна раскладывала прямо во дворе небольшой костерок и степенно поясняла: – Светлые деревья-то. Темным силам с таким огнем не совладать…
    Белая коза топталась тут же, заинтересованно косилась на мальчишек ясными янтарными глазами. Изредка она подбегала к хозяйке, и Степанида Илларионовна ласково почесывала между рожками. Коза при этом потряхивала бороденкой и жмурилась от удовольствия.
    Илья с Игорем завороженно смотрели на бездымный, жаркий огонек. Он охватывал все большее количество сухих веток, и мальчикам казалось – все сейчас кончится. Ветки звонко потрескивали, воздух над костром странно плыл, одуряюще пахло древесной смолой, где-то рядом блеяла коза… Это походило на сон!
    – Вот сейчас мы ваше колечко и проверим, – прервала их грезы деревенская колдунья. – Давайте его сюда.
    Степанида Илларионовна требовательно протянула руку. Илья вздрогнул, приходя в себя.
    Расслабленное состояние внезапно исчезло. Он покраснел и резко отпрянул в сторону от костра. Вдруг расхотелось отдавать кольцо! Почему-то вспомнилось, что оно принадлежит не чужому человеку, а родной прабабке. РОДНОЙ! Это же что-то значит? Да и имеет ли смысл бросать кольцо в огонь? Металл не горит, любой ребенок знает. Лишь закоптится, и камешек потускнеет. Точно, глупости какие-то!
    Как сквозь вату мальчик услышал озабоченный голос Степаниды Илларионовны:
    – Мальчишка-то – правнук, что ли?
    – Кажется, – неуверенно отозвался Игорь.
    – Ну надо же, – в сердцах воскликнула женщина, – нащупала все-таки! Ах, ведьма проклятая! С другой стороны, кровь – не водица…
    Встревоженный Илья тем временем отходил все дальше и дальше от огня. Ему казалось: на улице неожиданно потемнело. Даже солнце Илья сейчас видел сквозь какую-то странную дымку. Свет костра причинял ему боль. Физическую. У Ильи ломило виски, от запаха дыма перехватывало дыхание. И сердце колотилось почти у самого горла. Почему-то Илье страшно хотелось вернуться домой. Сейчас же. Не медля ни секунды.
    Он тоскливо подумал: «И зачем я отнял у Тайки кольцо? Мне ли вмешиваться в дела, в которых ничего не понимаю…»
    Илья смутно видел: эта почти незнакомая женщина, от которой так неприятно пахнет костром, шепчется с Игорем. Поднимет голову, посмотрит на него, Илью, и снова начинает убеждать Савченко. «В чем, а?!»
    Игорь лишь ошеломленно глаза таращил. Они у него, Илья видел, растерянные и даже испуганные. Савченко забавно мотал головой, не решаясь на что-то согласиться.
    – Иначе и парнишка погибнет, – вдруг громко воскликнула Степанида Илларионовна. – Пойми, ТАКОГО не прощают!
    Игорь поник и неохотно кивнул. Спрятал руку за спину и медленно направился к Илье. Лицо у него почему-то виноватое. И вид пришибленный.
    Илья внезапно почувствовал смутную угрозу и попятился. Его недавний друг искательно улыбнулся и фальшиво забормотал:
    – Это же я, Савченко. Ты что, не узнаешь меня, что ли? Я это, я.
    – Стой, где стоишь! – визгливо выкрикнул Илья. И мучительно скривился, у него вдруг заболела голова. – Что тебе надо? Говори!
    Игорь остановился. Нерешительно оглянулся на костер. Дурным голосом заорала коза. Степанида Илларионовна смотрела мрачно.
    Игорь нервно вздрогнул и неуверенно пролепетал:
    – Да ничего. Просто подумал – может, домой поедем? Что нам тут ловить, раз ты передумал палить кольцо…
    Илья широко раскрыл глаза и лихорадочно шепнул:
    – Точно! Домой. К Тайке.
    И почти побежал к тропинке. Он понял – это правильное решение. Единственно верное. И нужно спешить. Очень спешить! А женщина у костра – враг. Жаль, нельзя вернуться и уничтожить ее. Некогда!
    За спиной Илья услышал шелест шагов догоняющего его Игоря, но не обернулся. В голове звенела, все перебивая, единственная связная мысль – домой. К Тайке!
    И вдруг все оборвалось. Словно рядом снаряд разорвался. Перед глазами закружились в бешеном хороводе березы, знакомый голос прошептал: «Извини», и Илья как подрубленный упал в траву.

    Игорь с нескрываемым ужасом посмотрел на потерявшего сознание друга и выбросил обмотанное пестрой рубашкой топорище. Степанида Илларионовна пронзительно закричала:
    – Не тяни! Ведьма сейчас очухается! Она пока просто не поняла, что случилось! Забирай кольцо! Кольцо, слышишь? Да шевелись же ты!
    Игорь нервно вздрогнул, склонился над другом и осторожно вытащил из кармана его рубашки знакомую льняную тряпочку. Ту самую, выстиранную в специальных травах.
    Илья застонал, будто почувствовал, что лишился кольца. Его пальцы бессильно заскребли землю. Он с трудом поднял веки, и перепуганный Игорь увидел мутные, без единой мысли глаза.
    – Отдай, – прохрипел чужим голосом ближайший друг и попытался подняться. – Отдай мое кольцо! Отдай, иначе пожалеешь.
    Илья, как раздавленный, огромный жук, пополз к Игорю. Страшный, растрепанный, с залитым кровью лицом – снова открылись все его ранки – цепляясь скрюченными судорогой пальцами за пожухлую траву.
    Савченко всхлипнул. У него неожиданно ослабли ноги, к мгновенно взмокшей спине прилипла рубашка. От костра что-то кричала Степанида Илларионовна, но оцепеневший Игорь не понимал ни слова. Звуки доносились до него еле-еле, смысла он не улавливал.
    Отрезвила Игоря боль. Проклятая ворона так располосовала ему спину, что пот начал огнем жечь свежие, еще кровоточащие царапины. И мальчик побежал. Побежал с такой скоростью, с какой в жизни не бегал. Обессиленно опустился на землю у ног Степаниды Илларионовны и протянул ей руку со своей добычей. А услышав жуткий вопль, в котором не осталось ничего человеческого, обернулся и чуть не закричал сам. От нестерпимого ужаса.
    К ним на подгибающихся ногах, шатаясь из стороны в сторону, из последних сил ковылял Илья. И глаза у него были бешеными. По-прежнему без единой мысли. Одна ненависть. Только ненависть и желание убивать. Немедленно!
    – Поздно, голубушка, – торжествующе прошептала за спиной Игоря травница и бросила сверток в костер.
    Яркая вспышка, почти взрыв, отбросила Игоря далеко в сторону. Как чуть позже выяснилось, у него даже волосы на голове опалило.
    Пронзительно вопила коза. Почему-то звонко смеялась Степанида Илларионовна. Илья, находившийся от них уже в двух шагах, вдруг задрожал, изо рта у него потекла желтоватая пена, и он рухнул как подкошенный.
    Окутавшая старый бревенчатый дом и маленький двор тишина показалась потрясенному Игорю полной, все звуки словно умерли. Даже ветер стих и не играл больше редкими листьями высоченного старого тополя…
* * *
    – Что с ним? – Игорь с некоторым страхом посматривал на лежащего в кровати друга.
    – Теперь ничего страшного, – успокаивающе отозвалась травница. – Я его напоила лечебным отваром, Илья спит. Не волнуйся, через пару часов встанет, все будет хорошо.
    Игорь гулко вздохнул. Он чувствовал себя виноватым. Не представлял, как объяснит другу свой подлый удар в спину. Да еще тяжелым топорищем.
    – Вот только…
    Степанида Илларионовна опустилась на стул и пальцем поманила мальчика к себе. Игорь послушно сел рядом.
    – Вот только помнить твой дружок немногое будет.
    – Память потерял? – с ужасом воскликнул Игорь.
    – Да нет же, – отмахнулась Степанида Илларионовна. – Какую там память! Просто о последних событиях Илья знать ничего не знает. Ну, о том, что бабка вмешалась. – Травница немного подумала и осторожно сказала: – И лучше будет, если ты ему об этом не скажешь. – Она вздохнула. – Ощущать себя куклой в чужих руках приятного мало, понимаешь? Так что лучше помалкивай.
    – А спросит? – прошептал Игорь.
    – Ну и спросит, – улыбнулась женщина, – ничего страшного. Скажешь – на солнце сомлел. Вон раны какие, сколько крови потерял…
    – А шишка на голове?!
    – Падал, да о корягу какую-то ударился. Их у тропы полно. – Степанида Илларионовна бросила быстрый взгляд на спящего мальчика и добавила: – И с кровью – правда. Не будь ран, ведьма, может, до него и не добралась бы. А так… Ослаблен же! И воля ослаблена. – Она помолчала и задумчиво протянула: – Вообще-то крепкий парнишка. Сильный. И сестра у него, судя по вашим рассказам, такая же. Надо же, сколько времени смогла противиться прабабке! Не каждый взрослый сумел бы.
    – Они все упрямые, – с неожиданной гордостью отметил Игорь. – Все Романовы.
    – Одного упрямства, милый мой, тут маловато, – насмешливо возразила травница. – Тут нечто другое.
    – Что? – непонимающе поднял на нее глаза мальчик.
    Ранки, бережно обработанные Степанидой Илларионовной, практически перестали его тревожить, и Игорь чувствовал себя превосходно. На солидную, рваную рану Ильи – та тянулась через всю правую щеку – он посматривал с нескрываемым интересом: она быстро затягивалась. Безобразные, опухшие края вдруг подсохли, стянулись и все больше напоминали обычную царапину, пусть большую. И кровь уже не сочилась.
    – Что? – усмехнулась женщина. – Как тебе сказать поточнее? Дух… Душа… Нет, воля, наверное, по-вашему! Ну да, очень сильную волю, милок, необходимо иметь, чтобы противиться. Ведь прабабка сломать их пыталась. Особенно девчонку. Как ваша Тайка не сдалась, ума не приложу. Кольцо-то у нее давненько уже.
    Степанида Илларионовна подошла к Илье и опять смазала его царапины странной вязкой желтоватой жидкостью.
    Глядя, как она легко переворачивает друга, Игорь осторожно поинтересовался:
    – А Тайка, как проснется, болеть больше не будет?
    – Правильный вопрос, милый. И сложный.
    Она напоила спящего Илью теплым пахучим отваром и вернулась на скамью. Игорь с любопытством заглянул в лицо товарища, но тот даже не шелохнулся. Зато дышал ровно, и на его щеки потихоньку возвращался обычный румянец.
    Игорь обернулся к хозяйке дома и повторил:
    – Так что насчет Тайки? Будет болеть?
    – Нет. И о болезни своей вспомнит не все. Что-то упустит. Может, и вся история ей сном покажется. Кольца-то нет. – Целительница мягко посоветовала: – Вы ей не противьтесь. Как скажет. Сон так сон. Ей же проще. Малышка еще.
    Игорь кивнул. Степанида Илларионовна вдруг пристально посмотрела на него и усмехнулась.
    – Знаешь, ваша Тайка, может, и подошла бы мне.
    – Куда? – растерялся мальчик.
    – Да ученицей.
    Игорь побледнел, ему вдруг стало страшно. Степанида Илларионовна успокоила его:
    – Не сейчас. Когда подрастет. Лет эдак с двенадцати. Если себя сохранит к тому времени.
    – Ну, этого я не знаю, – нервно воскликнул Игорь. – Это не мне решать!
    – Само собой, – кивнула травница и пошла вновь поить спящего Илью отваром.
    К растерянному Игорю подошла белая коза. Катерина, кажется? Положила голову Савченко на колени. Пристально уставилась на него янтарными круглыми глазами и насмешливо мекнула. Чистенькая уютная комната будто качнулась, и почему-то снова одуряюще запахло колдовским зельем. К распахнутому окну потянулись невесть откуда взявшиеся молочные языки тумана. Где-то зазвенели колокола.
    Игорь изо всех сил зажмурился, прогоняя мираж. Раздраженно оттолкнул от себя рогатую голову и еле слышно проворчал:
    – Кошмар какой-то. Нет, от всяких таких вещичек нужно держаться подальше. Ну их к черту! Того и гляди крыша поедет…
    Белая коза согласно кивнула и неспешно отошла. А Игорь никогда больше не вспоминал ту часть разговора, что касалась Тайки Романовой.

    И вообще все закончилось, как травница и предсказывала. Илья искренне поверил в свой обморок. Девятилетнюю Тайку очень быстро сумели убедить в том, что ей все-все приснилось. Поездка в деревню, деревянная шкатулка, кольцо с зеленым камешком, смоляная куколка…
    Верить в это было проще, и девочка не спорила. Может, и действительно скоро забыла о жуткой истории?
    Однако кое-что о ней напоминало.
    Ритка Романова, например, по-прежнему продолжала дружить с Игорем. Хотя и ссорилась с ним постоянно, как когда-то в детстве.
    Несчастная третьеклассница Лера так и осталась рыжей, и скорее всего на веки вечные. Скоро никто и не вспоминал, что когда-то она была белокурой.
    Ванечка с Ангелиной Павловной сыграли свадьбу. А Петька упорно продолжал замечать одну Валю.
    Вот только учительница рисования Кононова совсем не изменилась. Выйдя из больницы, Ирина Васильевна стала еще сварливее, и коллеги поговаривали, что кое-кому пора бы уже и на пенсию…

Меняем мальчика на девочку

Глава 1
Находка

    Эта необычная история началась в прекрасное весеннее утро, в воскресенье. Впрочем, далеко не вся семья Романовых считала это воскресное утро прекрасным. Во всяком случае, не ее мужская половина. И неудивительно: именно мужчин сегодня ждала уборка давным-давно захламленного гаража. Мама больше не хотела слушать никаких отговорок. И сколько Илья с папой не пытались ее убедить, что там находится все только самое нужное, ничего не получалось – мама лишь сердилась и грозила заняться уборкой лично.
    Допустить подобное мужчины никак не могли. Уж очень по-разному они представляли себе ценности. Например, выбор между старой, но еще целой велосипедной цепью и пустой трехлитровой стеклянной банкой Илья с отцом сделали бы отнюдь не в пользу последней. Но не мама!
    В результате с самого раннего утра они работали в гараже. И почти смирились со своей печальной участью. А чем дольше разгребали завалы в подвале и на бесчисленных стеллажах, тем лучше понимали: пропало не только чудесное утро, пропало и само воскресенье.
    Вот где настоящая дискриминация!
    Еще и десятилетняя Тайка крутилась рядом. Якобы помогала. И не менее увлеченно путалась под ногами ее прирученная ворона Марфа. Обе старательно нервировали несчастных тружеников. Так и норовили опрокинуть что-нибудь тяжелое. Или уронить с полок что-нибудь бьющееся. Например, стеклянные банки с мамиными компотами и вареньем.
    Тайка бессовестно приставала с самыми каверзными вопросами. Такими, от которых Илья терялся, а отец надолго застывал посреди гаража, раздумывая над ответом.
    Последний вопрос любимой дочери отцу до сих пор переварить не удалось. Он звучал так:
    – Па, а правда, пацанов, когда лезут, надо бить ногой прямо в пах? Я от девчонок из восьмого слышала. Я спросила – где пах, а они смеются! В ухо вернее, да, па? Если кулаком?
    Отец после этой Тайкиной тирады уже в третий раз задумчиво перетаскивал банку с машинным маслом с полки на полку, а с ответом все еще не нашелся. Илья же покраснел и в сердцах показал искренне удивленной Тайке кулак.
    Вообще-то Тайка недолго обдумывала причины странного поведения старшего брата. Секундой позже она наткнулась на небольшой пестрый сверток.
    Обнаружила его Тайка совершенно случайно. Он валялся прямо под ногами – наверное, его ненароком сбросили с верхних полок. Этот аккуратный рулончик сразу заинтересовал Тайку. Он заметно выделялся среди груды полуржавых железяк и поседевших от времени резиновых шлангов. Прямо-таки бросался в глаза!
    Тайка с готовностью подняла его и теперь с недоумением рассматривала странно знакомую тряпицу в мелкий цветной горох. Ей вдруг стало не по себе. В голове мелькало что-то о смерти прабабушки, о прошлогодней поездке в деревню, необычной болезни…
    Погрузившись на минуту в воспоминания, Тайка лишь пожала плечами и просто развернула таинственный сверток. И звонко чихнула: на нее приятно пахнуло сухими травами.
* * *
    Илья о Тайкиной находке не знал. Он добросовестно перетаскивал пустые канистры из-под бензина в отведенный для них угол. И вдруг настороженно застыл посреди гаража. Ему показалось: что-то изменилось. Он озадаченно наморщил лоб, пытаясь понять, что же именно, но не смог. И с досадой вернулся к уборке.
    Лишь когда отец, сомнамбулой тащивший все ту же банку, налетел на Илью, и пришлось одной рукой поддерживать его, а другой – ловить тяжелую бутыль, до мальчика дошло: в гараже стало слишком тихо.
    Тишина и Тайка – понятия настолько несовместимые, что Илья с облегченным вздохом подумал: «Ушла». Но тут где-то рядом закричала ворона, и заманчивая мысль умерла, не успев толком родиться. Нагловатая горластая птица следовала за младшей сестрой как верный пес и не сопровождала Тайку разве что в школу. А значит…
    Илья нервно вздрогнул. Подобное затишье в их семействе чаще всего заканчивалось очередной катастрофой. Как правило, нешуточной. Тайка на мелочи никогда не разменивалась.
    Илья вручил отцу спасенную банку и обернулся: Марфа по-прежнему кричала, словно кота в гараже увидела, а он успел выдрать из ее хвоста по меньшей мере половину перьев.
    Илья нахмурился: младшая сестра сидела на корточках в самом дальнем углу гаража и что-то увлеченно рассматривала. А на возбужденную ворону – птица буквально наскакивала на хозяйку, при этом мерзко орала и суматошно хлопала крыльями – не обращала ни малейшего внимания.
    «Черт, что она там выудила?!»
* * *
    Тайка с любопытством перебирала только что найденные сокровища. Они были ни на что не похожи и этим очень интересны.
    Особенно Тайке понравился легкий, полупрозрачный, цвета гречишного меда камешек. Девочка даже понюхала его. Он, к Тайкиному удивлению, пах не медом, а смолой. И приятно нагревался в руке.
    Тайка посмотрела сквозь камень и тихо рассмеялась: гараж исчез, перед глазами крутилась золотистая вьюга. Показалось, она слышит шелест трущихся друг о друга мельчайших крупинок, постепенно затягиваемых в изумительную по красоте спираль. Она вдруг начала светиться, все увеличивая и увеличивая накал. Восхищенная Тайка затаила дыхание: что же дальше?
    – Ну-ка, отдай это, – вдруг раздался за спиной взволнованный голос старшего брата.
    Тайка испуганно вздрогнула, автоматически сжала кулак и обернулась. Над ней нависал мрачный Илья. Его глаза только что не испепеляли забавные безделушки, бережно разложенные девочкой на тряпочке. Ясно было, брат здорово злится. Но почему?
    Тайка быстро сунула руку в карман джинсов. Вскочила на ноги и возмущенно воскликнула:
    – Эй, ты чего?!
    Под ноги метнулась взъерошенная Марфа. Тайка наклонилась и привычно приласкала ее.
    Однако сегодня вороне это не понравилось. Марфа шарахнулась от Тайкиной руки и недовольно, скрипуче закричала. Девочка изумленно посмотрела на нее.
    – И ты туда же? С ума меня решили свести, да?
    – Тебя сведешь, как же, – угрюмо проворчал Илья, поспешно собирая с пола разбросанные сокровища, таинственные и притягательные.
    Ошеломленная Тайка не протестовала. Она лишь снова сунула руку в карман, радуясь, что вовремя изъяла из забавного свертка камушек. А чтобы старший брат ничего не заподозрил – Тайка в жизни особой покладистостью не отличалась – она сварливо крикнула:
    – Чего хватаешь, а? Твое, что ли?
    – Что ли, – сурово отрезал Илья, старательно заворачивая в тряпку найденные девочкой безделушки. И сердито добавил: – Вечно суешь нос, куда не просят!
    Тайка мгновенно надулась. Илья покосился на сестру и чуть мягче сказал:
    – Шла бы гулять, солнце на улице. Или к компу, пока свободен. Чего тут вертишься? Мешаешь нам только.
    – Подумаешь, мешаю им! Ну и уйду, очень надо…
    Тайка оскорбленно мотнула кудрявой головой и медленно начала отступать к дверям. Больше всего на свете она сейчас боялась: вдруг Илька в последнюю секунду вспомнит о чудесном камушке?
    «Ни за что не отдам, – Тайка украдкой погладила карман. – Он мой навеки!»
    Уже выскакивая из гаража, Тайка победно воскликнула:
    – Сам виноват! Нечего разбрасывать, раз твое! На полу все валялось, понял?
    Противная ворона за хозяйкой не спешила. Смерила мальчика таким нехорошим взглядом, что Илья почему-то почувствовал себя обманутым. Ощущение оказалось настолько сильным, что он тут же бросился проводить ревизию только-только завернутой в пеструю ткань мелочи.
    Марфу его подозрительность лишь разозлила. Она оглушительно каркнула, долбанула своим страшным клювом едва ли не по пальцам Ильи, а затем шумно вымелась вслед за Тайкой.
    – Елки, что за демонстрация? – Илья растерянно пожал плечами.
    Он чуть ли не носом ткнулся в драную тряпку и озадаченно наморщил лоб: на первый взгляд, все на месте. Ну, насколько он помнил. Впрочем…
    Илья нахмурился и пальцем поворошил содержимое отвратительного свертка, привезенного прошлой осенью из деревни. Он насмешливо фыркнул: якобы вещички из шкатулки умершей прабабушки. Она, по словам Тайки, считалась местной колдуньей. И вряд ли доброй.
    В последнее, то есть в колдовство, Илья до сих пор верил слабо. Но из-за некоторых прошлогодних событий предпочитал от бабкиного наследства держаться подальше. Так, на всякий случай. Поэтому и припрятал сверток в гараже. Кто ж знал, что любопытная Тайка на него наткнется? Обычно она здесь и не показывалась.
    Мальчик пожал плечами и начал медленно сворачивать пеструю тряпицу. Но тревога не уходила. Казалось, что-то не в порядке, что-то он упустил. Вот только что? Тайка на этот раз отдала ему свою находку абсолютно спокойно.
    Илья засунул опасный сверток в самый дальний угол верхней полки, заставил пустыми стеклянными банками и лишь после этого спрыгнул со стула. «Рыжику сюда в жизни не забраться», – успокоенно подумал он.
    Взял очередную канистру из-под бензина, посмотрел на часы и обреченно вздохнул: воскресенье убито – это факт. Они с отцом тут и до вечера не управятся, как ни старайся. Пахать, короче, не перепахать!

Глава 2
Странные сны

    Сегодня за ужином Романовы больше молчали. По разным причинам. На кухне стояла непривычная тишина, но никто этого не замечал.
    Уставшие Илья с отцом только что не клевали носами над своими тарелками и мечтали пораньше оказаться в постелях.
    Рита угрюмо вертела в руках вилку и ни на кого не смотрела. Она в очередной раз поссорилась с Игорем Савченко и вряд ли вообще замечала, что ела.
    Мама, обычно превращавшая воскресный ужин в праздничный вечер, впервые изменила правилам. Сегодня она решила попробовать в действии новые наушники – подарок коллег по работе ко дню рождения. Она сияла от восторга: можно уходить от компьютера даже на кухню и при этом не путаться в проводах, которых просто нет!
    И десятилетняя Тайка притихла, что вообще удивительно. Не устраивала ежевечернего шоу со смешными рассказами о своих сегодняшних вылазках и показом в лицах особенно забавных сцен. Она незаметно трогала в кармане украденный из гаража камень и молчала. Девочка была им буквально очарована и больше всего на свете хотела спрятаться в детской и вплотную заняться новой игрушкой. А пока просто наслаждалась странно живой и теплой поверхностью своей находки.
    Ужин всем казался бесконечным. Романовы не болтали, не смеялись, не обменивались мнениями, не спорили и не подшучивали друг над другом. Просто ели. А потом все как-то быстро и незаметно разошлись по своим комнатам.
    Рита, правда, какое-то время повисела на телефоне, но трубку бросала сразу же, едва ТАМ ее поднимали. Она топталась в коридоре добрых полчаса, однако так и не сказала ни слова своему таинственному абоненту. И наконец тоже исчезла у себя.
    Тайку сегодня вечером – едва ли не впервые! – подобный расклад совершенно устраивал. Она заглянула поочередно в каждую спальню и пожелала всем спокойной ночи. На всякий случай. Чтобы потом не вздумали сунуться к ней. Забежала на пару секунд в ванную и со вздохом облегчения закрыла за собой дверь в детскую: одна. Теперь можно как следует рассмотреть свою нечаянную находку! Разогревшись в руках, замечательный камушек мягко светился и еще сильнее пах смолой. Аромат казался терпким, приятным, и Тайка с удовольствием потянула носом.
    Коричнево-золотистый, почти идеально круглый, покрытый сетью матовых трещин камень с одной стороны оказался как бы срезан. Эта плоская сторона, единственная, была отполирована. Она напоминала крошечный, таинственно мерцающий экран. Или глазок, в глубине которого теплился оранжевый, цвета осенних листьев, огонек. Чудный камушек завораживал, и околдованная Тайка протяжно вздохнула. Ей почему-то совершенно не хотелось с ним расставаться.
    Она подошла к зеркалу, приложила камень к взлохмаченным волосам и невольно улыбнулась: цвет такой же. Ну, почти. В ее кудрявой шевелюре, к сожалению, больше огня. А вот глаза… Да, глаза практически того же оттенка! Как и веснушки.
    Помрачневшая Тайка с досадой отвернулась от зеркала и прошептала:
    – Повезло мне! Родиться рыжей…
    Долго расстраиваться десятилетняя Тайка не умела. Показала собственному отражению язык и рассмеялась. Сжала полюбившийся камушек покрепче – расставаться ним не хотелось ни на секунду – и нырнула в постель.
    Тайке внезапно показалось: забавный рыжий камень принесет ей удачу. Может… может, он волшебный?!
* * *
    Запах прогретого жарким солнцем соснового леса, ароматный, смолистый, преследовал Тайку и во сне. Но абсолютно не мешал. Даже нравился. Тайка неосознанно сунула плотно сжатый кулак с камнем под щеку. И улыбнулась, от ее находки шло приятное тепло.
    Девочке снилось: она не ошиблась, камушек не простой – волшебный. Ей, Тайке, очень повезло, что он попал именно в ее руки.
    Тайка сквозь сон подумала: «Какое счастье, что я с утра увязалась за Илькой и папой. Иначе бы не наткнулась на смешной сверточек. Илькин, конечно. Раз он так на меня рассердился. Интересно, сам Илька знает, что камушек не простой? Нет, наверное. Илька уже большой. А взрослые, они в чудеса совсем не верят. Глупые…»
    Тайка прижала к щеке гладкий камень и судорожно вздохнула. Ее почему-то переполнял восторг. Вдруг пахнуло приключениями. Разгоряченное лицо словно ветром обдуло. Солоноватым и влажным.
    – Волшебный, – пролепетала девочка.
    Во сне все кажется возможным, десятилетняя Тайка воспринимала увиденное как должное. И с помощью удивительного камня перелистывала незнакомые, таинственные миры, как страницы обычной книги. Они очаровали ее. Девочка никак не могла остановиться. Тайка искала. Не знала точно, что именно, но искала. И ее выразительное веснушчатое личико то озадаченно хмурилось, то расцветало в улыбке.
    Перед спящей Тайкой одна за другой сменялись яркие, поразительно живые картинки. Они никогда не повторялись.
    Люди в самых причудливых одеждах и с разным цветом кожи. Странные, невиданные животные. Некоторые из них посматривали на девочку вполне разумными, почти человеческими глазами. Самые экзотические растения. Необычные земли. Небеса над ними мало напоминали земное небо, а солнечный свет просто пугал, до того казался чужд. Драконы, птеродактили, страшные пресмыкающиеся мелькали пестрым калейдоскопом и заставляли Тайку порой вскрикивать во сне. И она сильнее сжимала камень, источающий пьянящий аромат смолы.
* * *
    Тайку так увлек изумительный сон, что она не услышала будильника. Возмущенной Рите пришлось поднимать ее на целых полчаса позже обычного, они с Ильей уже заканчивали завтракать.
    Это оказалось непросто. Тайка и на старшую сестру не хотела реагировать. Лишь дернула плечом и пробормотала, чтобы ее оставили в покое и дали досмотреть сон. И вообще – закончить поиски. Мол, это очень важно. Она, Тайка, просто кожей чует.
    Рита нервничала: через полчаса предстояла встреча с бессовестным Игорем. Как с ним держаться, Рита не представляла. Ее и сейчас трясло от злости, стоило вспомнить, как Савченко вчера глазел на Светку Татарникову. Он согласился пойти к ней на день рождения. Один, без Риты!
    В таком состоянии Рита никак не могла тратить время и нервы на младшую сестру с ее вечными фокусами. Поэтому бесцеремонно сорвала со спящей Тайки одеяло и крикнула почти в ухо:
    – Проснись, наконец! Какие поиски?!
    – Не знаю, – буркнула Тайка, пытаясь вслепую нашарить одеяло.
    Она все еще рассчитывала досмотреть сон, но Рита безжалостно продолжала теребить ее – пришлось проснуться.
    Тайка горько вздохнула и, не открывая глаз, села в постели. Оставалась надежда – Ритка сейчас уйдет, и она снова ляжет. Тайка едва заметно улыбнулась своей мысли.
    Но Рита окончательно рассердилась. И грозно пообещала через пару секунд прийти со стаканом воды. Холодной воды!
    Потом она стащила Тайку с постели, сунула ей в руки полотенце и раздраженно воскликнула:
    – Марш в ванную, лахудра несчастная! В школу опоздаешь! Посмотри на часы!
    Рита сердито хлопнула дверью. Тайка с трудом пришла в себя. Растерянно осмотрела такую знакомую комнату и разочарованно прошептала:
    – Надо же, дома! А снилось…
    Тайка с большим трудом разжала онемевшую ладонь: в ней по-прежнему лежал темно-золотистый камень.
* * *
    – Наконец-то появилась, – Илья окинул взглядом понурую фигурку младшей сестры и невольно хмыкнул: – Ты что же, Рыжик, не спала ночью?
    – Очень даже спала.
    Тайка села на свое место и брезгливо сморщила нос. Подтолкнула пальцем поближе к брату бутерброд с маслом и сыром. Подумала и отправила туда же вареное яйцо.
    – А что тогда вставать не хотела? Твой будильник мертвого мог поднять.
    Илья сделал суровое лицо и небрежно отфутболил чужой завтрак обратно. Тайка воровато оглянулась на дверь: Рита напевала где-то в ванной.
    – Слушай, съешь, а? – умоляюще прошептала она. – А я тебе что-то скажу. Интересное!
    Илья посмотрел на забавную веснушчатую мордашку, взъерошенные после сна ослепительно рыжие кудряшки и усмехнулся:
    – Нет уж, Рыжик! Без завтрака в школу нельзя.
    – А я йогурт возьму, а? Ну, честное слово! Все до капли съем.
    – И яйцо, – категорично потребовал Илья.
    Тайка недовольно сдвинула брови, но спорить не стала. Поспешно отдала ненавистный бутерброд брату и сердито проворчала:
    – С чего только мама взяла, что без хлеба – не сытно?
    С завтраком Тайка расправлялась лихорадочно. Сопела, давилась и роняла крошки. Она опасалась не успеть к приходу Риты, с ней договориться намного сложнее.
    Илья невозмутимо проглотил Тайкин бутерброд и с любопытством спросил:
    – Так что ты мне хотела рассказать?
    – Понимаешь, – с набитым ртом прошепелявила Тайка, поднимая на брата громадные карие глаза, – мне сегодня такой сон снился! Тако-ой…
    И тут Илья сплоховал. Сколько раз он потом жалел об этом! Но… Кто мог заглянуть в будущее? Сейчас же насмешливо бросил:
    – Ах, сон! Ну, это скучно.
    Он подмигнул разочарованной сестре и неторопливо вышел из кухни. А Тайка бросила упаковку из-под йогурта в мусорное ведро и обиженно подумала: «Будто я часто ему сны рассказывала! Этот был бы первым…»

Глава 3
Никому неинтересный секрет

    Неделя для Тайки пролетела как один день. Утром – школа, днем – компьютер и весенние улицы, по ночам – захватывающие дух сны. Они с изумительной регулярностью повторялись, на их фоне дни казались девочке тусклыми и неинтересными.
    Очарованная необычными снами, Тайка почти ничего не замечала. Она сомнамбулой бродила на переменах по школьным коридорам. Почти автоматически отвечала на уроках. Подавала дневник учителям. Писала, читала или считала. Чем-то рассеянно занималась дома, совершенно перестав ссориться со старшей сестрой. Она напряженно ждала наступления вечера!
    В собственную постель Тайка ложилась со странным ощущением, что идет в театр. Почему-то девочка свято верила, причина чудесных снов – ее камень. Гладкий, рыжий, теплый и пахнущий смолой. Она практически не расставалась с ним.
    Илья за неделю забыл небольшой инцидент в гараже. Однако все равно посматривал на младшую сестру с некоторой тревогой, Тайка слишком притихла. Ее необычайно подвижная, забавная мордашка в последнее время стала подозрительно задумчивой.
    Илья озабоченно отметил: непоседливую и озорную Тайку словно подменил кто. Она не приносила из школы замечаний по поведению, не приобрела за последние дни ни одной царапины, ни одного даже самого крошечного синяка. Она не ссорилась с Ильей по вечерам из-за компьютера, не таскала домой новых игр, совершенно не обращала внимания на Ритины придирки. Она перестала совершать набеги на ее косметичку!
    Впрочем, вполне возможно, несчастная Рита этого бы и не заметила, ссора с Савченко все набирала и набирала обороты. Рита нешуточно страдала!
    Илья угрюмо хмыкнул: вчера сестрица потребовала, чтобы он снова пересел к ней, а вещички Игоря с большим шумом перебросила на соседний стол. С негодующими комментариями, само собой. Илья, друживший с Игорем Савченко с первого класса, оказался меж двух огней. Оба требовали внимания к собственным проблемам, и оба осыпали противника полубредовыми обвинениями. О недавней влюбленности не шло и речи! Казалось, они ненавидят друг друга с самого рождения.
    Игорь с Ритой настолько достали Илью за эти несколько дней, что он с большим трудом сдерживался и не пускал в ход кулаки. Хорошие затрещины заслужили оба!
    Притихшая Тайка в эту сумасшедшую неделю казалась Илье настоящим ангелом. Только что рыжим, веснушчатым и без крыльев. На фоне сошедшей с ума Ритки, разумеется. Вот Илья и расслабился. Непозволительно расслабился. Хотя в воздухе витало что-то такое…
* * *
    Субботу Илья встретил с энтузиазмом. Родители с самого утра уехали на дачу и оставили дом на них с Ритой. На целых два дня укатили. Фантастика!
    Нет, все-таки весна – настоящее чудо. И дача – дело стоящее. Огород в восемь соток и сад в шесть – тоже весьма неплохо. Работы сейчас – непочатый край.
    Илья удовлетворенно усмехнулся: вряд ли мать с отцом вернутся в город раньше десяти вечера. Лишь бы дождь не пошел. Сегодня можно даже не завтракать, а прямо с утра сесть за компьютер с новой игрой и забыть обо всем!
    Тайка покрутилась рядом, но старший брат был занят и совершенно не обращал на нее внимания.
    Тайка с досадой покосилась на монитор, Илья буквально прилип к нему, и неохотно поплелась к Рите.
    Тайку распирала тайна: сегодня ночью она нашла. Нашла! Наконец-то ей встретился нужный мир, именно его искал чудесный камень. Тайка мгновенно это поняла. Сама удивилась, насколько ясно, четко почувствовала – все. Конец поискам. Этот мир оказался сегодняшней ночью третьим и последним. А обычно она сбивалась со счету.
    Правда, таинственный мир показался Тайке не очень интересным. Слишком он походил на Землю. Но камень упрямо остановился на нем, и чуткая Тайка лишь расстроенно вздохнула.
    Оставшуюся часть ночи она задумчиво рассматривала странные, многобашенные города, сказочно прекрасные замки, крошечные деревеньки, словно нанизанные на нити равнинных, нешироких речушек, заповедные, почти нетронутые леса, диких зверей в них…
    Разочаровывали девочку только люди. Уж очень они обычные. Разве что одеты немного по-другому.
    Да, и еще одно поразило Тайку: в этом мире она не увидела ни одной машины! Там не дымили заводы, не летали самолеты, не мчались по асфальтированным дорогам легковушки, автобусы или трейлеры. Она и велосипедов не заметила на узких городских улочках.
    Тайка пожала плечами: если бы аборигены внешне не повторяли землян, как отражения в зеркале, она бы ничуть не удивилась. А так…
    Странно, почему нет машин?
    Ведь люди те же!
    Тайка тяжело вздохнула. Отпихнула путающуюся под ногами ворону и осторожно приоткрыла дверь в комнату старшей сестры.

    К ее удивлению, Рита до сих пор валялась в постели. Правда, полностью одетая. И мрачная-мрачная. Ни книжки в руках, ни наушников. Она даже не подкрасилась!
    Тайка неуверенно потопталась на пороге, но уходить не хотелось. Уж слишком трудно оставаться со своим открытием наедине. Не терпелось рассказать о нем хоть Рите.
    Тайка еще раз скрипнула дверью и робко пролепетала:
    – Рит, ты чего?
    Девушка вздрогнула и нехотя подняла глаза. Увидела в дверях всклоченное, рыжее облачко и невольно усмехнулась:
    – Так.
    – Никак с Игорем не помиришься? – сочувственно поинтересовалась Тайка.
    – Я с ним и не собираюсь мириться, – зло отозвалась сестра.
    – Почему?
    – По кочану, – отрезала Рита. – Мне теперь другой нравится! Савченко до него как до неба, поняла?
    – А-а-а… – недоверчиво протянула Тайка.
    Рита едва слышно выругалась и села. Она сейчас мечтала об одном: чтобы ее оставили в покое. Или нет! Чтобы позвонил презренный предатель Савченко и умолял о прощении. И о свидании. А она… она…
    Рита никак не могла придумать, как же она должна ответить Игорю – послать к черту? Гордо сообщить, что давным-давно нашла ему замену? Заявить, что он никогда ей не нравился, и она встречалась с ним раньше исключительно из жалости?
    Тайка легонько толкнула старшую сестру в плечо, и Рита очнулась, так и не расправившись с Савченко даже в мечтах. Она сердито посмотрела на веснушчатое остроносое личико. Бросила слегка раздраженный взгляд на противную ворону, удобно устроившуюся у дивана, и невольно хмыкнула:
    – Ну, чего тебе?
    Другого разрешения говорить Тайке не требовалось. Она моментально присела у Риты под боком и с готовностью начала:
    – Знаешь, Рит, я давно хотела тебе сказать…
    – Почему не Ильке? – прервала ее великие откровения жаждущая одиночества несчастная влюбленная.
    Тайка снова тяжело вздохнула. Рита ждала ответа. Девочка грустно призналась:
    – Илька занят. И ничего не слышит.
    – А! За компьютером, – трезво констатировала старшая сестра.
    – Ага.
    – И что?
    – Понимаешь…
    – А быстрее не можешь?
    – Да ты ж сама не даешь! – жалобно воскликнула Тайка.
    Ее громадные карие глаза начали подозрительно поблескивать, и Рита поспешно сказала:
    – Только без слез. Так и быть, рассказывай.
    – Ага, – благодарно улыбнулась Тайка. – Знаешь, Рит, у меня камушек есть.
    – Надо же! И какой? – равнодушно поинтересовалась старшая сестра.
    – Волшебный.
    – Да что ты?
    – Честное слово, волшебный! Хочешь, покажу?
    – Давай, – обреченно согласилась Рита. Она прекрасно понимала, что иначе от Тайки не избавиться.
    Младшая сестра поспешно полезла в карман. Потом помахала крепко сжатым кулаком прямо у Риты под носом.
    Рита отшатнулась и раздраженно поторопила:
    – Ну?
    – Вот, – гордая Тайка разжала кулак.
    Рита покосилась на небольшой камень на ее ладони и пожала плечами.
    – И с чего ты взяла, что он волшебный? – насмешливо буркнула она.
    Тайка сдвинула рыжие брови и серьезно сказала:
    – Волшебный. Точно – волшебный. Знаешь, какие сны я с ним вижу? Я… я путешествую! – Она таинственно понизила голос. – И еще…
    – Что?
    – Сегодня ночью он наконец нашел тот мир, который искал!
    – Кто искал? – сестра смотрела непонимающе.
    – Камень. Вот этот. Ну, вместе со мной!
    Рита терпеливо спросила:
    – А зачем?
    – Не знаю. Честно, не знаю. Только он еще что-то ищет, правда-правда. В том мире.
    – Господи, – демонстративно зевнула Рита. – Что за сказки? Тебе ведь уже десять лет, а не семь или восемь!
    – Это не сказка, – упрямо заявила Тайка
    До сих пор молчавшая ворона почему-то громко завопила. Гнусно завопила, нужно сказать. И даже нагло долбанула клювом по ножке дивана. То ли поддержать Тайку хотела, то ли привлечь таким образом внимание Риты. Позже Рита поймет, что последнее. Но сейчас она просто еще раз протяжно зевнула и небрежно протянула младшей сестре ее сокровище. Легонько дернула Тайку за рыжую прядь и добродушно буркнула:
    – Хочешь, скажу, что за камень?
    Тайка кивнула. Открыла рот и взволнованно уставилась на Риту.
    – Янтарь. Необработанный. Потому и тусклый такой. Видишь, только тут отполировали.
    Рита ткнула пальцем в крошечную плоскость. Тайка снова кивнула и с любопытством спросила:
    – А почему он смолой пахнет? И лесом?
    – Янтарь – смола и есть. Только окаменевшая.
    – Сосновая смола?
    Рита пожала плечами. Затем взлохматила золотистые Тайкины кудри и небрежно щелкнула ее по носу.
    – У тебя все?
    – Все, – печально отозвалась Тайка.
    Марфа снова возмущенно заорала.
    – Тогда двигай, – фыркнула Рита. – И не забудь ворону с собой прихватить. Терпеть ее не могу, знаешь ведь.
    Она проводила взглядом худенькую фигурку сестры, и почти сразу же ее лицо помрачнело.
    Рита тоскливо покосилась на телефон и дала себе самое твердое слово не звонить Игорю первой. Он еще пожалеет, что поссорился с ней!

Глава 4
Тайка исчезла

    Разочарованная Тайка еще раз заглянула в зал. Илья по-прежнему сидел у компьютера. И по-прежнему ничего не слышал и не видел. Даже головы не повернул, когда она встала у него за спиной.
    Тайка подошла к балконной двери и грустно вздохнула. Дождь – и когда он только начался? – прекращаться и не думал. Холодные, крупные капли монотонно продолжали лупить по стеклу. Мир за окном казался насквозь промокшим и скучно-серым. Как асфальт.
    – Елки-палки, и на улицу-то не выйти…
    Тайка обреченно поплелась в детскую. Какое-то время она честно копалась в учебниках, пытаясь настроиться на уроки. Не вышло. Потом почеркала в альбоме для рисования и нервно хихикнула. Нарисованная лошадь почему-то походила на свинью. Тайка начала раскрашивать ее розовым. Ведь запросто можно сказать: она именно свинью и рисовала. Кто поймет, что это – неудавшаяся лошадь? Она со злостью отбросила фломастеры: теперь свинья стала напоминать большую розовую крысу. Как такое могло получиться? Что общего между лошадью, свиньей и крысой? Ничего. О-о-о, они созданы одной рукой! Совершенствовать свой последний шедевр Тайка не рискнула, решила оставить, как есть. Может… может, она так видит?!
    Тайка посидела над совершенно дурацкой задачей по математике. И пренебрежительно фыркнула: два поезда, идущие навстречу друг другу, кому это в наше время интересно? Она просто уверена: скоро во всех домах появятся кабинки для «нуль-перехода», Илька недавно о них рассказывал. Раз – и ты где-нибудь на Аляске, смотришь собачьи бега. А то – поезда! Прошлый век.
    Тайка прочла заданный на выходные рассказ Короленко. Написала упражнение по русскому языку. Поломала голову над контурной картой… Надолго ее не хватило.
    Тайка вынула из кармана таинственный камень. Все равно забыть о нем не удавалось. Даже на час.
    Она покатала его по ладони и в очередной раз понюхала. Потом зачем-то включила настольную лампу и поднесла янтарь к глазам. Ей вдруг захотелось посмотреть сквозь камень на свет. Золотистый вихрь – она его видела в гараже – Тайка не забыла. Только удивилась, что не сделала этого раньше.
    Тайка развернулась к лампе и тут же, пронзительно вскрикнув, выронила камень: на нее из золотисто-коричневых глубин смотрел чей-то глаз! Глаз! Живой, человеческий, совершенно настоящий. Он, к ужасу девочки, даже моргнул!
    В комнату заглянула встревоженная Рита.
    – Ты что орешь? Упала?
    – Н-не я, – пролепетала Тайка, таращась на старшую сестру, как на привидение, – к-камень…
    – Что – камень?
    – Уп-пал.
    – И из-за этого ты так заверещала?! – возмутилась Рита.
    – Т-там г-глаз…
    – Что?
    – В-в к-камне…
    Тайка пальцем указала на янтарь, лежащий на полу. На худеньком остроносом личике ярко светились бесчисленные веснушки, губы дрожали.
    Рита пожала плечами и подняла камень. Но ничего интересного не заметила.
    – Н-на с-свет взгляни, – тоненьким голоском подсказала бледная до голубизны Тайка.
    – Ну, смотрю. И что?
    – Ничего не видишь? – искренне удивилась девочка. Спрыгнула с дивана и подбежала к сестре.
    – Естественно, ничего, – фыркнула Рита. – Кроме самого камня, конечно.
    Тайка некоторое время недоверчиво смотрела на нее, потом робко улыбнулась. Ее страх прошел так же быстро, как появился.
    Она благодарно прижалась к Рите и чуть виновато воскликнула:
    – А я… глаз увидела!
    – Не карий, случайно?
    Тайка непонимающе захлопала ресницами и задумалась. А через пару секунд неуверенно призналась:
    – Кажется, карий.
    – Вот ведь балда, – легонько шлепнула по рыжему затылку Рита. – Это же твой! – И со смехом пояснила: – Ты просто его отражение увидела, всего дел-то. А заорала, заорала-то как! Я едва с дивана не упала!
    – Чего ж тогда он моргнул? – строптиво возразила Тайка.
    – А ты что, никогда не моргаешь? – парировала Рита.
    Она подбросила янтарь вверх, ловко поймала и снова рассмеялась. Сунула камень Тайке в руку и вышла из комнаты.
    Тайка проводила Риту взглядом и нехотя побрела к дивану. Почему-то она все равно не сомневалась: глаз чужой. Пусть – карий, пусть – похож на ее собственный, но – чужой.
    Тайка задумчиво прикусила нижнюю губу и придирчиво осмотрела янтарь. И улыбнулась: правда, чего она боится? Глаз-то находится там, в глубине камушка, а она – здесь, в комнате. Рядом – Илька с Ритой. Они никогда ее в обиду не дадут!
    И с этой успокаивающей мыслью повеселевшая Тайка вновь поднесла янтарь к глазам. Ей очень хотелось увидеть светящуюся спираль и золотой вихрь. Как тогда, в гараже.
* * *
    Страшный грохот в детской не только сбросил с дивана возмущенную Риту, но и мгновенно выдернул из-за компьютера Илью. Что понятно: даже в зале дрожали полы и звенели стекла в окнах. Тут уж не до игры.
    Старшие Романовы столкнулись у Тайкиной комнаты и потрясенно замерли: дверь в детскую оказалась сорвана и жалко болталась на одной петле.
    – Черт, что происходит? – разъяренно прорычал Илья, вихрем влетая в комнату младшей сестры.
    Это были последние слова, которые несчастный Илья смог из себя выдавить. Потом он очумело вертел головой, пытаясь хоть как-то осмыслить увиденное. И ужасался пустоте в собственной голове. Ни единой мысли!
    Тоненько поскуливая, перепуганная Рита жалась к брату и растерянно хлопала ресницами – Тайка исчезла.
    И не только Тайка, если честно. Куда-то исчез и ее диван. И ворона. А по самой детской, словно ураган прошелся.
    Все перевернуто и повалено! Дверцы шкафа распахнуты, Тайкины вещички сыпятся пестрым дождем. Книжные полки изуверски сорваны со стены и грудой покореженных досок валяются на полу. Тайкины книги щедро разбросаны по всей комнате…
    Илья вдруг начал смеяться. Рита слабой рукой указала на открытую форточку. Илья продолжал смеяться, выражение его лица сейчас испугало бы и районного психиатра.
    Рита оказалась не крепче. Судорожно схватила брата за руку и жалко пролепетала:
    – Шаровая молния, да?
    – ЧТО?!
    И со стены упала последняя вещь, которая еще кое-как держалась: Тайкины любимые часы с кукушкой. Старинные. Еще бабушкины.
    – Т-тогда – камень?
    Рита на всякий случай отошла от брата. Нужно заметить, очень вовремя. Потому что Илья покраснел от злости и сжал кулаки. Потом посмотрел на сестру, как на опасную сумасшедшую, и взревел раненым зубром:
    – Какой камень?!
    Уцелевшие стекла в окнах ответили звоном на этот вопль души, а Рита присела и зажала уши.

Глава 5
Двойник

    В то время как старшие Романовы безуспешно пытались разобраться в происходящем, их младшая сестра находилась уже далеко. Ошеломленная грохотом, она приземлилась в новый мир не в самой изысканной позе – на четвереньках.
    На этом Тайкины беды не кончились. Секундой позже на ее спину свалилась перепуганная ворона. И последний, финальный аккорд – рядом рухнул и тут же развалился на части старый Тайкин диван.
    Девочка ошалело покрутила головой: кажется, жива, открыла глаза и пробормотала:
    – Что ЭТО было? – И тут же уткнулась взглядом в чьи-то потрепанные и потертые брючины.
    Тайка крепко зажмурилась и как следует помотала головой: может, она сейчас вновь окажется дома? Или она просто заснула? Точно, это кошмар! Она сейчас проснется.
    На Тайкиной спине завозилась и глухо заперхала постепенно приходящая в себя ворона. Неосторожно переступив, Марфа с шумом упала в траву, и девочка горестно вздохнула: не сон, жаль.
    Тайка с большим трудом поднялась, почему-то все тело ломило, и ноги подламывались в коленях. Она еще раз встряхнула головой, чтобы привести себя в чувства. И очень осторожно приоткрыла один глаз. Правый. И тут же закричала от неожиданности: она нос к носу стояла перед каким-то рыжим чучелом.
    Чучело, до этого стоявшее совершенно спокойно, пусть и с открытым ртом, напряжения не выдержало и завопило тоже. Причем так пронзительно, что Тайка подпрыгнула и закричала еще громче.
    Вокальные данные двух рыжих сорванцов оказались превосходными. С пожелтевшей березы посыпались листья, а оглушенная Марфа безжизненной тушкой пала у ног хозяйки.
    Обморок несчастной вороны немного отрезвил Тайку, и она закрыла рот. Сразу же неизвестно по какой причине замолчало и чучело. Две пары большущих карих глаз распахнулись одновременно и стали еще больше.
    Тайка нервно сглотнула и отступила на шаг. Чучело зеркально повторило ее движение. Тайка громко засопела и вытерла рукавом испарину со лба. Чучело клацнуло зубами и шмыгнуло носом. Оба застыли в оцепенении, ошеломленно рассматривая друг друга.
    Тайка не знала, что и думать. Перед ней стоял настоящий двойник. Ее двойник, ошибиться невозможно, Тайка тысячи раз видела себя в зеркало и на фотографиях.
    Та же бледная, знакомая до последней веснушки мордашка; те же золотисто-коричневые глаза; та же рыжая, растрепанная, кудрявая шевелюра. Даже недавно посаженные царапины на правой щеке абсолютно идентичны! Последнее особенно пугало.
    Различалась лишь одежда. На Тайке сегодня были ее любимые старые джинсы и черная, новенькая футболка с изображением черепа. А на ее двойнике – до предела потрепанные штаны и длинная, полотняная рубашка. И если на Тайке были кроссовки, которые она и дома-то практически не снимала, то вот двойник обувью похвастаться не мог, щеголял босиком.
    – Кто ты?
    – Где я?
    Вопросы прозвучали одновременно и поэтому остались без ответа. Двойники беспомощно переглянулись и пожали плечами.
    У Тайкиных ног завозилась ворона. Птица снова приходила в себя и слабо ворочала крыльями. Тайка нагнулась и взяла ее на руки. Марфа казалась сейчас единственной связью с исчезнувшим вдруг домом.
    Почему-то именно в эту секунду Тайка поняла: она попала в тот самый мир, что видела недавно во сне. Именно это рыжее недоразумение так упорно искал таинственный камень. А может, искала она с его помощью? Пусть, неосознанно. Но зачем?!
    Тайка глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться, и в упор взглянула на незнакомку. Рыжая девчонка с таким же интересом рассматривала ее.
    – Тайка.
    – Жорка.
    Эти реплики прозвучали одновременно, и так же в унисон прозвучали последующие за ними оглушительные вопли:
    – Девчонка!
    – Пацан!
    У ожившей было Марфы глаза опять подернулись белесой пленкой. С березы осыпались последние листья. Из-за ближайшего куста с глухим ворчаньем выскочил огромнейший пес. Черный, лохматый, просто гора кудрявой шерсти! Наткнувшись на милую парочку, бедное животное затормозило всеми четырьмя лапами и мягко осело. Морда пса стала предельно задумчивой, он как-то озадаченно крякнул и притих.
    – Тайфун, – буркнул рыжий мальчик.
    – Марфа, – представила вновь завозившуюся на ее руках птицу рыжая девочка.
    Потом они вздохнули и дружно шагнули навстречу друг другу. Пора было разобраться в происходящем.

Глава 6
Потускневший янтарь

    Только оказавшись в зале, в более-менее спокойной обстановке, испуганная Рита смогла прийти в себя. Какое-то время она бегала кругами по комнате, набираясь смелости. Ее колотило от страха. Она не знала, что и думать. Тайка пропала! Похоже, из-за ее глупости. Может, лучше промолчать?
    Все же Рита решилась. Заставила Илью – старший брат, похоже, впал в ступор – присесть рядом на диван и с бесконечными паузами и заминками рассказала об утренних событиях.
    Рита чувствовала себя виноватой, и это заставляло ее по несколько раз возвращаться к одному и тому же. В результате Рита запутывалась все больше и больше.
    В самом деле, ее печальное повествование напоминало обычный бред. Или пересказ фантастического фильма. Триллера, вот! Но никак не реальные события.
    Звучало дико! Рита сама себе не верила.
    Странные Тайкины сны! Якобы волшебный камушек! Поиски ночами таинственного «нечто»! Что-то уже найденное: то ли новый мир, то ли нет – Рита толком не помнила. Живой карий глаз, так напугавший младшую сестру сегодня утром, и ее, Ритины, глупые насмешки.
    Все это причудливой пирамидой громоздилось теперь в сознании ошеломленного мальчика. А уж когда Рита приплела в ту же кучу и необычайно наглое поведение Марфы, в голове Ильи будто щелкнуло. Он неожиданно вспомнил недавнюю сцену в гараже и потрясенно ахнул.
    Все одно к одному!
    Злосчастные прабабкины сокровища в пестрой тряпке, небывалое смирение, с которым Тайка уступила ему свой трофей; ее победные вопли с улицы; и не менее необычное поведение проклятой вороны!
    Марфу ведь буквально трясло от презрительного негодования. Теперь понятно – она злилась на него, Илью. За удивительную тупость.
    – Черт, – пробормотал Илья. – И как я не догадался?!
    – Ты о чем? – недоуменно поинтересовалась Рита, старательно уничтожая носовым платком слезы на щеках.
    Старший брат пояснил:
    – Она же тогда что-то уперла!
    Илья поймал растерянный, совершенно не понимающий взгляд сестры и устало выложил гаражную историю.
    Изумленная Рита переваривала услышанное – опять прабабка, как же им не везет! – а Илья ожесточенно пытался еще кое-что вспомнить.
    Что-то очень давнее. Почти забытое, однако несомненно важное. Илья извлек наконец из глубин сознания нужное воспоминание и потрясенно открыл рот. Он только сейчас понял, о КАКОМ камушке болтала Рита. И что за глаз видела в проклятом янтаре Тайка. Илья сам когда-то видел его! Может, это был другой глаз – неважно.
    Илья в сердцах смахнул с журнального столика груду журналов и разъяренно прошипел:
    – Н-н-ну, бабушка!!! Чтоб тебе на том свете икалось! – И с бессильной злостью стукнул по подлокотнику. – Опять удружила, ведьма старая!
* * *
    Помрачневшие Илья с Ритой наводили порядок в разгромленной детской и думали-думали-думали. Они практически не разговаривали. Им было не до глупой болтовни. Романовы перебирали в уме различные планы спасения младшей сестры и не видели выхода: тупик!
    Илья горестно засопел: что такое не везет и как с ним бороться? Им с Риткой нужно торопиться. В воскресенье вечером должны вернуться родители, и что им сказать? Поведать сказку о волшебном камушке?!
    Илья расставлял книги на кое-как скрепленные полки. Растерянно посмотрел на пустующий угол и застыл, шокированный, не в силах шевельнуть хотя бы рукой.
    Рита, не понимая в чем дело, испуганно уставилась туда же. Ничего не заметила и пожала плечами: видимо, Илька просто еще не пришел в себя.
    – Приплыли, – выдохнул брат, вытирая рукавом мгновенно выступившую на лбу испарину. – Как же мы с тобой диван-то вернем?!
    Почему-то Илья не сомневался: они Тайкин диван больше никогда не увидят. Хорошо, если хотя бы сестру вытащат. Сообразить бы еще – откуда.
    Рита похлопала длинными ресницами и еле слышно пролепетала:
    – Мамочки! Ведь не поверят же! Что бы мы ни сказали, не поверят!
    – Эт-то уж точно, – крякнул Илья.
    – Еще скажут – загнали, – слезливо предположила девочка.
    – Ага, – мрачно отозвался брат. – Тебе на косметику копейки собирали. Рублей за пятьдесят эту рухлядь на барахолке толкнули и…
    Илья безнадежно махнул рукой. Рита всхлипнула.
    Часы с кукушкой вешать на место не имело смысла, детали от них оказались рассыпаны по всей комнате. Илья с сожалением повертел любимые Тайкины часы в руках и тоскливо заметил:
    – В ремонт тащить нужно.
    Рита ползала по паласу и собирала всякую мелочь. На слова брата подняла голову и жалобно проскулила:
    – И что я ей не поверила, а, Илька? Нет, чтобы отобрать камень, Тайка была напугана, отдала бы, клянусь!
    – Ладно тебе каяться, – угрюмо буркнул Илья. – Лучше думай, как вернуть ее.
    – Ой!
    – Что – «ой»? Уже придумала?
    – Нет, – пискнула Рита и подняла на брата изумленные глаза, – но я нашла!
    – Да что нашла-то?!
    – Янтарь.
    И, не поднимаясь с колен, Рита протянула брату ладонь. На ней действительно лежал небольшой, почти идеально круглый камень. Илья схватил его и жадно принялся рассматривать. Наконец пожал плечами и недоверчиво протянул:
    – Ты уверена, что тот самый?
    – Ну да. Разве был еще какой-то?
    – Не знаю. Только мне кажется – в этом что-то не так. Не забывай, я тоже его когда-то видел. Давно, правда, и помню смутно… Но что-то не так!
    – Не так? Что не так?
    Илья вернул ей янтарь.
    – Смотри сама. Ты-то только сегодня его рассматривала. Сосредоточься. Ну?
    – Слушай… И правда… Вот здесь, видишь? Было отполировано. Честное слово!
    Рита растерянно ткнула пальцем в матовую поверхность крошечной плоскости, покрытую сеткой мелких трещин. Она прекрасно помнила: недавно это место блестело и больше всего на свете походило на маленький экран. Именно там любопытная Тайка заметила карий глаз! Вот только свой ли?

Глава 7
Наследник местного князя

    Тем временем в чужом мире происходило следующее.
    Тайка с взъерошенной вороной на коленях и Жорка с огромным псом в ногах устроились наконец в тени старого дуба. Прямо на траве. Некоторое время они неверяще разглядывали друг друга: очень уж невероятным казалось подобное сходство. Один-в-один! Так не бывает. Они как в зеркало смотрелись!
    Бессловесные напарники не отставали от хозяев. Они тоже изучали друг друга. При этом Марфа недовольно возилась на Тайкиных коленях и хрипло каркала. А у Тайфуна настороженно подрагивали лохматые уши.
    Тайка первой не выдержала напряжения и довольно агрессивно крикнула:
    – Ты кто?
    До отвращения знакомая мордашка напротив вдруг приобрела на удивление спесивое выражение. Даже длинный хрящеватый нос, Тайкино вечное несчастье, задрался кверху.
    – Это я должен спрашивать!
    – Почему это? – искренне удивилась девочка.
    Рыжее чучело оскорбленно задрало усыпанный бесчисленными веснушками нос еще выше и важно произнесло:
    – Перед тобой сын светлейшего князя Адриана. Старший! Наследный принц, то есть. Поняла, нет?
    Тайка озадаченно наморщила лоб и пробормотала:
    – Во вляпалась… – Но потом подумала, что терять ей все равно нечего, и угрюмо согласилась: – Валяй, спрашивай ты.
    На какое-то время над поляной повисла напряженная тишина. Только черный пес улегся удобнее. Да притихшая Марфа запрятала голову поглубже хозяйке под мышку, так было спокойнее.
    Наследник местного князька усиленно морщил лоб – думал.
    Тайка потерянно оглянулась. Однако несуразный сон таять никак не желал, и она протяжно вздохнула: не везет. Девочка с неожиданным смешком подумала: Ритка с Илькой наверняка сейчас ломают головы – куда она пропала? Пытаются, бедняги, понять, где прячется младшая сестрица. Ее комнату уже обшарили – сто пудов.
    Тайка фыркнула: само собой – ТАКОЕ им даже в голову не придет. Они не сумасшедшие!
    – Кто ты такая? – внезапно тоненько закричал рыжий княжич. Шлепнул рукой по земле и негодующе сорвался на визг. – И почему на меня так походишь? Как ты смеешь?!
    Черный пес – кличка Тайфун ему подходила – приподнял голову и с любопытством уставился на Тайку. Девочке на секунду показалось: он прекрасно понимает слова хозяина. Зато ворона испуганно вздрогнула и еще теснее прижалась к девочке. Тайка рассердилась.
    – Мне как, на первый вопрос отвечать или на второй? – насмешливо поинтересовалась она.
    Малолетний наследник жарко вспыхнул. Смерил наглую простолюдинку испепеляющим взором и процедил сквозь зубы:
    – По очереди.
    – Хорошо, – кротко кивнула Тайка. – Слушай, раз так. Я – Романова…
    Странный пацан клацнул зубами. Побледнел как простыня и широко раскрыл рот.
    Тайку подобная реакция на вполне невинные слова изумила. Она покрутила пальцем у виска и раздраженно воскликнула:
    – Ты чего? Я же только начала!
    – Р-р-роман-нова?! – пролепетал местный аристократ. – Н-наследная п-п-принцесса Таисия?
    – Чего??!!
    Теперь уже Тайкин рот напоминал дырку от бублика.
    К ее изумлению, рыжее недоразумение по имени Жорка моментально вскочило на ноги. Выдало целый каскад сложнейших танцевальных па. Отвесило церемонный поклон и музыкально пропело:
    – Умоляю простить мою дерзость, ваше высочество! Я вас не узнал в этой странной одежде.
    Тайка побагровела: «Чокнутый. Нет, точно чокнутый! Во, нарвалась…»
    А так как Жорка продолжал стоять перед ней, склонив голову, и в весьма неудобной позе, она разъяренно рявкнула:
    – Да сядь же, болван! У меня от тебя голова кружится!
    Жорка не шевельнулся. Тайка перевела дыхание и почти по слогам произнесла:
    – Я действительно Таисия Романова, не отпираюсь. Но не та! Не та Таисия! Не ваша, понял?
    Жорка продолжал стоять перед ней, изящно выгнувшись в поклоне, и почти касался рукой босой ноги. Смотрел он на гостью явно недоверчиво.
    Тайка неохотно пояснила:
    – Я из другого мира. Как его, елки? Параллельного, понял? И у вас – случайно. Совершенно случайно! Ну, пусть, проездом.
    – Вы у нас инкогнито? – еле слышно пробормотал здешний рыжий.
    – Ага, – с нескрываемым с облегчением кивнула Тайка. – Это… ну… то самое! В точку попал, короче.
    – Как же вам удалось избавиться от свиты? – робко продолжил допытываться наследник неведомого князя.
    – Повезло, – удрученно сказала Тайка.
    Ее личико стало хмурым, но Жорка этого не заметил. Он опять сел рядом и осторожно спросил:
    – А как же великий князь? Ну… они же скоро заметят ваше исчезновение?
    – Это уж точно, – помрачнела девочка.
    – И что?
    – Конь в пальто, – огрызнулась расстроенная Тайка. Она тут же представила плачущее лицо мамы, угрюмое – отца и сердито буркнула: – Вот привязался! Да откуда я знаю?!
    – Простите, ваше высочество, – убитым голосом пробормотал мальчишка и отодвинулся от нее.
    – Забудь про высочество, – приказала Тайка. И удивилась, насколько естественно все прозвучало. – Я здесь… это… как его там?
    – Инкогнито? – робко подсказал Жорка.
    – Оно самое. Так что зови меня просто Тайкой. Усвоил?
    – Да, ваше выс… О-о, простите меня! Да, Тайка.
    – Ну и ладушки!
    Девочка тяжело вздохнула и бросила осторожный взгляд на большущего пса. Он рассматривал новую знакомую с нескрываемым любопытством.
    Тайке его круглые темные глаза не понравились, слишком осмысленно они смотрели. Она непочтительно ткнула в собаку пальцем и фальшиво фыркнула:
    – Что за монстр?
    – Тайфун. Мы с рождения вместе. А ваш…
    – Твой, – перебила Тайка.
    – Не понял…
    – Не ваш, а – твой!
    – Ага. А… где твоя собака? Ты от нее тоже сбежала?
    – Какая собака? – удивилась Тайка. – У меня ворона! Ослеп, что ли?
    – К-как это оригинально, – потерянно пробормотал Жорка, изумленно поглядывая на крупную черную птицу, до сих пор трясущуюся от страха.
    Что-то в его тоне Тайке не понравилось. Она недоверчиво подняла голову и стала рассматривать собеседника. Откровенно и в упор.
    Жорка покраснел и отвернулся. Тайка озабоченно наморщила лоб.
    – А что, в твоем мире псина – обязательное приложение?
    Жорка вздрогнул, в его карих глазах появилось странное выражение. Он покосился на девочку и быстро сказал:
    – В царствующих домах – да. Это же друг, который не предаст!
    – Гм… а… ну… сколько же он проживет?
    – Кто?
    – Ну, твой домашний песик?
    – Ты шутишь?
    – Пусть шучу, – недобро посмотрела на него Тайка. – А ты… это… отвечай! – И еле слышно хрюкнула: – Моему этому… высочеству!
    – Собака моего отца, – послушно склонил рыжую голову Жорка. – И деда. Я смогу передать ее только сыну. По наследству. Как и положено.
    – Что? – ахнула Тайка.
    – Ну да, – подтвердил Жорка. – Она может принадлежать лишь наследному принцу. А у вас разве не так?
    Тайка посидела какое-то время с открытым ртом и ошеломленно прошептала:
    – У нас не так. У нас собаки живут лет десять-пятнадцать, не больше.
    – А вороны? – с любопытством посмотрел на Марфу мальчик.
    Тайка задумалась, почесала затылок. Пожала плечами и неуверенно буркнула:
    – Эти долго. Кажется.
    – Долго? Как долго? – Тайка смотрела непонимающе, и Жорка уточнил: – Сколько человеческих жизней?
    – Чего? А-а… Вроде бы пять-шесть. Точно не помню, не хочу врать.
    Вообще-то Тайка не имела никакого представления о том, сколько живут вороны. В каких-то сказках говорилось – очень долго. В Тайкиной голове почему-то вертелась цифра – двести. Немалая, конечно, но другой она не знала. Поэтому и сказала невесть что. И даже немного обиделась за свой мир, с сомнением посмотрела на странного пса и впервые подумала – собака ли это?
    Минут через десять, когда Тайка с Жоркой в первом приближении переварили полученную информацию, мальчик осторожно спросил:
    – Ты к нам надолго?
    – Как получится, – Тайка вяло пожала плечами.
    – А примерно?
    – Отстань, а? Не дошло, что ли? – И девочка почти крикнула: – Я же не знаю, как вернуться! Просто не представляю, понял, нет?
    Черный, как смоль, пес шумно фыркнул. Тайка машинально огрызнулась:
    – Не изображай из себя лошадь, ты, гнусное подобие собаки!
    Она сердито отвернулась. Тайка тосковала по собственной комнате и по брату с сестрой. И сердилась на коварство волшебного камня. Девочка не сомневалась: именно янтарь во всем виноват.
    Жорка неожиданно хохотнул, его физиономия как-то нехорошо оживилась. Тайка покосилась на него с большим подозрением.
    Она словно только что увидела нового знакомого по-настоящему. Брезгливо потянула за край не очень чистой полотняной рубашки и спросила:
    – Эй, если ты наследный, чего в рванье ходишь?
    – Летний урок, – равнодушно буркнул Жорка, продолжая думать о своем.
    Тайка озадаченно поморщилась. Ей вдруг показалось, что она слишком поторопилась отказаться от предложенной местным болваном роли. Уж принцессе бы Жорка ответил как миленький! Да еще расшаркивался бы с полчаса, не меньше.
    – Что за урок?
    – Ну… летний.
    Тайка негодующе фыркнула. Жорка поднял взгляд на помрачневшую девочку и торопливо, решив ничему не удивляться, пояснил:
    – У нас здесь будущему князю так положено. Летом. Бродить инкогнито по своим владениям. Понимаешь? Изучать страну. Как бы это… – Он в затруднении сдвинул брови и заученно отбарабанил: – Чтобы знать нужды своего народа, необходимо испытать все на собственной шкуре! Вот.
    – Вызубрил, – хмыкнула девочка.
    Они немного помолчали. Потом глаза Тайки расширились, и она изумленно спросила:
    – И тебе разрешается бродяжничать одному?
    – Если бы, – угрюмо вздохнул мальчик.
    Тайка вскочила и тревожно осмотрелась. Потом непонимающе обернулась.
    – Но здесь никого!
    – Еще бы, – довольно ухмыльнулся Жорка. – Ему еще с часок меня поискать придется!
    – Кому – ему?
    – Да Наставнику, – и мальчик снисходительно пояснил: – Сбежал я, понимаешь, нет? Достал он меня своими репетициями!
    – Чем?!
    Тайкин рот опять непроизвольно открылся. Жорка почему-то рассердился.
    – Здрасьте! Мы же под видом музыкантов по княжеству ходим! Он играет на гитаре, а я пою.
    Тайка несколько секунд молча рассматривала бродячего артиста. Потом недоверчиво пробормотала:
    – А если бы ты не умел петь?
    – Ну, не знаю. Я же умею.
    – Нет, а если бы не умел?! – вспылила вдруг Тайка.
    – Под коробейников бы рядились, – неожиданно рявкнул выведенный из себя маленький местный княжич. – Как прадед. Он как раз не пел.
    Жорка недружелюбно покосился на девочку, и они опять замолчали. Марфа тяжело завозилась. Тайфун лежал неподвижно, тяжелая голова на передних лапах, точный сфинкс.
    Тайка угрюмо бросила:
    – И тебе нравится?
    – Кто бы меня спрашивал!
    Жоркины глаза странно вспыхнули, и он торопливо отвел взгляд в сторону. Лицо мальчика застыло. Он что-то лихорадочно обдумывал.
    Тайфуну поведение хозяина чем-то не понравилось, и пес обеспокоенно заворчал. И переместился к мальчику поближе.
    Жорка покраснел. Оттолкнул от себя черную лохматую голову и жадно уставился на сидящую рядом гостью из параллельного мира.
    Их сходство буквально потрясало. Жорке казалось, он смотрит в зеркало. Вот только одежда…
    Внезапно вспыхнувшая идея ошеломляла, и Жорка плюнул на все сомнения. Он решил идти до конца. Зато потом – свобода! Главное – не спугнуть девчонку.
    Жорка уселся удобнее. Прислонился спиной к дереву, внимательно посмотрел на Тайку и задумчиво протянул:
    – Знаешь, чего бы я хотел? Больше всего на свете?
    – Ну? – мрачно буркнула Тайка.
    – Стать юнгой и увидеть мир!
    – Подумаешь…
    – Что?!
    – Я хотела сказать – никто бы не отказался. Не ты один такой умный.
    Жорка бросил быстрый взгляд на солнце. Время поджимало, вот-вот должен подойти Наставник. Успеть бы…
    Он легонько подтолкнул Тайку в плечо.
    – Слушай, у меня идея!
    Тайка угрюмо отвернулась. Уж она-то знала, чего хотела больше всего на свете. Вернуться домой! Сейчас же. Вот только как?
    Местный рыжий явно ждал ее реакции, и Тайка неохотно бросила:
    – Какая?
    – Давай разыграем Руслана!
    – Какого еще Руслана?
    – Моего учителя. Его Русланом зовут.
    – Просто Русланом?
    – Ну, в замке – Наставником, а здесь – Русланом. – Жорка замялся и быстро произнес: – Нам же нельзя выделяться, сама понимаешь.
    – И что?
    – Нет, ты согласна?
    – Да на что?!
    – На розыгрыш.
    – Какой?
    Жорка немного помолчал, потом азартно выдохнул:
    – Мы с тобой поменяемся одеждой, и он нас перепутает! Клянусь, обязательно перепутает. – Жорка хмуро улыбнулся. – А он… не привык ошибаться. Думает, это невозможно. Знаешь, какой вредный?
    Тайка с любопытством уставилась на собеседника. Их сходство действительно поражало воображение.
    – Подумаешь, он перепутает, – наконец пробормотала она себе под нос. – Я и сама нас путаю, если уж честно. – И уже громче спросила: – А зачем? Ну, чтобы он путался?
    – Просто так, – хмыкнул Жорка. – Для интереса. И чтоб не задавался.
    – Черт с тобой. Разыгрывай, – вяло махнула рукой Тайка.
    Тайке в самом деле было все равно. Страшная мысль, что она навечно застряла в другом измерении, где наследные княжичи бродят по собственной стране в рванье и зарабатывают на жизнь пением, буквально парализовывала. Тайка смертельно хотела домой! А тут… Какая разница, что делать тут?
    Ребята повернулись друг к другу спинами и быстро поменялись одеждой. Пес не сводил с них изумленных глаз.
    Тайка с Жоркой переодевались, Тайфун наблюдал. И вдруг тоненько, как-то по-щенячьи, заскулил. Ворона отпрянула от девочки и возмущенно каркнула.
    Оба рыжих облачка одновременно развернулись.
    – Ну, на фиг!!!
    – Единый!!!
    Это прозвучало на едином выдохе. Две пары круглых, ошеломленных увиденным глаз совершили невозможное – стали еще больше.
    И Тайке, и Жорке казалось – они видят себя. Действительно как в зеркале.
    – Бедный твой учитель, – почти сочувственно прошептала Тайка.
    Жорка похлопал рыжими ресницами и недоверчиво пролепетал:
    – Ув-верена, что т-ты дев-вочка?
    – Я-то да, – возмущенно отозвалась Тайка. – Это ты наверняка врешь, что парень!
    Оба потрясенно помолчали, не в силах оторвать глаз от собеседника. Жорка пришел в себя первым. Снова посмотрел на солнце и заторопился.
    – Слушай, давай я тебе коротко, пока Руслана нет, расскажу о себе!
    – К чему такая спешка? – недовольно проворчала Тайка, но послушно опустилась на траву. Делать все равно было нечего.
    – Значит, так! Слушай внимательно. Мне десять лет. Двадцатого апреля исполнилось…
    – Как и мне, – ахнула Тайка.
    Удивляться у Жорки уже не было сил, поэтому он лишь махнул рукой и продолжил:
    – Есть младшая сестра – Лилия. Лилька, то есть. Маму зовут Марией, отца – Адрианом. Мое тайное имя – Вячеслав. Только это секрет. Его знают лишь родители и Наставник. Больше никто. Даже Лилька не знает. Мала еще. – Жорка поскреб кудрявый затылок. – Дальше! Мой камердинер в замке – Василий. Высокий, толстый, лысый почти. Сказок разных знает – не перечесть. Он мне с младенчества служит.
    – Это-то зачем? – рассердилась Тайка.
    – Для достоверности, – буркнул княжич. – Не перебивай. Времени нет. Что еще? А, моя личная печать! Она в сейфе. Сейф – в спальне, за балдахином. За маминым портретом спрятан. Код – Вячеслав. Мое имя. Все запомнила?
    Девочка ошеломленно кивнула. Жорка как-то растерянно посмотрел на нее и дернулся в сторону.
    – Эй, ты куда? – окликнула Тайка.
    Ей почему-то страшно стало оставаться одной. Вокруг крохотной полянки сплошной стеной стоял девственный лес. Ни одной живой души рядом! Не считая диковинного пса и вороны.
    – Нескромный вопрос, ваше высочество!
    Тайка жарко вспыхнула и отвернулась. Местный сумасшедший – а именно такой вывод настойчиво напрашивался при виде этого чучела – мгновенно исчез в кустах. Пес кинулся было за ним, но что-то его смущало. Он растерянно покосился на Тайку, шумно потянул ноздрями воздух и вернулся на место.
    Тайка криво усмехнулась: несчастный, похоже, запутался, кого именно ему следует охранять. Тайка бы не удивилась, узнав, что у них с Жоркой и запах один. А уж в его тряпках… Бедный Тайфун!
    «Нет, Жорка точно шизик, – мрачно размышляла Тайка. – Надо же придумать – наследник князя Адриана. Это оборванец-то! Босиком ходит, как последний бомж. А играет, играет-то как! Не хочешь, поверишь».
    Тайка поднялась на ноги и скривилась: «Кроссовки я зря сняла. Колко!»
    Черный пес насмешливо фыркнул, будто подслушивал. Ворона коротко простонала.
    Тайка обернулась к кустам, где скрылся двойник – пора бы Жорке и вернуться. Но густой орешник стоял стеной, ни веточки не дрогнуло, ни листочка. А когда Жорка пробирался, трещало так…

Глава 8
Тайку подставили

    Время бежало удивительно быстро. Незаметно для себя Тайка задремала под дубом. Через час ее разбудил Тайфун. Рыкнул предупреждающе над самым ухом и облизал щеки горячим, шершавым языком. Вороне подобная фамильярность не понравилась, и она громко закаркала. Что, само собой, пробуждение лишь ускорило.
    Сонная Тайка перестала хлопать ресницами. Ошеломленно уставилась на огромную, лохматую морду и невольно поежилась. На нее насмешливо смотрели лиловые, проницательные, совсем не собачьи глаза.
    – Черт, – хриплым спросонок голосом пробормотала девочка, – не сон, что ли?!
    И завертела головой в поисках местного молодого княжича. Но как Тайка ни старалась, рыжего Жорки в пределах видимости не обнаружила, зато увидела спешащего к ней старика.
    Он оказался поразительно высоким и худым. Его еще густые, с богатой проседью темные волосы были заплетены в тугую косичку и перетянуты кожаной лентой. Одежда от Тайкиной ничем не отличалась, но на старике были ботинки – разбитые и довольно высокие.
    – Наставник?
    Тайка поспешно вскочила и с надеждой покосилась на кусты – пусто. Интересно, куда делся Жорка? Ведь она только-только задремала.
    Однако нового знакомого все не было, и Тайка слегка испугалась. Вид бегущего деда как-то настораживал. Уж очень недоброй была его физиономия!
    Тайка машинально попятилась. Прижалась спиной к шершавому стволу старого дуба и зло подумала: «Понос у этого Жорки, что ли? Или заснул в кустах?» Внезапно она вспомнила о розыгрыше и мысленно застонала: «Этого мне только не хватало! Для полного счастья…»
    Тайке почему-то казалось, что сам розыгрыш предельно прост. Они с Жоркой должны поразить этого злющего старика своим сходством, а дед, само собой, обязательно ошибется в выборе ученика. После этого они откроются, и потрясенный старик ахнет.
    Тайка тяжко вздохнула. Видимо, она ошиблась. Жоркин план оказался куда сложнее. Выбора бедному Наставнику не предоставлялось! А бессовестный Жорка прятался где-то рядом, желая на полную катушку насладиться спектаклем. И решил появиться лишь в самый драматический момент.
    Мысль о драматичности ситуации Тайке сильно не понравилась, и она обреченно уставилась на приближающегося старика. Девочке стало ясно, что придется играть свою роль до конца.
    Тайка как следует рассмотрела лицо Наставника – багровое от гнева! – и с некоторым страхом поняла и другое: ее роль вряд ли окажется легкой.
    Она увидела: старик на ходу обламывал ветки какого-то небольшого деревца, очень напоминающего земную иву, – и невольно заволновалась. И с чего учитель так злится? Или Жорка о чем-то умолчал? Больше всего Тайку настораживало, что дед до сих пор не выдавил из себя ни словечка. С хрустом ломал ветки и молчал.
    Нет, что-то он себе под нос бормотал, но что? Тайка не слышала!
    Опомнилась Тайка поздновато. Старик крепко схватил ее за запястье и от души протянул девочку по плечам только что сорванными розгами.
    Тайка ойкнула от неожиданности и боли и оскорбленно закричала:
    – Ты что? Наследника самого князя?!
    – За это – втройне, – невозмутимо отозвался Наставник и снова хлестанул ее по спине. Ничуть не сдерживаясь и не стараясь смягчить удара.
    Тайка пронзительно заверещала, пытаясь вырвать руку. Она отчаянно отмахивалась от ненормального старика второй, свободной рукой и в панике высматривала в кустах орешника бессовестного Жорку.
    Особенно Тайку возмущало, что великан Тайфун и предательница Марфа защищать ее и не подумали. Черный пес наблюдал за экзекуцией с поистине философским спокойствием. А испуганная ворона лишь закатывала глазки и утробно каркала, сопровождая этим своеобразным аккомпанементом каждый звонкий шлепок.
    Жорки в орешнике не было. Или он слишком хорошо замаскировался.
    Тайку раньше никогда не пороли, поэтому на пятом-шестом ударе она сломалась. Позволила себе забыть о розыгрыше и разъяренно завопила:
    – Я не Жорка, старый ты дурак! Не Жорка, понял?!
    Старик невозмутимо в очередной раз протянул ее по спине. Тайка подпрыгнула от боли и жалобно заскулила:
    – Отыщи его и пори на здоровье! Я-то тут при чем?!
    Дед на ее вопли и жалобы отреагировал нестандартно. Вместо того, чтобы отпустить Тайку, он лишь перехватил ее руку покрепче.
    Неожиданно голова девочки оказалась зажата между тощими, сухими коленями. Охаживая Тайку по спине и ниже, старик невозмутимо заметил:
    – За неуважение к Наставнику, княжич, получите дополнительно. Как и за бесстыдное вранье, совершенно неподобающее вашему званию.
    – Но я же – не он!!! – в панике взвизгнула Тайка, безуспешно пытаясь спасти от истязаний непривычные к ним ягодицы. – Разуй глаза! Я же девочка! Из параллельного мира!!!
    Последняя реплика старика несколько озадачила. Он на секунду замер, обдумывая услышанное, затем укоризненно покачал головой и изрек:
    – О параллельных мирах, как вы знаете, непосвященным говорить не положено. – И розги с противным свистом снова пошли вниз. – А прятаться от заслуженного наказания за глупыми выдумками недостойно будущего великого князя.
    Несчастная Тайка поняла, что от порки ей не уйти, и замолчала. Ерзала в такт хлестким ударам и злобно размышляла о виновнике: «Подставил, скотина. Вот они, местные аристократы! Небось из кустов наблюдает и смеется надо мной, зараза. Ну, погоди, я тебе тоже устрою сладкую жизнь, ты еще припомнишь этот день…»
    Не выдержав боли от особенно удачного удара, Тайка снова тоненько заскулила. В эту секунду ей больше всего на свете хотелось умереть. Или нет – убить негодяя Жорку!
    Старик оказался на удивление крепким и отбросил ветки, когда Тайка почти теряла сознание. Девочка даже не сразу сообразила, что все кончилось. Получив свободу, лишь мягко завалилась на бок и прикрыла глаза.
    Однако отлежаться ей не дали. Наставник отдышался от трудов праведных, вытер со лба испарину и жестко скомандовал:
    – Пошли, Георгий. До ближайшего села не меньше трех верст, а уж солнце садится. И наши заплечные мешки со старой стоянки забрать нужно.
    В лицо валявшейся Тайки сочувственно ткнулся Тайфун. Отпихивая собачью голову, к хозяйке ревниво лезла ворона. Она царапала Тайкин нос жесткими перьями и приглушенно каркала.
    Тайка с трудом открыла глаза и едва слышно пролепетала:
    – Я тут останусь.
    Специалист по порке местной молодой аристократии зловеще усмехнулся:
    – Я рановато закончил, княжич?
    Услышав, как зашелестели поднимаемые мерзким дедом ветки, испуганная Тайка моментально оказалась на ногах. Зло покосилась на Наставника – отвратительный старик почти добродушно усмехался – и демонстративно сплюнула.
    Впрочем, Тайке не повезло: плевок угодил на собственную босую ногу. Зато повезло в другом: пока старик благодушествовал, она рыбкой нырнула в кустарник.
    «Не догонишь, старый дурень, – торжествующе улыбнулась она. – Жорку своего лови и пори!»
    Но и здесь не угадала: противный дед гнаться за ней и не подумал. Лишь ткнул пальцем вслед беглянке и небрежно приказал:
    – Привести!
    Вместо старика в орешник черной молнией рванул Тайфун!
* * *
    К деревне Тайка брела почти укрощенной. На ее плечах висело местное подобие рюкзака, совершенно неподъемное, кстати, бедные ягодицы горели огнем после вторичной порки, а в голове путались планы страшной мести коварному Жорке.
    Тайка наконец поняла: ее действительно подставили. Бессовестно обманули и бросили в незнакомом мире совершенно одну. Да еще в дурацкой роли маленького княжича. А эта скотина, этот зачуханный местный рыжий, наверняка намылился в юнги.
    Здорово же он обвел ее вокруг пальца!
    Рядом с Тайкой мерно трюхал невозмутимый Тайфун. На мешке, за Тайкиной спиной, сидела нахохлившаяся ворона. Позади, верхом на небольшом, пузатеньком ослике ехал, не спуская с нее инквизиторского взора, хмурый Наставник.
    «Ну и жизнь у местной аристократии, – простонала про себя Тайка, сбив натруженную босую ногу об очередной камень. – Сбежишь тут, пожалуй…»
    И тут же поклялась себе никогда не прощать подлого Жорку!

Глава 9
Поиски выхода

    Илья отобрал у Риты янтарь. Долго рассматривал его и грустно констатировал:
    – Понесем к ювелиру, что делать? Прямо сейчас. Думаю, до обеда они точно работают, хоть сегодня и суббота.
    Уставшая Рита непонимающе смотрела на брата. Потом пробормотала:
    – Зачем?
    – Не знаю. Просто хочу вернуть камень в прежнее состояние. На всякий случай. Вдруг придется еще раз им воспользоваться?
    – Как? – голос девочки дрогнул.
    – Меня спрашиваешь?!
    Рита поникла. Илья застегнул куртку и угрюмо спросил:
    – Слушай, у тебя из знакомых никто магией не интересуется?
    – ??
    – Я имею в виду: может, у кого есть соответствующая литература? Нужно же нам знать, что о янтаре пишут. Мало ли, пригодится…
    Рита смотрела по-прежнему изумленно. Илья неохотно буркнул:
    – Сам знаю, что звучит глупо. И в колдовство не верю. И не хочу верить, это важнее. Но… – И он неуверенно предположил: – Может, дело не в магии? Просто мы не все знаем о… камнях и их свойствах? – Илья запутался и уже раздраженно выпалил: – Короче, телевизор два века назад показался бы вообще черным колдовством! Сама прикинь – в небольшом ящике заперты люди, целые толпы, города, страны… А жидкокристаллические мониторы?! Они вообще плоские. – Тут Илья разозлился и крикнул: – Черт! Лучше ответь на мой вопрос, это проще! У нас совсем нет времени!
    Рита озадаченно нахмурилась и долго молчала. Потом неуверенно сказала:
    – У Наташки спрошу.
    – Лемешевой?
    – Ага. У нее мать все такое покупает, Наташка жаловалась.
    – Почему – жаловалась? – Илья открыл дверь.
    – Скажешь – «почему»! – удивилась Рита. – Знаешь, сколько подобная макулатура стоит? Вся семья плачет. А Наташкиной матери хоть бы хны, тащит в дом книжку за книжкой.
    – Ладно, звони, – согласился Илья. – Вдруг повезет. А я помчался. Времени, правда, нет.
* * *
    Однако Лемешева с Ритой говорить не захотела. Сама она о магии ничего не знала и знать не желала.
    Наташа искренне считала янтарь лишь полудрагоценным камнем и ничем больше. И тут же похвасталась, какой классный кулон ей на днях подарили. С янтарем-подвеской, ярко-оранжевым, с пузырьками воздуха внутри.
    К счастью, мать к телефону Наташа пригласить не отказалась. Мол, пусть она и объясняет, используют ли янтарь какие-нибудь идиоты-экстрасенсы. А если – да, то как именно.
    Рита в жизни себя так по-дурацки не чувствовала! Она едва не заикалась, разговаривая с Наташиной матерью.
    Естественно, о пропаже младшей сестры Рита и словом не обмолвилась. Просто сказала, что ей нужны сведения о янтаре. Срочно! Особенно, об одном. И детально описала Тайкин камень.
    Рите повезло: Лемешева-старшая оказалась нелюбопытной. Лишних вопросов смущенной Рите она задавать не стала и обещала перезвонить. Сказала: ничего о янтаре не помнит, не сталкивалась с ним, ей нужно время покопаться в книгах.
    Взволнованная разговором Рита полчаса крутилась у телефона, не в силах отойти. Но быстрого звонка не дождалась и нехотя поплелась в Тайкину комнату. Просто чтобы занять себя чем-то. Пусть – уборкой.
    Детская и сейчас выглядела сомнительно. Отсутствие дивана, настенных часов, покореженный дверной косяк… Ясное дело, мама с папой мгновенно поймут – в доме случилось что-то неладное. А тут еще и Тайки нет.
    Особенно Риту смущал старый, обитый светло-бежевым вельветом диван. Продавленный и скрипучий. А точнее то, что его теперь не было. Ведь Рита совершенно не представляла, как объяснить родителям его исчезновение.
    Она озабоченно нахмурилась: Тайкин диван настолько древний, что даже версия о его продаже для погашения мифических долгов звучит неправдоподобно. На него вряд ли кто польстился бы. Как подозревала Рита, он и переезда бы не выдержал. Развалился бы еще в машине. А то и в лифте.
    Что остается? Кража? Рита фыркнула: притом, что остальные вещи на месте? Да кто в такое поверит? Разве только… Она едва удержалась от радостного вопля: а что, эта идея может сыграть!
* * *
    Рита встретила брата победным криком:
    – Придумала!
    Илья вздрогнул и уронил шарф. Потом схватился за косяк и выдохнул:
    – Что?!
    Ему вдруг показалось – она нашла способ вернуть младшую сестру.
    Лишь выпив кофе и успокоившись, Илья неохотно согласился с Ритой: отдать старый диван мифическим погорельцам – это мысль. И неплохая. Тем более родители все равно собирались покупать в Тайкину комнату мягкий уголок. Они тысячу раз об этом говорили!
    – Когда увезли, мы не знаем, – инструктировала брата осторожная Рита. – А то прицепятся, не дай Бог, к соседям. – Она немного подумала. – Скажем: выставили, мол, его на площадку, и всего делов. А пока гуляли, диван и вывезли.
    Илью Ритина предосторожность забавляла. Он считал ее излишней. Но спорить с сестрой не собирался. Только фыркнул насмешливо:
    – Соседи! Мама их и не знает толком. Пойдет она расспрашивать, как же…
    – Скажем – сюрприз приготовили, – не слушая, упорно продолжала наставлять его Рита. – Чтобы папе самому с этой рухлядью не возиться. Мол, у него ж радикулит, ему тяжести таскать никак нельзя…
    Неожиданно зазвонил телефон. Рита запнулась на полуслове, побледнела и испуганно прошептала:
    – Лемешева!
    – Ну что же ты? – раздраженно прикрикнул Илья. – Поднимай трубку. И не гони лошадей. Дай ей самой говорить, поняла? Не перебивай. – И побежал к параллельному аппарату.
* * *
    Рита с Ильей напрасно волновались. Долгожданный телефонный разговор практически ничего не дал. Илья грустно вздохнул: видимо, этим утром везение ограничилось отреставрированным янтарем с великолепно отполированной плоскостью. И часами с кукушкой, отданными в срочную починку. Да, еще Риткиной идеей насчет дивана. Она действительно неплоха.
    Наташина мать ничего интересного не сообщила. Сказала: в ее книгах, кроме ссылки на какой-то древний, едва ли не средневековой талмуд, ни словечка о янтаре нет.
    Правда, она дала Рите адрес и номер телефона своего знакомого. И даже пообещала позвонить лично и договориться о встрече. Но… Илье с Ритой мало верилось, что это поможет. Вряд ли какой-нибудь мужик всерьез интересуется магией, это как-то больше подходит женщинам.
    И все-таки, когда Наташина мать перезвонила и сообщила, что их ждут уже через час, ребята оживились. Оба считали: сидеть дома и бездействовать намного хуже. Судьба младшей сестры пугала. Так же, как и предстоящие объяснения с родителями по поводу Тайки.
    – Ну, Тайка, – прошипела старшая сестра, дрожащими руками застегивая молнии на сапогах, – вернись только – убью!
    – Я помогу, – кротко поддержал брат.
    А в далеком чужом мире, словно соглашаясь с ними, негодующе взвыла покачивающаяся на полотняном заплечном мешке взъерошенная ворона.

Глава 10
Просто колдовство?!

    – Ой-е-ей!
    Тайка неосторожно перевернулась на спину и чуть не закричала в голос. Стараниями Жоркиного учителя спать ей с неделю, не меньше, на боку или животе. Плечи и ягодицы словно огнем горят.
    Крупный черный пес, лежащий у кровати девочки, насмешливо фыркнул. Где-то в ногах шумно завозилась ворона.
    Тайка тяжело вздохнула: нет, ну надо же! Чтобы из-за какого-то жалкого камушка так влипнуть! Никто ж не поверит. Даже Илька с Риткой. Скажут: опять она все выдумала.
    Тайка припомнила свои недавние объяснения со стариком и зажмурилась от унижения. Кошмар какой! Эта тайна уйдет с ней в могилу. Тайка горестно засопела: ведь штаны приспустить пришлось, доказывая, что она девчонка. Зато мерзкого деда чуть кондрашка не хватила. Глаза выкатил так… Едва не потерял!
    Тайка невольно фыркнула: бедняга никак не мог поверить, что «доказательства мужественности» исчезли. Напрочь!
    Вредный Жоркин учитель побледнел, как свежевыстиранная простыня. Полчаса на коленях в углу провел – молился. Старался, поклоны бил, она видела. Потом – Тайка невольно скривилась – потребовал, чтобы она снова штаны спустила. Будто надеялся, что испарившиеся внезапно причиндалы вернулись. Его молитвами, наверное.
    Естественно, Наставник искомого не обнаружил. Застонал, свел помутневшие глазки в кучку и грохнулся в обморок.
    Наивная Тайка вначале обрадовалась. Жоркин учитель вырубился качественно и не реагировал даже на холодную воду. Тайка для проверки целый стакан на его голову вылила. А раз так, чего зевать? Моментом не воспользовался бы только глупец. Тайка же никогда себя дурочкой не считала. Поэтому решила бежать.
    Уложила в свой заплечный мешок побольше хлеба. Подумав, прибавила пару яблок. Окликнула дремавшую на подоконнике Марфу и…
    Далеко уйти Тайке не дали. В дверях скалой встал мрачный Тайфун. Ни Тайкина ругань вперемежку с уговорами и лестью, ни ее почти искреннее предложение присоединиться Жоркиного пса с места не сдвинули. А тут и дед пришел в себя.
    Правда, не до конца. Иначе не стал бы обвинять ошеломленную Тайку в колдовстве. Причем он по-прежнему принимал Тайку за принца!
    Наставник всерьез считал: балуясь с каким-то заклинанием, неосторожный Жорка навлек на себя несчастье – превратился в девочку. Побочный эффект, так сказать.
    О другом мире упрямый Жоркин учитель и слушать не хотел. Замахал на Тайку руками, как ветряная мельница, и категорично заявил: эта тема – табу. Мол, если он – дед упорно обращался к Тайке как к мальчику – проговорится о параллельных мирах при посторонних, хорошего не жди. Накажут обоих. И самого Жорку, и Наставника.
    Тайка жалостливо заскулила в подушку: ну и скотина же этот рыжий Жорка! И тут ее умудрился подставить. Тайка только сейчас поняла, почему новый знакомый так торопился сообщить кое-что о себе. Чтобы ей, Тайке, не поверили! Ну, в историю о параллельном мире. Принимали за него, Жорку, даже в девчоночьем облике. Если она расколется, само собой. Нет, так купиться!
    Тайка сморгнула с ресниц непрошеные слезы. Экзамен, устроенный вечером дотошным дедом, она полностью провалила. Не подозревая об этом, естественно.
    Тайка просто ответила на некоторые вопросы. По глупости, не иначе! Например, сообщила, как зовут Жоркину мать, отца и сестру. Когда она, то бишь принц Георгий, родился. И это бы ладно!
    В конце концов, об этом мог знать и любой подданный, если не человек из другого мира. Но Тайка, как последняя дурочка, сообщила старику тайное имя Жорки, местонахождение личной печати и код сейфа! Теперь Наставник не сомневался: Тайка – наследный принц Георгий и никто иной. Мол, доказательств достаточно.
    Остальные же провалы в памяти – последствия неосторожного колдовства. Как и глупые фантазии о перемещениях из мира в мир. Они не страшны! Счастье, что основное она – он, Жорка! – помнит.
    Робкий Тайкин лепет об иезуитском коварстве Жорки был отметен в сторону, как ненужный мусор. Как и история о бегстве настоящего Жорки в юнги.
    Георгий, по словам наивного Наставника, и под пытками не выдал бы важных государственных сведений. Ни одному врагу.
    – Не клевещи на себя, – этим завершил свою длиннющую тираду Наставник.
    Отчаявшаяся Тайка послала его к черту. Старик грозно нахмурился и напомнил о розгах. Тайка горько фыркнула: оказывается, во временном облике принцессы, он, Георгий, особенно должен следить за своим языком! Девочке не все позволено, что мальчику.
    Мол, пока дворцовый чародей не вернет ему нужный облик… – тут Наставник исподлобья посмотрел на Тайку, смутился, замялся и почти шепотом расшифровал: кое-что недостающее сейчас в штанах – он, Жорка, должен вести себя подобающе. Никаких послаблений! Иначе – розги!
    Тайка неловко повернулась и болезненно сморщилась: ей только добавочной порки не хватало. И без того на спину не лечь.
    Единственным плюсом Тайкиных сегодняшних откровений была отмена вечернего концерта. Тайке поверили, что из-за «случайной травмы» она не помнит текста ни одной песни.
    Старик ругаться не стал. Лишь с досадой пробурчал себе под нос:
    – Проклятые чары!
    Но принять, что Тайка вообще петь не умеет, Наставник отказался наотрез. И заставил заниматься. Как поняла девочка, музыкальная грамота ничем не отличалась в этом мире от обычной. Рита училась в музыкальной школе, и ноты Тайка все же знала. Вот и тянула «до, рэ, ми…» по командам старика. Видимо, у нее неплохо получалось. Потому что Наставник хлопнул ее по плечу – Тайка от боли подпрыгнула – и довольно воскликнул:
    – Слава Единому, голос не пропал! Слова – наживное.
    Несчастная Тайка сообразила, что влипла окончательно, и повесила голову. Спорить с Жоркиным учителем она не рискнула.
    Она осторожно взбила под головой слабое подобие подушки. Вытерла глаза и обреченно вздохнула. Если честно, Тайка просто боялась. Мир за окном, почти не отличающийся внешне от родной Земли, казался чужим и враждебным. Она здесь одна! Совсем одна. Тайка тоненько всхлипнула: неужели навсегда тут застряла? А как же мама с папой? Илька с Риткой? Что им-то думать? Нет, как-то нужно вернуться! Что-то придумать!

Глава 11
Рискованный опыт

    Знакомый Наташиной матери жил, к счастью, поблизости. Всего в двух кварталах от Романовых. И двери он распахнул мгновенно, не успел Илья нажать на кнопку звонка. Даже не спросил, кто пришел, словно никого не опасался.
    Илья с Ритой потрясенно уставились на молодого, спортивного вида темноволосого мужчину – они не верили собственным глазам. А секундой позже решили, что не туда попали.
    Илья покосился на смятую бумажку, которую держал в руке, и неуверенно пробормотал:
    – Нам бы Корниенко. Сергея Михайловича.
    – Он здесь живет? – поддержала еле слышным шепотом Рита.
    – Ну да. Он – это я. Входите!
    Дверь перед Романовыми распахнулась шире. Обычная дверь, обитая дешевым коричневым кожзаменителем, даже без глазка.
    Брат с сестрой растерянно переглянулись и нерешительно шагнули в прихожую.
    – Это не ошибка? Мы от Лемешевой, – на всякий случай сказал Илья, покрасневший до корней светлых волос.
    – Все правильно. Она мне звонила.
    Мужчина обаятельно улыбнулся и помог смущенной Рите снять куртку. Илья украдкой осмотрел его еще раз и невольно покрутил головой.
    «Ничего себе! Неужели этот качок всерьез интересуется такой дребеденью? Магией и янтарем? Ну, жизнь пошла…»
    Илья украдкой рассматривал хозяина квартиры и не находил в нем ничего особенного. Внешне – обычный парень. Ни капли от юродивого. И одет модно, видно, что джинсы в фирменном магазине куплены, не на рынке.
    Сергей Михайлович осторожный взгляд Ильи все же заметил. Усадил потерянно молчавших ребят на диван и понимающе усмехнулся:
    – Да ладно вам! Ну, не старик я. И что?
    – Ничего, – пролепетала Рита.
    Илья просто пожал плечами.
    – А раз «ничего», успокойтесь, наконец. И перестаньте смотреть на меня, как на зайца в ливрее. Каждый выбирает хобби сам, согласны?
    Романовы дружно кивнули.
    – Вот и ладушки, если согласны. Тогда рассказывайте. Только правду. И по порядку. – Сергей Михайлович, подумав, добавил: – Да, и можете звать меня Сергеем, и на «ты». Двадцать шесть – еще не старость, надеюсь?
    Очередной поспешный кивок гостей вызвал у хозяина невольную улыбку. Впрочем, он быстро согнал ее с лица и серьезно спросил:
    – Итак, кто начнет?
    Илья покосился на сестру – Рита будто воды в рот воды набрала – и гулко сглотнул. Откашлялся и вынул из кармана янтарь.
    – Вот. Что об этом скажете?
    Рита тонюсеньким голоском прокомментировала:
    – Из-за этого камушка у нас сестра исчезла. Младшая. Прямо из комнаты.
    – Так, – мрачно подтвердил брат. – В детской развал, даже дверь с петель сорвало, и никого.
    Сергей заинтересованно крякнул и с нескрываемым любопытством стал изучать янтарь. Илья стукнул кулаком по подлокотнику кресла и воскликнул:
    – А перед этим Тайка жаловалась, что глаз в камне видела.
    – Карий, – дополнила Рита. И вздохнула. – Я решила: свой. Ну, отражение. Посмеялась над Тайкой и вернула янтарь. Если бы я знала!
    Рита жалобно всхлипнула. Сергей поднял руку.
    – Стоп! Без слез. Подождите, сейчас кофе принесу. Специально для вас варил.
* * *
    После крепкого кофе ребята немного расслабились. Сергей держался просто, Илью с Ритой перестало волновать то, что он так молод. Какая разница? В конце концов, каждый сходит с ума по-своему. Одни в качалку бегают, другие ночами в Интернете пропадают, третьи книгами зачитываются, а четвертые магией интересуются. Или полудрагоценными камнями. Почему нет?
    Рита настолько сильно переживала исчезновение Тайки, что совсем себя не контролировала. Незаметно для себя съела три пирожных подряд! Потом, правда, спохватилась и от четвертого отказалась. С явным сожалением.
    Отодвинула блюдце и заявила:
    – Спасибо, я на диете.
    Глаза хозяина округлились от изумления. Илья – он неспешно доедал только первую слоеную трубочку – от неожиданности поперхнулся и пробормотал:
    – Ничего себе – диета!
    – Не страшно. Они низкокалорийные. Крем из растительного масла, – деликатно закрыл вопрос Сергей.
    Илья недоверчиво хмыкнул. Рита покраснела и отодвинула блюдце с пирожными еще дальше.
    Сергей взял с журнального столика старинную книгу в переплете из потрескавшейся, темно-синей, с золотым тиснением кожи. Показал гостям и сказал:
    – Я кое-что нашел о янтаре. Здесь. Немного, конечно, но похожий камушек как раз описан.
    Илья побледнел от волнения. Осторожно положил на колени тяжелую книгу и раскрыл ее на странице, где лежала закладка. Растерянно поднял глаза на хозяина и прошептал:
    – Не по-русски.
    – Само собой, – кивнул Сергей, отбирая книгу. – Она из Шотландии. Ее мой прапрапрадед в Россию привез.
    Рита открыла было рот, собираясь что-то спросить. Сергей торопливо воскликнул:
    – Не перебивайте, хорошо? И так все запутано. – Он нахмурился. – Так о чем я? Ага…
    Он поводил пальцем по странной, явно рукописной вязи. Илья с Ритой даже со своих кресел привстали, чтобы лучше видеть.
    – Слушайте! «…из живой еще смолки, слезинки чудо-дерева. Круглый, аки глаз человеческий. Величается – «ОКО». Зрит сквозь множество миров и в любом двойника сыщет. Только помни, волхв: уйдешь за вуаль, не вернешься. В тот мир свое отражение кинешь, в этом его заменишь чужим. И ОКО разрушишь. Единожды оно хозяину служит…»
    Сергей захлопнул книгу и с сожалением признал:
    – И на этом все.
    Романовы разочарованно переглянулись. Рита кашлянула, покраснела и прикрыла рот ладошкой. Илья нахмурился.
    – Но никакого обмена не было! Просто Тайка исчезла.
    – Это и странно. Правда, я в другой работе, более современной, читал: если обмен не произошел…
    Сергей сделал многозначительную паузу. Илья с Ритой непонимающе переглянулись. Сергей жизнерадостно воскликнул:
    – Понимаете, нам повезло! И девочке… ну, вашей Тайке – тоже. Если я правильно понял ту статью… Значит, еще не поздно ее вернуть!
    Рита похлопала ресницами и снова кашлянула. Илья вопросительно смотрел на молодого мужчину. Сергей нетерпеливо произнес:
    – Равновесие нарушено, ясно? Любой пустяк и…
    – Что – «и»?
    – Не знаю, – неожиданно признался Сергей. – Просто прочел: если переброса двойника не произошло и камень цел, то можно вернуться. Только…
    – Ну? – вскочил Илья.
    Он дрожал от возбуждения. Рита побледнела, сунула ладони между коленями и умоляющими глазами уставилась на мужчин. Словно ожидала, что младшая сестра через пару секунд окажется прямо здесь, перед ее носом.
    Сергей посмотрел на нее почти со страхом. Развернулся к Илье и огорченно сказал:
    – Только знайте: ваша Тайка сама ничего сделать не сможет. Двойник где-то рядом, понимаете? Он руки ей вяжет. Так в книге сказано.
    Рита ахнула. Сергей бросил быстрый взгляд на растерянных гостей и ткнул пальцем в Илью.
    – Зато вы – свободны!
    Илью бросило в жар. Он, заикаясь от волнения, прошептал:
    – Н-но мы же н-не знаем, что д-делать…
    – А кто знает? – Сергей философски пожал плечами.
    Он заботливо подтолкнул поближе к бледной, дрожащей Рите блюдце с оставшимися пирожными. Рита благодарно кивнула. Соображала она сейчас явно не лучшим образом, иначе не потянула бы в рот еще одну трубочку. О диете она и не вспомнила!
    – Если я правильно понял, – Сергей налил гостье кофе, – вашу сестру любой пустяк вернуть может. ПОКА.
    – Через ОКО? – выдохнул едва слышно Илья.
    – Нет, – огорченно буркнул Сергей. – До янтаря нам лучше не дотрагиваться. Ты что, забыл? Он же двойников ищет. В любом из миров. И меняет местами. – Сергей сочувственно улыбнулся Илье. – Учти, никакой гарантии, что ты попадешь в тот же мир, где сейчас Тайка.
    – Как же тогда?
    Сергей задумчиво потянул себя за нижнюю губу.
    – Кое-что я нашел. Не уверен, поможет ли…
    Рита едва не опрокинула чашку с кофе. Илья вцепился в локоть хозяина дома – у не– го от волнения голос пропал – и просипел:
    – Слушай, время же! Родители вот-вот с дачи вернутся. Не сегодня, так завтра. Что мы им скажем?!
    Сергей с некоторым изумлением посмотрел на мальчика – Илья и не заметил, как перешел на «ты» – и кивнул.
    – Ладно. Можно попробовать. В крайнем случае, ничего не получится. Вот только…
    – Что?
    – Не выдернуть бы нам вместо вашей Тайки ее двойника!
    – ??
    – Понимаешь, у них все характеристики должны сходиться. И не только внешние. Разве что… Да! Единственная точная примета! – Сергей немного помолчал, размышляя, и обернулся к Илье. – Ты помнишь, в какой одежде Тайка была сегодня утром?
    – Н-нет.
    – Я помню, – взволнованно привстала Рита. – В джинсах и новой черной футболке. С черепом. Ты, Илька, видел. Она вчера весь день ее таскала, хотя мама ругалась. Дурацкий рисунок!
    Рита сомнамбулой потащила с блюдца следующее пирожное. Она и кофе себе на этот раз подлила сама. И машинально начала жевать. Этот процесс ее успокаивал.
    – Футболку помню, – неуверенно произнес Илья.
    – Прекрасно, – одобрил Сергей. – Значит, будем действовать!
    – Но как?!
    Сергей весело поинтересовался:
    – Ты мне веришь?
    – Пока да, – осторожно отозвался Илья.
    Рита зажевала еще энергичнее. И так же энергично кивнула.
    – Ну и не задавай вопросов. Просто подчиняйся и все.
    Илья нервно хмыкнул, но возражать не стал: своих идей все равно нет. Не сидеть же им с Риткой, сложа руки, до приезда родителей!
    – Сейчас быстренько одну травку заварю. – Сергей направился к дверям кухни.
    – И что? – пошел следом Илья.
    – Ничего. Ты ее выпьешь. Потом ляжешь на диван, сосредоточишься и…
    Илья нетерпеливо ждал продолжения. Сергей беспомощно улыбнулся и пожал плечами.
    – Понимаешь, я до сих пор лишь теорией увлекался. В практике – полный ноль, не хочу врать. Это будет первый опыт, уж извини.
    – Да черт с ним, с тем первым опытом! – Илья покраснел от волнения. – Что дальше-то? Ты сказал: «сосредоточишься и…»
    – А, ну да! И представишь как можно более четко физиономию своей Тайки. А потом – ее всю. В футболке с черепом! Если я прав, твою младшую сестру мгновенно перекинет сюда, к нам, и равновесие восстановится.
    – А если не прав?
    – Ну…
    Сергей задумчиво посмотрел в окно, он явно не знал, что сказать. Илья настороженно ждал. Рита не донесла до рта чашку с кофе. Ее глаза показались Сергею круглыми и испуганными. И невероятно синими. Практически фиолетовыми.
    Наконец Сергей встряхнул головой и почти сердито заявил:
    – В лучшем случае – ничего не произойдет. Нам придется искать другой выход.
    – А… в худшем?
    – Кто его знает, – немного помолчав, пожал плечами Сергей. – Если ты четко представишь одежду, двойника сюда точно не перебросишь. А остальное… Увидим!
    Сергей залил кипятком странную коричневую травку с крошечными, почти прозрачными вишневыми цветочками. По кухне поплыл пьянящий аромат. Запах показался Рите странно терпким, волнующим.
    Встревоженный Илья топтался рядом, недоверчиво заглядывая через плечо хозяина квартиры. Сергей покосился на угрюмое лицо гостя и мягко произнес:
    – Видишь ли, я не колдун. Да и в колдовство не верю…
    Рот мальчика непроизвольно открылся. Сергей коротко рассмеялся.
    – Верни на место нижнюю челюсть, а то потеряешь! – Он дружески подмигнул Илье. – Сам подумай, ты же современный человек. Какое, к черту, сегодня колдовство?
    – Но как же, – пролепетал ошеломленный Илья. – А твои книжки?
    – При чем тут колдовство? – искренне удивился Сергей. – Я просто люблю старые книги, в них всегда можно наткнуться на что-то интересное. – Он ободряюще улыбнулся. – Наши предки жили в другом мире, и это – здорово!
    Сергей потянул мальчика за рукав и усадил на табуретку. Илья машинально подчинился.
    – Послушай, речь не идет о колдовстве, – терпеливо сказал он. – Всему есть объяснение. Жаль, мы не всегда его находим. Пока! А все непонятное… – Сергей немного помолчал. – Магнит, если ты помнишь, тоже когда-то казался колдовским камнем. Ковер-самолет по сравнению с современным лайнером вообще анахронизм, а не волшебство. Представь изумление наших предков, века эдак из пятнадцатого: летающая железная птица, да еще перетаскивающая в своем брюхе множество людей! Уверен, ковер-самолет их так не удивил бы.
    Рита невольно прыснула в ладошку, она никогда не жаловалась на воображение. Сергей одобрительно улыбнулся ей и закончил:
    – Свойства вашего янтаря – обычная загадка. Для нас с тобой, заметь, но не для человека, написавшего книгу.
    Илья торопливо кивнул, спорить ему не хотелось.
    – А эти… ну, миры. Параллельные. Ты в них веришь?
    – Почему нет? Магнитные поля мы тоже не видим. Просто знаем – они есть. – Сергей хмыкнул. – Потом, чем параллельные миры сложнее Вселенной?
    – Но…
    – Да ладно тебе! Оставь, – Сергей помешал чайной ложечкой свое варево и выключил газ. – Никто тебя не заставляет во что-то верить. Считай, мы просто проводим опыт. Как на уроках физики или химии. Ты же хочешь вернуть сестру?
    Илья с ответом не нашелся. Лишь снова кивнул. Сергей процедил через серебряное ситечко свой отвар и протянул гостю.
    – Тогда пей.
    Илья взял в руки горячий бокал. Осторожно потянул носом воздух и невольно отшатнулся. Резкий, ни на что не похожий запах бил в нос и кружил голову. Горьковатый, терпкий аромат Илье совсем не понравился. Он зажмурился от отвращения, но не отказываться же от собственных слов? Раз он обещал…
    Илья бросил сердитый взгляд на хозяина квартиры и, стараясь не дышать, выпил отвар. Потолок качнулся, Илья ахнул и ухватился рукой за стол.
    Он как сквозь вату услышал заботливый голос Сергея:
    – Голова не кружится? Теперь – на диван.
    Ноги подкашивались, в ушах звенело, мальчика начало подташнивать. До комнаты он добрался только благодаря помощи хозяина.
    К изумлению Ильи, единственная комната Сергея прямо на глазах преображалась. Краски становились ярче, очертания вещей – четче, все линии – контрастнее.
    – Ложись, ложись, – успокаивающе бормотал Сергей, голос его дрожал и срывался, выдавая волнение. – Все в порядке. Глаза закрой. Теперь постарайся расслабиться и начинай вытаскивать из памяти сестру. – Он поморщился и с затруднением пояснил: – Ну… чтобы как картинка перед глазами. Все, как мы только что говорили. Да, не забудь про футболку и джинсы. Череп, главное! Это – основная деталь…
    Сергей что-то говорил и говорил, его голос с трудом доходил до сознания одурманенного мальчика. И все же он помогал Илье окончательно не впасть в забытье.
    Илья радостно вскрикнул: Тайкина мордашка возникла буквально из ниоткуда и заплясала перед ним в привычном рыжем кудрявом облачке. Даже посаженная пару дней назад царапина на правой щеке четко видна. Илья прекрасно ее помнил, сам замазывал недавно йодом.
    Несколько сложнее оказалось представить младшую сестру в черной футболке с черепом. Тайка словно противилась!
    Илья судорожно вздохнул, не понимая, что происходит: Тайка все пыталась «явиться» ему в каком-то жутком рванье и босиком. Еще и укоризненно всматривалась в невидимого брата громадными карими глазищами.
    «Двойник! – осенило Илью. – Сергей прав. Я вижу двойника. Иначе откуда эта кошмарная рубашка? Тайка такую в жизни бы не надела. А уж сменить джинсы на эти мешковатые портки… И где кроссовки?!»
    С большим трудом Илья отогнал навязчивый призрак. Оставив перед собой лишь рыжее облачко и остренький веснушчатый носик, он начал старательно восстанавливать в памяти проклятую футболку.
    Это Илье удалось. На секунду перед ним возникла знакомая, чуть удивленная веснушчатая физиономия над уже перепачканным и даже прорванным кое-где черепом… О-о-о – джинсы, кроссовки!
    Илья победно вскинул руку, и в комнате неожиданно рвануло. Да как рвануло! Словно гранату подорвали.
    – Получилось?!
    Илья рывком сел и открыл глаза. Очень вовремя открыл. Как раз в эти секунды все и началось.
    Со стены слетел пейзаж в тяжелой раме, с полок финской стенки – книги и посуда, зазвенели стекла в окнах…
    А на палас, казалось, материализовавшись прямо из воздуха, рухнула тощая фигурка в джинсах, черной футболке и кроссовках!
    Она подняла замызганное личико. Рыжее облачко над головой дрогнуло, карие глаза изумленно расширились, кулачки сжались. Рыжая гостья поднялась на четвереньки. Всхлипнула, прошептала:
    – Нет! О, Единый, нет…
    И потеряла сознание.

Глава 12
Неудача

    – Елки, да что ж это?
    Рита отбросила недоеденную трубочку и ткнула дрожащим пальцем на валявшуюся в глубоком обмороке девочку.
    – Не что, а кто, – машинально поправил Сергей.
    – Что-то я не понял, – нервно произнес со своего дивана Илья, – о чем Тай… ну… эта рыжая… тьфу! О каком таком Едином она бормотала?!
    – О Боге, думаю, – Сергей потянулся за пачкой сигарет.
    Вообще-то он сам до сих пор не верил, что необычный опыт удался. И с горечью думал, что ему никто не поверит. Никто и никогда. Более того, Сергей сам не осмелится рассказать знакомым о сегодняшнем сумасшедшим дне. Иначе ему посоветуют обратиться к психиатру.
    Брат с сестрой растерянно переглянулись. Темно-синие Ритины глаза становились все больше и больше, теперь они напоминали бездонные озера. В них утонул бы любой, ну, кроме, брата.
    – Это не… – Ритин голос сорвался.
    – Я понял, – кивнул помрачневший Илья.
    – Эй, о чем вы? – наконец встревожился и хозяин. – Вроде же все получилось! – И успокаивающе добавил: – А что сознание ваша Тайка потеряла, так это пустяки, поверьте. С этим мы мигом справимся. Я сейчас. У меня нашатырный спирт где-то есть. В ванной, кажется. В аптечке.
    – Стой! – страшным шепотом воскликнул Илья. – Это не Тайка!
    Сергей уронил сигарету прямо на светлый, пушистый палас, но не заметил. Наступил на нее и неверяще выдохнул:
    – Что?!
    – Не Тайка, говорю.
    – С чего ты взял?!
    – Точно не она, – угрюмо подтвердила Рита.
    – Да почему, ребята?! Нет, погодите! Давайте спокойнее. Так… ну…
    Сергей подошел к лежавшей в прежней позе гостье и, внимательнейшим образом рассматривая ее, прокурорским тоном спросил:
    – Лицо ее?
    – Ну, – неохотно кивнул Илья.
    – Фигурка?
    – Похожа.
    – Одежда?
    – Одежда точно ее, – пискнула со своего места Рита. И пояснила: – Вон тот дополнительный кармашек на джинсах я сама пристрочила. На фирменных такого нет.
    – Так с чего вы взяли, что это не она? – раздраженно воскликнул хозяин квартиры. – Внешность, одежда – все совпадает. Какого черта?!
    Рита встала и нерешительно приблизилась к возникшей из воздуха фигурке. Всмотрелась в бледное личико и виновато пробормотала:
    – Понимаешь… Трудно объяснить… Но не она!
    – Да что ты мямлишь? – возмутился Илья. – То трещишь как сорока, а то двух слов толком связать не можешь!
    Он попытался встать со своего дивана, но не смог. Комната внезапно поплыла перед глазами, а силуэт сестры стал раздваиваться. Илья зажмурился, снова опустился на место и процедил сквозь зубы:
    – Ты не знаешь Тайки, мы знаем. Поверь, она бы в жизни ТАКОГО не сказала. И в обморок бы не грохнулась.
    – Точно, – сквозь непрошеные слезы улыбнулась Рита. – Она бы на шею Ильке бросилась. Это железно. Еще и завопила бы что-то типа: я так и знала, что ты меня спасешь…
    – Или – ну вот, все испортил! Не мог подождать чуточку, – согласно кивнул Илья.
    – Но уж никак не о Боге, – категорично заявила Рита и вытерла влажные щеки.
    Сергей слушал их, открыв рот, и переводил глаза с одного оратора на другого. Вид у него был ошарашенный.
    Наконец он чуть опомнился. Растерянно ткнул пальцем в рыжую девочку на полу и прошептал:
    – А это тогда кто?
    – Еще и спрашиваешь, – угрюмо хохотнул Илья. – Сам же говорил – двойник.
    – Но… Как же одежда?!
    – А я знаю? – огрызнулся мальчик. – Одежда – Тайкина. Слышал, Ритка сказала? Что касается тряпок, ей верить можно.
    – Ладно, – Сергей потрясенно рассматривал рыжую гостью из параллельного мира. – Все равно нашатырь принести нужно.
    Он глупо улыбнулся и, цепляясь за мебель, побрел к ванной. Сергею вдруг показалось, что он спит. Просыпаться почему-то не хотелось.
* * *
    – Нашатырь, – хмыкнула Рита, с неожиданной для себя неприязнью присматриваясь к незнакомой девчонке, так возмутительно копирующей Тайку. – Очень ей тот нашатырь нужен!
    – Ты о чем? – слабо отозвался Илья.
    – Симулянтка перед нами, вот о чем! – негодующе взвизгнула Рита.
    Рыжие, пушистые ресницы слегка дрогнули и тут же плотно сомкнулись. Подобие Тайки решило, видимо, держаться до конца.
    – Ну, погоди, – мстительно пробормотала Рита. – Сейчас я тебе устрою побудку…
    Она выхватила у Сергея, появившегося в дверях комнаты, крошечную бутылочку. Щедро плеснула из нее на собственный носовой платок и насмешливо улыбнулась.
    Илья настороженно наблюдал: вот Ритка поднесла платок к такому знакомому веснушчатому носу. Ничего не подозревающая девчонка вдохнула… И взвилась рыжей молнией!
    Платок был мгновенно выбит у растерянной Риты из рук, а в ясные синие глаза бешено уставились карие. Риту сильно толкнули в грудь и, если бы не Сергей, она бы непременно упала.
    – Ты! Как смеешь?! Меня!!!
    Рыжая девчонка мотнула огненной шевелюрой, стряхивая кудрявую челку с глаз, и танком пошла на попятившихся от неожиданности хозяев.
    – Это тоже не похоже на вашу Тайку? – прошелестел над Ритиным ухом Сергей, загипнотизированный свирепым взглядом крошечной фурии.
    – П-почему? – шепотом отозвалась бледная до голубизны девочка. – Сейчас наоборот – больше похожа.
    – Да-а? – задумчиво протянул хозяин квартиры, продолжая отступать. – И вам… вам действительно хочется ее вернуть?
    – Черт, да что тут происходит?! – непонимающе взвыл со своего места Илья, до сих пор привязанный отвратительным отваром к дивану.
    – Не знаем, – дружным хором ответили Сергей с Ритой.
    Они продолжали пятиться от страшной гостьи и уже почти вывалились из комнаты в коридор.
    Илья окончательно разозлился. Привстал с дивана и взревел раненым вепрем:
    – Ты, рыжая! Оставь их в покое и двигай сюда! Иначе я ремней из тебя нарежу! – Илья в затруднении пожевал губами, вспоминая, и радостно проревел концовку: – Клянусь Единым!!!
    Эффект его короткая речь произвела на всех. Сергей с Ритой потрясенно застыли на пороге. А рыжая девчонка вздрогнула и обернулась.
    – Что? – возмущенно выдохнула она. – Это ты мне? Мне, будущему светлому князю Георгию?! Ах ты, смерд!!!
    После этих слов в комнате повисла напряженная тишина. Потом кто-то шумно сглотнул. Рита, в панике пискнула: «Мамочка!»
    Илья вцепился рукой в спинку дивана и сделал еще одну – на этот раз удачную! – попытку подняться. Он даже сумел дойти на подгибающихся ногах до гостьи. Ухватил ее за рыжие кудряшки, резко развернул лицом к себе и потрясенно ахнул:
    – Пацан?!
    Илья изумленно всматривался в знакомую до мельчайших черточек физиономию и не верил собственным глазам. И зря.
    Потому что секундой позже получил сильнейший удар в пах. Ногой. Явно не девичьей.
    Илья сложился пополам и, медленно оседая на палас, уже утверждающе прохрипел:
    – Па-ацан…

Глава 13
Дальнейшие планы

    Свирепого пришельца удалось повязать лишь через полчаса и то благодаря хозяину квартиры, обладателю черного пояса по каратэ.
    Сумасшедший мальчишка дрался как ненормальный, не щадил ни себя, ни противников. Обученный какому-то совершенно неизвестному способу рукопашного боя, он – несмотря на весьма скромные рост и вес! – продержался достаточно долго. И сделал немало для того, чтобы разрушить еще недавно прилично обставленную и аккуратную комнату.
    Гостя и повалить-то удалось, лишь стукнув по затылку. Мальчишка потерял сознание, и все с облегчением переглянулись.
    Сергей торопливо перетягивал ноги и руки пришельца широкой липкой лентой – веревок в доме не нашли – и почти с уважением бормотал:
    – Теперь и сам вижу – не ваша Тайка. Девчонке так в жизни не драться.
    – Это еще почему? – сочла нужным обидеться Рита
    Она поморщилась, рассматривая укушенный ненормальным гостем палец, кровь до сих пор сочилась.
    – Ты глаза-то открой, – довольно грубо потребовал брат и развел руками. – Как тайфун прошелся!
    Рита последовала его совету: шире распахнуть глаза было просто невозможно. Ну, что при этом открылся и рот, никого не удивило – в несчастной комнате остались целыми разве что стены.
    Книги, вещи, разбитая посуда, переломанные стулья, груда полированных дощечек вместо журнального столика, в пыль растертые по паласу пирожные, свалившиеся с полок колонки от компьютера; и последний штрих – рухнувшая посреди комнаты огромная, старинная, бронзовая люстра. Про нее можно сказать одно – сама бронза почти не пострадала, разве что ажурные кружева вокруг разбитых стеклянных плафонов чуть покорежило.
    – Вот это да… – прошептала девочка и с невольным страхом посмотрела на хрупкую внешне фигурку рыжего гостя.
    – Постарались, – хмуро кивнул Илья и сочувственно покосился на хозяина разгромленной квартиры. – Провели опыт, называется.
    Сергей гулко сглотнул. И, стараясь не смотреть по сторонам, неестественно бодро изрек:
    – Первый блин всегда комом!
    – Первый? – изумленно протянула девочка.
    – А ты считаешь, – мрачно усмехнулся Илья, – нам вместо Тайки сойдет и это чудовище? Как его там?
    – Будущий светлый князь Георгий, – с кривой ухмылкой подсказал Сергей. Он осторожно потрогал пальцем длинную, саднящую ссадину на подбородке и почти восхищенно заметил: – Горазд будущий князек драться! Хорошо натаскан!
    Рита еще раз прошлась взглядом по комнате, потом испуганно помотала головой.
    – Ну нет, ни за что! Меняем на Тайку.
    – Легко сказать, – пробормотал Илья. – А вот как сделать?
    Сергей внимательно осмотрел туго перетянутый лентой сверток – гость по-прежнему лежал с закрытыми глазами и не шевелился – и удовлетворенно кивнул.
    – Сойдет. Теперь можно и поговорить. Только вы как хотите, братцы, а мне хотя бы кофейку нужно выпить.
    – Кофейку? – Рита извлекла откуда-то из-под досок покореженную электрическую кофеварку. – Из этого?! – Она провела пальцем по извилистой трещине и вздохнула. – Не получится.
    – Ничего, – отмахнулся Сергей. – У ме-ня старенькая турка есть. Она, правда, всего на пару порций, но не страшно. Время у нас есть, несколько раз на огонь поставим.
* * *
    После кофе, в который Сергей плеснул столовую ложку коньяка – лекарство! – неудачливые экспериментаторы чуть-чуть успокоились.
    Им стало казаться: ничего страшного пока не случилось. Их странный опыт вполне удался. Пусть не саму Тайку, но ее двойника из параллельного мира они все-таки выдернули. Значит – миры существуют. Как ни невероятно. И маленькая Тайка где-то там. Вот только сколько их?! И как найти нужный?
    Сергей задумчиво посмотрел на пустую чашку. Снова наполнил турку водой и поставил на огонь.
    – Кофе, – буркнул он невесело, – много не бывает.
    Илья взял из вазочки печенье и нерешительно спросил:
    – Слушай, я так понял – ты через янтарь теперь думаешь Тайку достать?
    – Молоток, – Сергей добродушно хлопнул мальчика по плечу. – Сам догадался.
    – Догадаешься тут, – мрачно отозвался Илья. – Другого-то нам не остается. Раз этот рыжий здесь.
    Некоторое время на кухне стояла полная тишина. Все пили кофе и думали о своем. Вернее, думали-то об одном, но не знали об этом.
    Каждый про себя оценивал возможности отреставрированного янтаря. И пытался понять, что же делать с нежданным гостем. Не держать же его связанным все время. Ну, пока не вернут Тайку.
    Рита дрожащими руками отставила почти полную чашку в сторону. Большие голубые глаза вдруг наполнились слезами. Она в панике прошептала:
    – Кому-то из нас придется туда отправиться?
    Сергей от изумления поперхнулся кофе. А Илья разозлился. Покрутил пальцем у виска и раздраженно прикрикнул на сестру:
    – Придумала! Нам с тобой там уж точно делать нечего!
    Рита смотрела испуганно. Илья мягче добавил:
    – Никакой гарантии, что мы попадем в нужный мир. Может, их миллионы!
    – Чего? – пролепетала Рита.
    Мысль, что лично ей не грозит отправка в неведомые страны – ох, уж эта Тайка! – радовала. На Ритины щеки мгновенно вернулся румянец.
    Она в два глотка осушила свою чашку и в ожидании уставилась на брата. Илья терпеливо повторил:
    – Миров, говорю, может, миллионы.
    – Запросто, – поддержал Сергей. Он снял с огня турку, над ней пышной шапкой колыхалась сливочно-коричневая пена. – Вон, как страницы в хорошей толстой книге. Вроде бы все рядом, и каждая сама по себе.
    – Тогда о чем вы? – Пыталась добиться ясности Рита. – И при чем тут Тайкин янтарь?
    – При том, – буркнул Илья. – Только так можно Тайку на этого монстра обменять.
    – Т-ты х-хочешь сказать… – заволновалась Рита.
    – Вот именно!
    Рита ахнула. Илья демонстративно уставился в окно, он не любил девичьих стонов. Потом двинул кулаком по подоконнику и с досадой прошипел:
    – Придется с этим княжеским отпрыском – черт бы его побрал! – как-то договариваться.
    – Не дурак же он, – угрюмо заметил Сергей, – сам должен хотеть вернуться.
    – Ага, вот только растолковать ему как? Что именно он и должен хотеть, а мы так… попутно!
    Рита вскочила и кругами забегала по крошечной кухне. Ее лицо от тревоги и страха пошло пятнами.
    Сергей сочувственно посмотрел на гостей и сказал:
    – Растолкуем. Он вашу Тайку в своем мире только что видел, думаю, не особо удивится.
    – Точно! – крикнул Илья. – Я из-за драки совершенно забыл о Тайкиных тряпках!
    Все трое взволнованно переглянулись. Действительно, они как-то упустили из внимания, что гость явился к ним в Тайкиной одежде. Мало того, именно из-за нее он сюда и попал, лично Сергей ничуть в этом не сомневался.
    «Интересно, как она у мальчишки оказалась? – думал Сергей, покачивая в руках чашку с кофе и с наслаждением вдыхая его горьковатый аромат. – Ограбил девчушку или… – Сергей пожал плечами. – Да нет, если он в самом деле наследник князя – а судя по его гонору, так оно и есть – то вряд ли».
    Сергей добавил в вазочку мелкого печенья. Рита с обреченным вздохом тут же потянула его в рот. Илья отвернулся.
    «Может, Тайка была вынуждена продать вещи, чтобы выжить? – размышлял Сергей. – Совсем неглупо. Ей выделяться в чужом мире нельзя, понятно. А вот сынку местного правителя это по должности положено, вот и приоделся…»
    Мысли Сергея прервала Рита. Толкнула под локоть и почти сердито заявила:
    – Что думать? Пусть рыжий в наше «око» посмотрит и все. Делов-то!
    Илья заинтересованно обернулся. Сергей угрюмо вздохнул. Помолчал и неохотно признался:
    – Не уверен, что все так элементарно.
    – Почему? – не хотела сдаваться Рита.
    Уж слишком простым показался ей выход из страшной ситуации, в которую Тайка попала и по ее, Ритиной, вине. Ведь если бы она внимательнее выслушала младшую сестру, ничего бы не случилось.
    Рита напористо повторила:
    – Почему?
    – Ну… – Сергей машинально поставил турку на огонь в третий раз. – Не забывай, янтарь уже один раз сработал.
    Рита смотрела непонимающе. Сергей отрывисто произнес:
    – Камень побывал у ювелира! Мало ли, какие с ним произошли изменения?
    – Считаешь, ничего не получится? – помрачнел Илья.
    – Наоборот. Очень надеюсь – все получится, – Сергей уменьшил огонь. – Только, боюсь, не сразу.
    – Не сразу – это как? – пискнула Рита.
    – Может, мальчишке по новой свой мир искать придется? – Сергей отвел взгляд в сторону. – Вряд ли камень на него настроен, сами понимаете.
    – Хочешь сказать, – в панике прошептала Рита, – что сегодня-завтра нам Тайку не вернуть?!
    Сергей накрыл ладонью Ритины подрагивающие пальцы и виновато напомнил:
    – Ты сама говорила – Тайка чуть ли ни неделю с янтарем в обнимку спала. Пока на нужный мир не наткнулась. С двойником.
    – Так я ее поняла, – понуро кивнула Рита.
    Снова все замолчали. Илья с Ритой думали о скором приезде отца с матерью, предстоящее объяснение пугало. Они прекрасно понимали: никто им не поверит. Родители решат, что с Тайкой случилось самое страшное, бросятся в полицию и по знакомым.
    Рита судорожно вздохнула: мама с ума сойдет от тревоги! Она никогда им не простит, что не усмотрели за младшей сестрой. И будет права.
    Илья же представил свой разговор с разъяренным отцом и окончательно помрачнел. Слезы матери, страшные дни, когда из полиции будут бубнить в трубку одно и то же – «нет», «пока ничего неизвестно», «ищем, не волнуйтесь», «сразу же позвоним, как только…»
    Илья стиснул зубы, он в жизни не чувствовал себя таким виноватым. И таким беспомощным. Он отошел к подоконнику, чтобы не видеть несчастное личико сестры. Ритка явно собиралась разрыдаться.
    Если бы слезы могли помочь!
    Илья грустно усмехнулся: вообще-то с Тайкой скучать не приходится. Когда она маму в последний раз на уши ставила? С год назад, кажется, когда отправилась в путешествие, едва начались летние каникулы. Правда, не одна, с одноклассниками.
    В те дни родителям приходилось легче, все-таки почти двадцать неуправляемых огольцов, кто их тронет? А вот сейчас…
    «Нет уж, – угрюмо подумал Илья. – Нужно как-то пережить это время. И лучше всего, чтобы мама с папой ничего не узнали. Ну, пока мы не вернем домой Тайку. А вот как вернем…»
    Илья непроизвольно сжал кулаки, представив, как лично оттаскает противную девчонку за уши. Или за рыжие кудри. Или отшлепает. Или…
    Илья усилием воли прервал перечень садистских наказаний, ожидающих младшую сестру в родных стенах. Взлохматил светлые волосы и сказал:
    – К черту все! Придется этому пацану под Тайку какое-то время косить! – Он помолчал и со смешком добавил: – Хорошо, наши лишь завтра вечером вернутся. Хоть время поднатаскать его будет.
    Рита, чьи мысли почти полностью совпадали с мыслями брата, просияла: неизбежные объяснения с родителями можно на время отложить.
    Она с благодарностью посмотрела на Илью и поддакнула:
    – Ты прав. К тому же завтра ему не обязательно с мамой встречаться. Он может пораньше лечь спать. Скажем – набегалась Тайка, мол, устала…
    – А школа?! – внезапно вспомнил Илья.
    Рита раздраженно отрезала:
    – Пересидит на уроках как-нибудь!
    Однако это Илью не убедило. Он по-прежнему смотрел встревоженно. Да и Сергей помрачнел. Нервно забарабанил пальцами по столу, он тоже о школе совсем не подумал.
    Рита с досадой буркнула:
    – Не сходите с ума! Ну, притащит двойку-другую, будто Тайка уроков не приготовила, с кем не бывает?
    Илья перевел дыхание и кивнул:
    – А невмоготу станет, слиняет из школы.
    – Точно. Пока до родителей дойдет, глядишь, и Тайка на месте будет.
    Романовы переглянулись. Рита невольно хихикнула:
    – Пусть потом разгребает свои двойки, лахудра рыжая!
    – Не повредит, – коротко сказал Илья.
    Брат с сестрой одновременно встали из-за стола и гипнотизирующе уставились на хозяина. Сергей увидел две пары практически одинаковых темно-синих глаз, гости смотрели в упор.
    Сергея качнуло, он вцепился обеими руками в столешницу и испуганно пробормотал:
    – В чем дело?
    Илья фыркнул. Рита чарующе улыбнулась и предельно ясно пояснила:
    – Не нам же с этим жутким княжичем объясняться? У вас лучше получится!

Глава 14
Невольная мученица

    На восьмом круге вокруг маленькой деревни, где они с Жоркиным учителем переночевали, Тайка почти перестала злиться на двойника. Задыхаясь и хватаясь руками за бок, в котором что-то мучительно кололо и болело, она еле слышно бормотала:
    – Елки-палки… От такой-то жизни…. Кто хошь слиняет…
    Она в жизни себя так отвратительно не чувствовала!
    В эти секунды Тайка мечтала не только сбежать. Ее и смерть не пугала. Ведь если сейчас упасть замертво, Тайкина каторга наконец кончится, а противный старик останется не у дел.
    Девочка горестно вздохнула и испуганно замерла, услышав, как в груди что-то жалко хрипит и булькает. И воздуха Тайке не хватало, хотя она дышала не только носом, но и со свистом втягивала воздух ртом. Ей стало до того себя жаль, что она по-щенячьи заскулила, а из глаз мгновенно брызнули слезы: «Нет, за что?!»
* * *
    Бессовестный Жоркин учитель поднял Тайку сегодня ни свет ни заря. Еще и деревня не проснулась, а ведь Тайка где-то читала: тут встают очень рано. Якобы сельское хозяйство любит «жаворонков». А она, Тайка, всегда обожала поспать!
    Утром ее буквально стащили с кровати. Жестокий старик Тайкин жалкий лепет и слушать не стал. Силой выгнал из-под одеяла и счел, что разбудил.
    Тайка зябко поежилась: мало того, этот садист заставил ее снять рубаху! Потом перетянул Тайкины кудряшки какой-то простенькой полотняной лентой и приказал заняться… как это? О-о – утренней пробежкой!
    Девочка застонала: с этого кошмарного дня – ежедневной. Мол, в здоровом теле – здоровый дух. И чуть ли не пинком выставил ее на улицу. Почти голой! В одних… э-э… портках! С дурацкой лентой в волосах, но босиком!
    Тайка и в себя-то прийти толком не успела. Вообще плохо понимала, что происходит. Может, надеялась, что все ЭТО снится. Оказавшись за дверью, Тайка обомлела: еще и не рассвело по-настоящему, деревню едва можно было разглядеть. Поднять ее в такую рань!
    На востоке солнце только-только позолотило верхушки деревьев. Деревянные избы практически плавали в густом тумане, поднимавшемся от реки. Дом на противоположной стороне улочки с трудом просматривался, а деревья у крыльца казались бесформенной серой массой.
    Впрочем, долго задерживаться у порога Тайке не позволили. Рассерженный Жоркин учитель бесцеремонно подтолкнул ее в спину и приказал бежать. Сию же секунду! Заявил – незачем терять зря время. Ничего дороже его на белом свете не существует. Выбрал, называется, самый подходящий момент для нотации!
    Тайка угрюмо покосилась на силуэт громадного пса, медленно выплывающий из предрассветных сумерек. Его талантов, как недавно поняла потрясенная девочка, осознать и счесть невозможно.
    Сейчас, например, Тайфун успешно исполнял роль надсмотрщика. Перед ним на обочине проселочной дороги лежали две горки мелких камней. Как только Тайка, обливаясь по`том и задыхаясь от непривычных усилий, поравнялась с ним, отвратительный пес невозмутимо перекатил из правой кучки в левую один голыш.
    В правой, к Тайкиному ужасу, оставались еще пять!
    Жульничать, как недавно поняла девочка, было совершенно бесполезно. На четвертом круге смертельно уставшая Тайка попыталась. Отбежала подальше от пса, отдышалась и хорошенько поразмыслила. Потом срезала путь деревней и вернулась снова к дороге, якобы завершая круг. На Тайкин взгляд все выглядело абсолютно достоверно. Даже по времени.
    И что же? Эта черная громадина купилась? Куда там! Лишь фыркнула насмешливо и небрежным броском вернула в правую кучку целых два камушка.
    У несчастной Тайки в глазах потемнело – лишних два круга! Она сжала кулаки и возмущенно запротестовала:
    – Считать разучился?! Всего один круг должен быть не засчитан! Понимаешь, один! Те три круга – честные! Абсолютно!
    Тайка напрасно пыталась договориться с Тайфуном. Лиловые глаза лишь нехорошо вспыхнули. Крупная когтистая лапа дрогнула и демонстративно потянулась к последнему камню, оставшемуся с левой стороны. У Тайки едва сердце не остановилось от ужаса.
    – Не тронь! – тоненько взвизгнула она. – Бегу уже!
    Тайка жалко всхлипнула: несправедливость происходящего обескураживала. Она поправила на лбу промокшую от пота повязку и с трудом потрусила дальше, имитируя требуемый Наставником бег. При этом хрипела словно ожиревшая болонка, выведенная соседской старухой на прогулку.
    Бежала и с ненавистью думала: «Десять кругов – явный перебор. А с проколом – так все тринадцать. Я не добегу. И пусть. Хорошо бы упасть прямо сейчас, чтобы больше не мучиться…»
    Особенно Тайку возмущало поведение Тайфуна. На ее взгляд, эта гора черной шерсти – скорее дьявол, чем обычный, добропорядочный домашний песик. Представьте – мохнатое слонообразное ни разу не ошиблось! Не перекинуло, скажем, вместо одного камня – два. И камень Тайфун отбрасывал, лишь когда Тайка равнялась с ним, ни раньше, ни позже. Разве такое возможно, а? Разве это собака?!
    Утешало Тайку одно: Тайфун не жульничал. Ну, не считая штрафных камней, что, само собой, наглое самоуправство. Тайка горько засопела: и не пожалуешься. Как она поняла, ответ за попытку обмана здесь предельно прост – очередная порка. За Наставником не заржавеет.
    Тайка угрюмо усмехнулась: как там? Такое поведение недопустимо для будущего князя? Черт! Ну, пусть бы Жорка мучался, она-то при чем?!
* * *
    После скудного завтрака – он состоял всего из ломтя хлеба, кружки чистой воды и яблока – настроение ничуть не улучшилось.
    По-прежнему голодная Тайка разочарованно пошлепала себя по впалому животу. Укоризненно покосилась на старика и пробормотала:
    – С такой пайки побегаешь, как же!
    Наставник на ее выразительное кряхтенье и не менее выразительные взгляды никак не реагировал. Хмуро осмотрел влажные после купания Тайкины плечи – воспитаннице пришлось по его приказу несколько раз окунуться в мелкую, но довольно холодную местную речушку – и изрек:
    – Доигрался! Хотел же Бравлин на тебя браслет надеть, так нет, пожалел, старый дурень.
    – Какой еще Бравлин? – буркнула Тайка.
    И опять с вожделением покосилась в сторону почти нетронутого стариком хлеба. Она и со своего места чуяла его восхитительный запах. В ЕЕ мире у хлеба не было такого запаха!..
    Тайфун, не спускающий с Тайки настороженных глаз, понимающе фыркнул. Она гулко сглотнула – в жизни так есть не хотелось – и негодующе подумала: «Защитничек, тоже мне!»
    – Не помнишь Бравлина?! – ахнул Наставник.
    Тайка пожала плечами и привычно огрызнулась:
    – В сотый раз повторяю – не Жорка я!
    – Пока, пожалуй, и так, – с тяжелым вздохом признал старик.
    Тайка отыскала пару крошек, бережно собрала их и сунула в рот. Он мгновенно наполнился слюной, в желудке неприятно заурчало. Пытаясь перебить мысли о еде, Тайка угрюмо спросила:
    – Так кто он, ваш Бравлин? И что за браслет он хотел нацепить на Жорку?
    – Бравлин – придворный чародей. А браслет, – старик подавил вздох явного сожаления, – лишил бы тебя на время путешествия магических способностей.
    – Да ладно вам, – хмыкнула Тайка. – Какая там магия? Объясняла ведь – камень во всем виноват. Обычный камень. Этот… как его? Янтарь, вот!
    Почему-то упоминание о янтаре Наставнику совсем не понравилось. Даже встревожило. Он сдвинул седые брови и сурово поинтересовался:
    – Янтарь? Откуда он у тебя? Выкрал у ма– га? – И вдруг приказал: – Ну-ка, давай его сюда. Нашел игрушку!
    – Родить, что ли, прикажешь? – вяло огрызнулась Тайка. – Он дома остался.
    – Георгий, – старик угрожающе приподнялся, – попридержи язык!
    Тайка вздрогнула: уж слишком раздраженно смотрел на нее Жоркин учитель. И слишком выразительно шевелились его узловатые пальцы, словно невидимые розги пытались нащупать.

    Тайка невольно осмотрелась: ну и глушь! От деревни они с дедом отошли километров на семь, не меньше. Завтракали на берегу быстрой и довольно глубокой реки, Тайке именно здесь пришлось принимать так называемые водные процедуры.
    Завтрак – ха! Просто расстелили прямо на траве чистую полотняную тряпку. Ни чая, ни каши, ни колбаски, ни сыра.
    И ни одной живой души рядом! Тайка раздраженно фыркнула: не считая троицы – как выразился дед – «братьев наших меньших»: странного пса по имени Тайфун, невозмутимо пасущегося чуть в стороне ослика и дремлющей на нем вороны. Тайка зло покосилась на них: эти уж точно не заступятся, даже если старик с нее шкуру спустит. Даже Марфа. Предательница!
    Тайка случайно наткнулась взглядом на ивняк, густо растущий над речкой, и слегка побледнела. Вдруг отчетливо поняла: после следующей порки она сидя завтракать уже не сможет. Ягодицы и без того прилично саднило.
    Тайка решила отступить. Смиренно сложила руки на коленях и пробормотала:
    – Да, пожалуйста. Молчу. Буду нема, как рыба.
    – Нем, Георгий, – гневливо поправил Наставник. – Ты понял? Нем, а не нема! Что бы ни случилось, ты – будущий князь. Надежда наша и опора. Не забывай об этом!
    Старик подошел к Тайке и размял ее плечи сухими, чуткими пальцами. Потом пощупал мышцы ног. Девочка вскрикнула от боли, икры словно судорогой свело. Лицо Жоркиного учителя скривилось.
    – Позор, – негодующе выдохнул он. – Кисель, не мышцы. Сколько лет прахом пошло из-за глупой выходки! – И старик убито простонал: – Единый, что ж я князю скажу, чем оправдаюсь?!
    Он в сердцах оттолкнул растерянную Тайку и глубоко задумался. Потом подозвал к себе пса, пристально посмотрел на него и что-то шепнул. Глаза Тайки округлились: невероятная псина кивком дала понять, что все поняла!
    «Интересно, что именно хочет от собаки дед?»
    Тайфун внезапно оглянулся на Тайку и предупреждающе рыкнул, демонстрируя страшные клыки. Она невинно захлопала ресницами. Жоркин учитель почему-то усмехнулся.
    Тайфун Тайкиному смирению не поверил. Еще раз бросил на нее грозный взгляд и торопливо прорысил к лесу. Темные старые ели плотной стеной стояли в километре от них. Колючие ветви сплетались. От ельника тянуло сыростью и холодом.
    Тайка неверяще проводила пса глазами: неужели осталась одна? Старика можно не считать, уж от него-то она сбежит запросто. Пока «милой» собачки рядом нет, ему в жизни ее не догнать.
    Стараясь скрыть радостное возбуждение, Тайка с деланым равнодушием спросила:
    – Куда это он? Помчался разыгрывать волчару? Надолго, нет?
    Наставник хрустнул костяшками пальцев и рассеянно, продолжая думать о своем, объяснил:
    – С его-то нюхом не задержится, не волнуйся. Травку одну поищет. Сейчас как раз сезон – она цветет. Нам повезло.
    Тайка разочарованно вздохнула: соблазнительной идее – прощай, свобода! – не дали даже оформиться.
    – Какую травку? – уныло поинтересовалась она.
    – Александрит. Долго пояснять.
    – Нет уж, поясни, будь любезен!
    Тайке вдруг стало не по себе. Ей совсем не понравилось, что Жоркин учитель упорно отводит взгляд в сторону. С чего бы, а? Встревоженная Тайка решила понять все до конца. Почему-то слова коварного старика «нам повезло», доверия не внушали. Ну совершенно!
    Тайка возмущенно фыркнула: «нам» – это кому? Уж не ей ли? И зачем ей это везение, что оно даст? Она украдкой покосилась на лес: может, все же пришла пора плюнуть на изумительный нюх местного монстра и сделать ноги? Сбежать, короче. Пока не поздно.
    Мало ли, что за травка? Вдруг – Тайка невольно скосила глаза вниз – с этого зелья она обернется пацаном? Елки, да запросто! В этом-то сумасшедшем мире! «Мне это нужно? – лихорадочно размышляла Тайка. – Вот уж вряд ли! И потом – что дома скажут? Зачем им вместо меня мальчишка?!»
    Тайка снова оглянулась на лес. Бегство неожиданно показалось единственным спасением.
    – Что за травка? – хриплым от волнения голосом переспросила Тайка.
    – Как тебе сказать… – вяло пробормотал старик.
    – Прямым текстом, – отрезала девочка.
    Наставник удивленно посмотрел на ее побледневшее лицо и одернул:
    – Не нервничай. Не кисейная барышня. Будущий князь все-таки. Хоть и…
    Он тяжело вздохнул, но продолжить не решился. Тайка возмутилась:
    – Я что, не могу получить ответ на простейший вопрос?!
    – Почему, можешь.
    – Так говори!
    – Если ты настаиваешь…
    – Да!!!
    Старик неодобрительно покосился на строптивую воспитанницу и неохотно пояснил:
    – Судя по всему, последствия твоего… гм… ну… может, и вполне невинного чародейства, много шире, чем мне вначале показалось.
    Рот Тайки непроизвольно открылся. В голове молнией мелькнуло: «Елки, да что же это? У меня с перебросом рога выросли или как?»
    – Не пугайся, Георгий, – успокаивающе хлопнул ее по плечу старик. – Ничего невосполнимого, клянусь тебе.
    – О чем ты? – просипела Тайка.
    Она в панике шарила глазами по своему полуобнаженному телу и ничего не понимала. Все выглядело как обычно. На первый взгляд. Так какие последствия?!
    Тайка криво усмехнулась:
    – Копыт вроде нет…
    – По-прежнему способен на шутку – прекрасно, – одобрил Наставник. – Значит, дух не сломлен, уже неплохо.
    – Слушай, не тяни, а? – взмолилась заметно испуганная девочка. – Скажи, за каким… хреном ты послал пса?
    – Не за хреном, – возразил старик, – за александритом. Именно его отвар в экстренных случаях дают бойцам. Чтобы улучшить реакцию.
    – Я не боец, – неуверенно запротестовала Тайка.
    – Будущий князь не может не быть бойцом, – строго перебил Наставник. – Причем – лучшим бойцом в своем княжестве. – Он гневно посмотрел на девочку. – Чтобы ничего подобного я больше от тебя не слышал!
    Тайка, пряча глаза, покорно кивнула. Она прекрасно понимала: ее мнение в расчет принимать не станут.
    Старик уже спокойнее сказал:
    – Ну вот, не дал договорить. О чем это я? – Он потеребил седую косичку. – Ах да! Этот отвар и для ученичества незаменим.
    Тайка смотрела вопросительно. Жоркин учитель немного помялся и признал:
    – Если на него нет времени. Как в твоем случае.
    Тайка помрачнела. Старик виновато пояснил:
    – Понимаешь, он максимально улучшает память. Мышечную тоже. Ты за неделю-другую больше усвоишь, чем за несколько лет. И до автоматизма. Правда…
    – Что – правда? – еле слышным шепотом отозвалась девочка.
    – И расплата не так уж мала.
    – Какая расплата?!
    – Ну… ничего страшного, иначе бы не предложил эту травку.
    – А если конкретнее? – ледяным тоном поинтересовалась Тайка.
    Старик снова отвел взгляд в сторону.
    – Потом месяц-другой…
    – Что?!
    – Э-э… ни на что серьезное человек не способен. Я имею в виду умственные усилия. – Он вздохнул. – Видишь ли, от такой солидной нагрузки мозг как бы устает.
    – Так что, я дурочкой стану? – испугалась Тайка.
    – Не дурочкой, дураком!
    Жоркин учитель раздраженно шлепнул по кудрявому, еще влажному рыжему затылку. Тайка отпрянула.
    – Сколько раз повторять: ты – мужчина!
    – Ага, разбежался, – мрачно пробормотала девочка. – Будто от твоих слов что вырастет…
    – Как сказал? – с подозрением посмотрел на нее чуть глуховатый Наставник.
    – Да понял я, понял! Пацан я!
    – Хорошо. Раз понял, продолжаю. Так вот, дураком ты, конечно, не станешь. Некоторая заторможенность – это да, но ничего страшного. И – подчеркиваю – временно!
    Над импровизированным столом повисла тяжелая тишина. Старик старательно делал вид, что все в порядке, и ничего особенного с его воспитанником не произойдет. Тайка тоскливо прикидывала, что же это за «заторможенность». Слово казалось знакомым, но вот смысл упрямо ускользал, и это пугало. Наконец она почти равнодушно буркнула:
    – Тогда зачем все это? Я про травку. Раз заторможенность, то-се…
    – Я не имею права оставить тебя беззащитным, – неожиданно рассердился старик.
    – Беззащитным! – горько усмехнулась Тайка. – А что толку от такой защиты?! Сам сказал – заторможенность.
    – Георгий, не смей перебивать! Что за неуважение к старшему?!
    Тайка отвернулась. Немного помолчав, старик сухо закончил:
    – Я сказал – в мыслях. А действовать – имею в виду бой – будешь почти автоматически. В бою реакция останется прежней. То есть сегодняшней.
    – Автоматически – это как зомби, что ли? – не поняла Тайка.
    – Считай так, – сдался Наставник.
    Тайка сдвинула рыжие брови, размышляя о последствиях. О Жорке она вспомнила с неожиданным сочувствием – сама удивилась.
    Старик зачем-то еще раз пощупал ее мышцы и с заметным отвращением заявил:
    – Нет, кошмар какой-то! И это – будущий светлейший князь…
    – Да помню я! Опора наша и защита, – сварливо дополнила Тайка.
    И в который раз подумала: «Во влипла!»
    Что ее ждет в ближайшем будущем, Тайка успела понять до возвращения Тайфуна. И пожалела, что не решилась на побег.
    Жоркин учитель оказался надсмотрщиком куда более жестким, чем его страшный пес. Еще полчаса назад Тайка бы этому не поверила, но теперь…
    Когда обливающаяся потом Тайка на девятом отжимании попыталась упасть, ей не позволили. Она подозревала, что ей бы не позволили даже умереть!
    Целая связка гибких ивовых прутьев сделала невозможное. Как только отвратительный старик потряс перед Тайкиным носом свежесрезанными розгами, у нее открылось второе дыхание. А потом третье, четвертое и даже пятое.
    После отвратительной демонстрации прутьев Тайка смогла сделать целых семнадцать отжиманий, прежде чем потеряла сознание.
    Ничего себе – скрытый резерв!

Глава 15
Жорка у Романовых

    Смертельно уставшему Илье никак не удавалось заснуть. Он лежал в постели, прислушиваясь к звукам телевизора – отец смотрел футбол – и завидовал ему. Счастливый! Ничего не знает! Для отца – Тайка дома, спокойно спит у себя в комнате.
    Илья прокручивал в памяти прошедшие два дня и тихо радовался, что судьба не наградила его младшим братом. Мысль, что Тайка запросто могла родиться мальчишкой – ведь они с Жоркой двойники – вызывала у Ильи неконтролируемый ужас. Он не допускал и возможности неудачи с обменом. Лучше сразу повеситься!
    Илья поморщился, вспоминая: «Что там было-то? Ну, после совещания на кухне?» И криво усмехнулся – эти два дня оказались настолько насыщенными, что вернуться к вечеру субботы не так-то просто. Голова буквально пухла от всех проблем, появившихся одновременно с гостем.

    Для начала Сергей попытался убедить рыжего мальчишку, что перед ним не враги. И его появление здесь – не козни злобных соседей и совершенно неизвестного Сергею князя Игоря. Мол, это просто трагическая случайность, о которой все присутствующие страшно сожалеют. Рита с Ильей после слов Сергея согласно закивали: жалеют и еще как сильно!
    Жорка верить не хотел. Илья с Ритой лишь зубами скрипели, рассматривая его упрямую физиономию. Каждая – Тайкина! – веснушка пылала от ненависти к неожиданным «врагам», карие глаза светились как угли.
    Когда же хозяевам показалось, что гость наконец сдался, они расслабились и сделали ошибку. Наивный Сергей – а ведь не четырнадцать лет, мог быть и умнее! – неосторожно разрезал на госте липкую ленту, и все началось сначала.

    Илья дотронулся до царапины на левой щеке – до сих пор саднящей! – проинспектировал кровоподтек под правым глазом и простонал:
    – Черт! Ну и фингал!

    В новой драке повезло лишь Рите. Пока рыжий гость крошил остатки мебели и нивелировал внешность мужской половины «презренных пособников князя Игоря», женская сумела отпугнуть гостя оглушительным визгом. Перепуганная Рита кричала так пронзительно, что от нее шарахались даже Илья с Сергеем.
    Неизвестно чем закончилась бы эта бойня, растерянных хозяев выручила случайность. Когда пришелец перелетел через голову Сергея в очередном изумительнейшем кульбите, молодой человек не выдержал. Обернулся к Илье – он спасался на полу – и потрясенно воскликнул:
    – Ты говоришь, он – внешне точная копия вашей Тайки? Девчонки?!
    Глаза рыжего мальчишки расширились от удивления. Гость, как показалось оцепеневшему Илье, завис на несколько долгих секунд прямо в воздухе. Потом мягко опустился на пол и совершенно спокойно переспросил:
    – Таисия? Романова?
    – Ну да, – почти прорыдала распластавшаяся по дальней стене Рита. – Наша младшая сестра…
    – Сестра?! – Гость недоверчиво посмотрел на нее. – У принцессы нет сестер!
    Илья крякнул. Сел поудобнее и бережно ощупал приличную шишку на затылке.
    Рита молчала. У нее появилась робкая надежда, что эти трое не убьют друг друга.
    Сергей, опасаясь спугнуть неожиданную удачу, осторожно сказал:
    – Э-э… В твоем мире, наверное, нет, а в нашем…
    – Что – в вашем? – перебил мальчишка.
    – В нашем мире у нее не только сестра есть, но и брат.
    Золотистые брови поползли вверх.
    – Этот смерд – ее брат?!
    – Почему – смерд? – оскорбленно пропыхтел Илья.
    Он безуспешно пытался собрать в кучку свои несчастные кости и подняться хотя бы на четвереньки. Избитое тело ныло так, словно Илью только что пропустили через гигантскую мясорубку. О многочисленных ссадинах и синяках Илья старался не думать. Пока.
    – Будущий князь должен уметь драться, – высокомерно выдал пришелец. – А ты – бревно. Мешок с ослиным дерьмом!
    – Что?! – взвыл, не верящий собственным ушам Илья.
    – Что слышал, – невозмутимо отрезал рыжий. – Вам меня не обмануть!
    – Послушай… – забормотала Рита. – В нашем мире все по-другому…
    – Голубая кровь в любом мире – голубая кровь! Как и простолюдины в любом – простолюдины!
    Илья с Сергеем растерянно переглянулись. Они не знали, что сказать на эту сомнительную сентенцию. Простолюдины – с ума сойти!
    Потрясенная происходящим Рита словно спала. Сползла по стене на пол и теперь бездумно глазела на Тайкино подобие. Ни одной мысли в голове!
    Невероятный мальчишка рассматривал хозяев с нескрываемым презрением. Весь его вид красноречиво говорил, что` именно он думает о принадлежности Риты с Ильей к весьма уважаемому роду Романовых. И о наглом утверждении, что они приходятся братом и сестрой принцессе Таисии.
    Гнетущую тишину решился нарушить лишь Сергей. Откашлялся и хрипловато произнес:
    – Веришь ты или нет, это ничего не меняет. Тайка Романова все равно им сестра. А ты – выдернут из своего мира в наш.
    Мальчишка побледнел. Взлохматил рыжие кудри и зло выдохнул:
    – Зачем?
    – Что – зачем? – не понял Сергей.
    – Зачем выдернут?
    – Ошибка, понимаешь ли, вышла, – тяжело вздохнул хозяин квартиры. И с видимой грустью пояснил: – Мы Тайку вернуть пытались.
    – Точно!
    Илья все-таки взгромоздился на четвереньки и теперь полз к ближайшей диванной подушке. Она казалась возмутительно далекой. Он задел разбитой коленкой о люстру и охнул от боли. Помассировал ногу и возмущенно прорычал:
    – Откуда… ой! Откуда на тебе ее шмотки?
    – «Шмотки»? – озадаченно наморщил лоб гость.
    – Ну, одежда, – услужливо подсказала из своего угла Рита. – На тебе Тайкина одежда, поэтому ты сюда и попал.
    Мальчишка неожиданно жарко вспыхнул и потрясенно пробормотал:
    – Как это – из-за одежды?
    – Понимаешь, – Сергей попытался на взгляд определить размеры понесенного ущерба, но не смог. Тяжело вздохнул и понуро продолжил: – Вы же двойники. Единственное отличие меж вами – тряпки. Вот мы по ним и ориентировались.
    – Как они… ой! – к тебе попали?
    Илья наконец добрался до подушки и с огромным облегчением утвердил свое многострадальное, избитое тело на чем-то мягком.
    Гость вдруг опустил голову. Его и без того красные щеки заполыхали так, что многочисленные веснушки стали практически неразличимы.
    – Поменялись, – почти кротко сказал он.
    – Зачем? – искренне удивился Илья и поморщился: при разговоре ныли невидимые ссадины на физиономии.
    – Так, – преувеличенно невинно пробормотал гость. – Хотели моего Наставника разыграть. Чтобы он ее за меня принял.
    – Разыграли? – с невольным любопытством поинтересовалась Рита.
    – Спрашиваешь! – воскликнул Илья.
    Живое подобие Тайки почему-то промолчало, лишь кивнуло.

    Этот момент, как сейчас понимал Илья, оказался переломным. Дальше разговор пошел почти спокойно. Ну, если не считать периодически издаваемых гневных воплей типа: «Как ты смеешь, смерд?!» Или – «Это ты кому?!», «Это чтобы я?!», «Да ты знаешь, с кем говоришь??!!»
    Когда до рыжего мальчишки дошло, что возвращение зависит только от него самого, а здешний маг, то бишь Сергей, абсолютно бессилен, он заметно успокоился. И янтарь принял из рук Ильи с нескрываемым благоговением. В его мире этот камень считался волшебным и стоил огромных денег.
    Илья угрюмо усмехнулся: на этом удача закончилась. Робкие надежды на обмен – здесь и сейчас! – рухнули моментально. Рита даже заплакала с досады. Как будущий светлый князь ни вертел камень, как ни всматривался в него, все было бесполезно. Он ничего кроме самого янтаря не видел.
    Пришлось перейти ко второму варианту – временному внедрению беспокойного пришельца в семью Романовых. Как Тайки.
* * *
    Что проблем с гостем будет много, никто не сомневался. Они начались практически сразу же, за первым совместным ужином. Счастье еще, что родители были на даче. Ничего не видели и не заподозрили неладного. Повезло и Сергею, все происходило уже в квартире Романовых.
    В субботу вечером ребята за столом оказались одни. В общем-то, ужин ничем не отличался от обычного. Если бы не пришелец.
    Рыжий мальчишка уселся на Тайкино место довольно спокойно. Лишь руки выдавали его волнение. Илья заметил, как подрагивают тонкие сильные пальцы и как гость украдкой изучает незнакомую обстановку.
    Наконец Жорка обнаружил перед собой тарелку с пельменями. Потянул носом и брезгливо скривился. Посмотрел на Риту и спросил:
    – Что ЭТО?
    – Елки, пельменей не видел, – пробормотал Илья.
    Гость в его сторону и глазом не повел.
    – Ужин, – обреченно пояснила Рита. Подцепила пельмень на вилку и сунула в рот. – Вкусно, ешь!
    Мальчишка проводил пельмень подозрительным взглядом, к своей порции и не притронулся. Взял со стола высокий стакан с апельсиновым соком, понюхал и снова скривился. Потом поднялся и выплеснул сок в раковину. Наполнил стакан холодной водой прямо из-под крана и стал пить.
    Брат с сестрой ошеломленно переглянулись. Илья пожал плечами и шепнул сестре:
    – Плюнь. Захочет жрать, попросит.
    – Э-э… Жора!
    Гость талантливо изобразил глухонемого. Рита покраснела и пролепетала:
    – Ну… Георгий!
    Рыжие ресницы едва заметно дрогнули. Ободренная первым успехом Рита воскликнула:
    – Не хочешь пельмени, и ладно. Я тебе ветчины дам. Будешь?
    Однако блюдце с тонко нарезанной, абсолютно свежей ветчиной было также презрительно отодвинуто в сторону.
    Девочка вспыхнула и растерянно посмотрела на брата. Илья снова пожал плечами. Нервно фыркнул и продолжил с аппетитом расправляться со своей порцией. Демонстративно забрасывал в рот пельмень за пельменем и громко чавкал.
    Мол, мы не царского рода, даже не княжеского – и плевать. Зато нам все можно. Хоть чавкать.
    У Риты нервы оказались не столь крепкими, девочка едва не плакала.
    – Может, печенье? Или масло шоколадное? – жалобно предложила она, расстроенная непонятными капризами гостя.
    Жорка не реагировал. Неспешно, крошечными глотками пил свою воду и молчал. Девочка суетливо намазала половинку булочки маслом.
    – Возьми. Это вкусно.
    Рыжий нахал промолчал. Поставил пустой стакан на стол и невозмутимо направился к выходу. Рита всхлипнула. Забытая булочка упала на стол. Естественно, шоколадным маслом вниз.
    Илью все это достало, он разозлился. Сжал кулаки, смерил отвратительного мальчишку ненавидящим взглядом и разъяренно рявкнул:
    – Эт-то что за демонстрация?!
    Бедная Рита подпрыгнула от неожиданности на своем стуле и заплакала в голос. Гость и не вздрогнул, лишь холодно поинтересовался:
    – О чем ты?
    Илья стукнул кулаком по столу. Его собственный стакан с апельсиновым соком опрокинулся, оранжевый ручей шустро побежал по столешнице на пол. Рита прекратила рыдать и схватила губку.
    Илья виновато покосился на сестру и грозно прошипел:
    – Почему не ешь?
    – На ночь? – Рыжий паршивец смерил хозяев снисходительным взглядом и презрительно улыбнулся. – Я не простолюдин. Это у них желудок на первом месте. – Немного помолчал и изрек: – Меня учили: завтрак съешь сам, обед раздели с другом, ужин отдай врагу.
    Рита уронила губку. У нее покраснело не только лицо, но и шея! Ведь Рита вечно напоминала себе о диете. Прекрасно знала, что после шести вечера есть нельзя, но… ела! И объясняла все слабой силой воли. Однако никак не плебейской кровью, как заявил невозможный мальчишка.
    Рита отодвинула почти нетронутую тарелку подальше и поклялась себе с этого вечера начать новую жизнь. Чтоб рыжий княжич не думал, что у нее желудок на первом месте.
    Илья ошеломленно открыл рот, но с ответом сразу не нашелся. Чем Жорка тут же и воспользовался – преспокойно вышел из кухни. Рита в результате осталась голодной, а Илья переел. От злости он съел и Ритину порцию. Что ей пропадать?

    А потом?
    Проблема за проблемой! И каждая решалась немалой кровью. Само собой, не Жоркиной, а его, Ильи. «Хорошо еще, – угрюмо усмехнулся Илья, получше взбивая подушку, – что Тайка юбкам всю жизнь предпочитала джинсы. Иначе бы совсем пропали…»
    Это веснушчатое чучело и без того еле-еле уговорили временно побыть в роли девчонки. Жорка, видите ли, считал подобное «лицедейство» ниже своего достоинства. Как же – будущий глава великого княжества! Сергей с трудом убедил его попробовать. И не ломать чужие жизни.
    Илья нахмурился – к черту! В конце концов, это и справедливо. Наверняка бедная Тайка сейчас отдувается за высокомерного княжича в его мире. И хорошо, если ей так же «тяжело», как ему.

    И ведь Илья не знал, насколько он прав, и не мог видеть свою младшую сестру!
    Тайка, в отличие от своего счастливого двойника, не имела в этот момент даже крыши над головой. Лежала, свернувшись плотным клубочком под высокой сосной, и жалобно поскуливала во сне. У нее нестерпимо ныли натруженные за день мышцы.
    Неудивительно. Из Тайки уже который день делали бойца. Труд оказался тяжким, вечерами смертельно уставшая Тайка еле живой добиралась до постели. Об отдыхе строгий Жоркин учитель и не помышлял. Торопился уложиться в максимально короткий срок. Якобы из соображений безопасности. И уж Тайкино мнение на этот счет интересовало его меньше всего.
* * *
    В понедельник утром Рите с Ильей снова повезло. Родители ушли на работу и к Тайке не заглянули: как всегда, поджимало время.
    Зато Илья, вошедший в детскую сразу после звонка будильника, оторопело застыл в дверях. Не будем скрывать, ему было на что посмотреть: абсолютно голый – даже без подобия каких-нибудь плавок или набедренной повязки – мальчишка увлеченно занимался утренней зарядкой. Если, конечно, его жуткие упражнения можно так назвать!
    Когда гость закончил очередной выпад и в глазах Ильи перестало рябить от его молниеносных движений: прыжков, кульбитов, выпадов, растяжек и сальто – ошеломленный Илья наконец закрыл рот. Немного постоял на пороге, приходя в себя, и поспешно захлопнул входную дверь. Потом показал удивленному Жорке кулак и грозно зашипел:
    – Ты что, свихнулся? А если бы Ритка зашла? Или… – о, Боже! – а мать с отцом?!
    Жорка его волнения совершенно не понял. Отбросил со лба влажные от пота волосы и равнодушно буркнул:
    – И что?
    – Тайка ведь девчонка, скотина! Забыл, что ли?! А ты без трусов! – Илья заметил растерянность на веснушчатой физиономии гостя и ехидно поинтересовался: – Считаешь, подобное хозяйство могло у Тайки за ночь вырасти?
    – Понял. Можешь не продолжать.
    Илья криво усмехнулся: ну и выдержка! Мальчишка обернул тощие бедра полотенцем и невозмутимо посмотрел ему в глаза.
    – Мне нужно помыться.
* * *
    – Ну что, – Рита пододвинула поближе к Жорке еще теплые булочки с маком – завтракать тот не отказывался, – нашел свой мир?
    – Пока нет, – Жорка поднял на хозяев глаза и почти с восхищением воскликнул: – Зато сколько других видел!
    – Черт, – с досадой пробормотал Илья. – Жаль, что камень один.
    Рита раздраженно посмотрела на брата: еще не хватало, чтоб Илька пропал! Жорка пробубнил с набитым ртом:
    – Может, янтарь не твой камень?
    – Как это?
    – Не знаю. – Рыжий пришелец пожал плечами. – Но наш придворный маг утверждал: у каждого человека свои растения и камни. Пользоваться чужими опасно.
    Илья с Ритой озадаченно переглянулись. Девочка внезапно припомнила, что читала об этом. Мол, каждый человек имеет свой камень. И свое растение. Вроде бы все зависело, под каким знаком ты родился. Неужели и в другом мире так?
    Рита недоверчиво спросила:
    – Откуда знаешь, что именно янтарь – твой?
    – Меня к нему тянет. Значит, мой.
    – Ладно, хватит, – прервал бесцельный разговор Илья. – Пора в школу. – Он протянул гостю Тайкин ранец и криво улыбнулся. – Учебники мы с тобой вчера просмотрели, что-то ты знаешь. Одно прошу – не высовывайся. Просто пересиди.
    Рыжий мальчишка артистично приподнял правую бровь. Рита фыркнула. Илья грубо расшифровал сказанное:
    – Короче, попридержи свой язык! И не вякни в классе что-нибудь типа – «С кем говоришь, смерд?!»
    – Ага, – согласно кивнула Рита. – Забудь на время, что ты сын князя. У нас здесь это… ну… демократия!
    – Тайку подставишь, – мрачно заявил Илья.
    И с облегчением увидел, что гость неохотно кивнул. Последнее Жорке куда понятнее какой-то там «демократии».

Глава 16
Проблемы в школе

    Несколько дней прошли относительно спокойно. Поэтому, когда Илью с Ритой в пятницу пригласили в учительскую, они были неприятно изумлены. И даже напуганы.
    Романовым уже казалось – все обойдется. Замену младшей сестры в школе не заметят. Нечаянный гость вел себя почти прилично. Особенно при родителях. Отец с матерью свою младшую дочь просто не узнавали.
    Выдержка и ледяное спокойствие до сих пор маленькой Тайке были не свойственны. Как и поразительное трудолюбие. «Девочка» часами сидела над уроками. Она таскала книги не только из библиотеки, но и из комнат старших Романовых.
    Отец как-то заметил в руках десятилетней дочери учебник по химии за восьмой класс и не на шутку встревожился. Пошептался с матерью и тут же потребовал ответа со старшего сына. Он искренне считал – всему свое время.
    Путаные объяснения Ильи – мол, любопытная Тайка всерьез увлеклась йогой и срочно меняет стиль поведения – мать с отцом удивили, но на некоторое время успокоили. Именно на некоторое время. Ледяной панцирь младшей дочери им совсем не нравился.
    Оба скучали по веселым Тайкиным рассказам о школе, по ее звонкому смеху и бесконечным пререканиям по поводу и без повода.
    Тайка больше не висла у отца на шее, не требовала от него поцелуев в щечку после очередной пятерки и не выпрашивала денег на мороженое. К тому же не прогоняла его из-за компьютера.
    И к матери совсем не приставала. А раньше мама не успевала пристроиться на диване с книгой, Тайка тут же оказывалась рядом. Поудобнее укладывала голову на материнские колени и принималась болтать ни о чем. О друзьях, например. Или о драке с вредным Колькой. Или о поцелуе на большой перемене с Сережкой Гончаровым. На спор. Выспрашивала, что же в них особенного, в поцелуях. Раз всем нравится. А вот ей – не очень. Губы у Сережки мокрые. И сопит он сильно. Может, ей с другим мальчишкой попробовать? С Сашкой Опанасенко, скажем?
    Пораженные неприятной переменой в Тайке родители как-то опасливо притихли. Их даже не слишком огорчило исчезновение дивана. Отдали, мол, и ладно, давно пора было от него избавиться. И на следующий же день в детскую торжественно втащили великолепный мягкий уголок.
    «Тайке одиннадцатый год! – так сказала мама. – Можно подумать и о приличной мебели».
* * *
    В общем, на первый взгляд субботнее происшествие прошло незамеченным. И дома, и в школе. Но вот как долго удастся продержаться, сказать не мог никто. Рыжий пришелец оказался мало предсказуем. Впрочем, как и Тайка. Двойники! Этим все сказано.
    Взять хотя бы Жоркино отношение к технике. Трудно поверить, но десятилетнего мальчишку не заинтересовали ни телевизор, ни компьютер! Илья пытался увлечь гостя какой-нибудь простенькой игрой или хотя бы боевиком, но Жорка равнодушно бросил:
    – Мертво, плоско и поэтому скучно.
    И снисходительно пояснил, что придворный чародей демонстрирует им в своем магическом шаре любые сцены. Батальные или праздничные – без разницы. Настоящее, прошлое, будущее – придворному магу подвластно все. И эти сцены абсолютно живые. А не вымученная фантазия невидимого Жорке режиссера. Или убогая – программиста.
    Внезапно возникшее безразличие Тайки к компьютеру поразило родителей несказанно. Счастье, что Илье и его удалось временно списать на ту же йогу.
    Отец никак не мог ему поверить и вечерами все зазывал Тайку к компьютеру. Соблазнял новенькими, только что вышедшими играми и приходил в отчаяние от безразличия дочери. Он и сам стал меньше сидеть за компьютером, потерял интерес.
    Илье с Ритой повезло в другом: со школой особых проблем не возникло. Натаскан Жорка оказался ничуть не хуже сверстников, разве только языков знал намного больше. А физики и информатики малышам не преподавали.
    Робкая надежда, что все обойдется, росла у старших Романовых с каждым днем. Жорка кривился, посматривал на них с нескрываемым высокомерием, но четко выполнял все инструкции.
    Если бы не его непомерная гордыня и так называемая «физическая подготовка», Илья с Ритой и не волновались бы.
    Особенно Романовых беспокоили уроки физкультуры. Противный рыжий мальчишка был тощ – и этим от Тайки почти не отличался, – но поразительно жилист. Когда Илья наблюдал за его ежеутренними сомнительными упражнениями, ему становилось абсолютно ясно: маме видеть Жорку без одежды никак нельзя. Даже раздетым до пояса.
    Такие мышцы, как казалось Илье, просто не имели права на существование! Железо – не плоть. От любого движения они становились рельефными и бросались в глаза. Мама бы мгновенно их заметила.
    В общем, худо-бедно, но неделю они продержались. Угнетало Илью другое: Жорка никак не мог выйти на нужный мир. От своих ночных путешествий он совершенно ошалел и теперь смотрел на все максимально рассеянно. Илье временами казалось, мальчишка и этот мир иногда принимал за сон.
* * *
    Рядом с учительской брат с сестрой невольно притормозили. Входить им было страшно. Они почти не сомневались – секрет раскрыт. Сейчас их спросят – где же Тайка? И откуда взялся рыжий мальчишка? Может, у Тайки есть брат-близнец, о котором учителя раньше не знали? А если завтра в школу вызовут маму?!
    Рита застонала и прислонилась к стене, у нее подкашивались ноги. Девочка уже слышала свой жалкий лепет перед грозным завучем и видела его скептический взгляд. И пыталась подобрать приемлемое объяснение.
    «Может, правда, близнец? Мол, ходил в другую школу, теперь они решили с Тайкой сравнить их и выбрать одну. Якобы скучно учиться раздельно, вот и поменялись школами на время…»
    – Что могло случиться? Ведь уже пятница, – бормотал Илья, стараясь не встречаться взглядом с перепуганной сестрой.
    – М-может, они узнали, что Т-тайка – мальчишка? – озвучила Рита свои страхи и от волнения выбила зубами звонкую дробь.
    – Этого еще не хватало! – искренне возмутился Илья.
    – Ч-что тогда? – проскулила Рита.
    – Я знаю?! – рассвирепел Илья. – Может, зараза рыжая, побил кого? За ним не заржавеет, сама знаешь. Особенно, если кто задел сдуру его княжескую гордость.
    – Х-хорошо б-бы… – простучала девочка.
    – Что?!
    Илья посмотрел на родную сестру как на опасную сумасшедшую. Опомнился и угрюмо кивнул.
    – Ты права. Все лучше, чем…
    Он не договорил и осторожно приоткрыл дверь в учительскую. Рита побледнела и застыла рядом.
    Вначале Романовым показалось, что в помещении пусто. Обрадованный Илья решил было, что все обошлось. Но пол под его ногами предательски скрипнул, и над самым дальним столом поднялась всклоченная, тщательно перебинтованная голова.
    Илья непроизвольно попятился: пара хорошо знакомых глаз укоризненно уставилась на него.
    Оказывается, в учительской ждал учитель физкультуры – он вел занятия в младших классах – Иван Романович. Или, как обычно называли его ребята, Ванечка. Но в каком виде!
    – Ч-что… что случилось? – жалко пролепетал Илья.
    В его воображении уже мелькали жуткие в своей реалистичности сцены избиения рыжим пришельцем несчастного преподавателя и последующие объяснения с педсоветом и разъяренными родителями. Видения оказались настолько яркими, что потрясенный Илья крепко зажмурился и помотал головой.
    – И ты спрашиваешь? – с горькой укоризной пробормотал Ванечка и осторожно поправил марлевую повязку на голове.
    – Т-тайка вас избила, д-да? – громко всхлипнула за спиной онемевшего брата бледная до синевы Рита.
    – ??
    Голубые Ванечкины глаза стали огромными, как блюдца, и он совсем по-детски открыл рот. Учитель физкультуры на время даже забыл, зачем вызвал Романовых в учительскую, настолько его поразили Ритины слова.
    – Не Тайка? – Илья мгновенно оживился. Промакнул измятым носовым платком повлажневший лоб и прикрыл дверь. В спину ему чуть бодрее ткнулась сестра.
    – Если не Тайка, – Ритин нос осторожно высунулся из-за плеча брата, – то тогда зачем вы нас вызвали?
    – Да, зачем? – примитивно поддакнул Илья.
    Ванечка проморгался и наконец закрыл рот. Снова поправил повязку на голове и ошарашенно пробормотал:
    – Ну, вы, Романовы, даете! Надо же придумать, – и он покрутил головой, – Тайка меня избила! Впрочем…
    – Что «впрочем»? – насторожился Илья.
    – Это, – и учитель выразительно коснулся бинтов, – ее заслуга. Поэтому проходите и садитесь!
* * *
    – Значит, я постараюсь коротко.
    Ванечка немного походил по учительской. Убрал со стола на тумбочку какие-то бумаги и уселся на край.
    Рита вцепилась в руку брата, ей снова стало страшно. Она больно закусила нижнюю губу и приготовилась слушать.
    – Для начала о том, что произошло сегодня…
    Старшие Романовы переглянулись. Илья стиснул зубы и машинально взлохматил светлые жесткие волосы на затылке. Дурная привычка, что поделаешь.
    Рита побледнела сильнее. Она в панике таращилась на грязный, местами порванный костюм учителя, а потом плачуще пролепетала:
    – А что, это не все?!
    Илья крякнул. Ему в голову пришла та же мысль. В самом деле: разбитая голова – иначе к чему бинты? – и испорченный учительский костюм – вполне достаточно для одного дня.
    Ванечка криво усмехнулся:
    – Видишь ли, я бы о вчерашнем умолчал, но… – И вдруг раздраженно воскликнул: – Не перебивай меня!
    Рита пискнула и прикрыла рот дрожащими пальцами. Илья успокаивающе похлопал ее по плечу и шепнул на ухо:
    – Давай без истерики.
    Ванечка немного помолчал, потом чему-то улыбнулся.
    – В рассказах Тайкиных одноклассников это происходило так. Э-э… после четвертого урока Петька Степаненко с Колькой Гореловым торчали у окна и азартно спорили – не смейтесь только! – прыгнет ли Джеки Чан с третьего этажа на асфальт или ему слабо.
    Илья прыснул в ладонь.
    – Петька считал – слабо, Колька возражал. Дело потихоньку шло к драке. Во всяком случае, затрещинами недавние дружки уже обменялись и почти вцепились друг другу в волосы. Но им повезло. Тут черт принес к ним вашего Рыжика.
    – Он… ой! она прыгнула? – ахнула Рита.
    – Вот именно, – утвердительно кивнул Ванечка. – И заметьте – с третьего этажа. На асфальт. И она таки не Джеки Чан.
    – А… это?
    Рита указала на перевязанную голову учителя. Мрачный Илья мысленно прикидывал, как сообщить отцу с матерью, что Тайка в больнице. С множественными переломами.
    – Это? – хмыкнул Ванечка, и в его глазах мелькнули веселые искорки. – Из той же оперы, ты права. – Он немного подумал и жизнерадостно пояснил: – Кто-то там, наверху, подсуетился, думаю. Или тот же черт, понимаешь ли, не зевал.
    Рита смотрела на него с открытым ртом. Ванечка нервно хохотнул.
    – Короче, я случайно оказался на улице. Не менее случайно – почти под самым окном, и уж тут-то он расстарался вовсю…
    – Кто? – глаза девочки стали огромными.
    – Черт, конечно, кто ж еще? – удивился ее непонятливости Ванечка. – Толканул меня, подлец, на явную дурость – ловить вашу сумасшедшую сестрицу. Результат, как говорится, налицо.
    – То есть, на лице, – еле слышно перевел хмурый Илья, и Ванечка коротким кивком обозначил согласие.
    – Я – на асфальте, ваш Рыжик, само собой, сверху, а из окон восторженно орут довольные бесплатным представлением Колька с Петькой. Какова картинка?
    Ванечка насмешливо посмотрел на застывших старших Романовых. Они молчали. Он воскликнул:
    – И знаете, что мне заявила эта паршивка?
    Илья с Ритой мрачно переглянулись. Учитель ухмыльнулся:
    – Значит, догадываетесь. Так вот, пока я оглушенный валялся на грязном асфальте, размышляя, все ли кости целы, и страшился проверить, эта милая девочка сползла с меня и возмущенно закричала, что я все ей испортил. Путаются, мол, под ногами всякие! – Ванечка в сердцах звучно шлепнул по столу. – И тут же сбежала. Не дожидаясь дальнейших разборок. Ну как вам?
    Некоторое время в учительской висела напряженная тишина. Ванечка рассматривал Романовых и в который раз удивлялся, насколько они не похожи. Дьяволенок Тайка, положительный, надежный Илья и трусоватая, мечтательная Рита.
    – Х-хорошо, в-все х-хорошо закончилось, – наконец прошептала Рита.
    Поправила трясущимися руками волосы и посмотрела на брата.
    – А что… вчера было? – громко сглотнув, неуверенно поинтересовался Илья.
    Ванечка одобрительно хмыкнул:
    – Однако у вас и нервы! Мать, думаю, уже валерьянкой бы отпаивал.
    – Не надо м-маму, – жалостливо попросила Рита. И умоляюще уставилась на учителя физкультуры. – Мы с-сами с ним… ой! с ней! поговорим. Честно!
    Илья смерил сестру негодующим взглядом. Ванечка усмехнулся.
    – Хотел бы встретиться с родителями, уже вызвал бы, не сомневайтесь. Пока обойдусь беседой с вами.
    – Так что там было? – перебил Илья.
    – Как вам сказать… – поморщил лоб Ванечка. – Тут Тайка вроде бы не очень виновата. Просто в связи с сегодняшним случаем…
    – Да не тяните же! – тоскливо взвыл Илья.
    Ванечка, подумав, заявил:
    – Понимаешь, безрассудства в твоей сестре многовато. А это чревато. Особенно в наше время.
    – Опять откуда-то прыгнул… ла? – еле слышно пискнула Рита.
    – Да нет, – удивился Ванечка, – почему обязательно прыгнула?
    Он сам спрыгнул со стола и бодро пробежался по учительской. Потом резко остановился и развернулся к ребятам:
    – У Тайки вчера была физкультура, вы в курсе?
    Романовы снова переглянулись и дружно кивнули.
    Еще бы не в курсе! Они целый час вдалбливали упрямому Жорке, чтобы он не бил во время урока олимпийских рекордов и держался как все.
    – Так вот, сейчас довольно тепло, и я вывел класс побегать в парк. Знаете, как оно бывает? Кто в мяч играл, кто так носился. Малышня!
    Рита зачем-то снова закивала.
    – Тут мимо Герку Иванова из восьмого «Б» понесло. Прогуливал уроки, паршивец. Ну, и застрял рядом с вашей Тайкой. Вначале спокойно стоял, смотрел, как она на перекладине подтягивается, а потом решил поразвлечься.
    Рита ахнула. Илья озабоченно нахмурился.
    – Пока Герка орал что-то типа «рыжая» да «конопатая», ваша Тайка – нужно отдать ей должное – держалась молодцом, терпела. Я сам не выдержал. Честно сказать, уже к ним направлялся, шугануть мерзавца хотел, но не успел. Этот глупец вдруг решил насчет Тайкиной сестрицы пройтись, тебя, то есть…
    Ванечка посмотрел на Риту.
    – Что он там нес, не буду врать, не слышал. Лерка, одноклассница Тайки, она рядом крутилась, уверяла – ничего особенного. Мол, нос дерет, но он ей, Ритке, – тебе, значит, – скоро рога пообломает. Мол, было бы на что смотреть…
    – Ну, скот-т-тина, – прошипела покрасневшая девочка.
    – Плюнь, я сам ему ребра пересчитаю, – сжал кулаки Илья.
    – Да дослушайте же! – прикрикнул Ванечка. – Было бы кому и, главное – что, пересчитывать. – Он невесело рассмеялся. – В больнице сейчас Иванов. Из-за вашей Тайки.
    – Ч-что?! – ахнула Рита.
    В голове вдруг мелькнуло, что Жорка, в общем-то, не так уж и плох. Не зря же он – Тайкина копия.
    Самое забавное, Илья подумал о том же.
    – А ничего. Это надо было видеть!
    Ванечка сделал эффектную паузу. Но заметил нетерпение ребят и со смехом продолжил:
    – Для начала ваша Тайка завопила как резаная: «Это ты о сестре Таисии Романовой так??!!» Герка подтвердил: «Мол, а ты думала чьей? О твоей, рыжая, о твоей!» Ох, а дальше…
    Ванечка покрутил головой. Брату с сестрой неожиданно показалось, что в глазах учителя промелькнуло искреннее восхищение.
    – Бросок – рыжая молния, не девчонка! – удар ногой и… Иванов летит прочь! И как летит… ласточкой!
    Ванечка покосился на широко открытые рты старших Романовых. Рита громко икнула. Илья легонько шлепнул ее между лопатками.
    Учитель улыбнулся и пожал плечами.
    – Дальше неинтересно. Иванову не повезло: приземление оказалось жестковатым. Парковая скамейка вдребезги, а у парня перелом трех ребер и левой руки. Верещал, стервец, поросенком, надо было слышать!
    – А… Т-тайка? – выдохнула Рита.
    – Что Тайка? – фыркнул молодой учитель. – Подошла к нему и прошипела эдак высокомерно: «Смерд трусливый!» Я ушам не поверил!
    Ванечка захохотал. Илья с Ритой несмело заулыбались.
    – И преспокойненько – пока мы все стояли вокруг с квадратными глазами, охали и ахали – пошла к школе. Как раз прозвенел звонок. Даже не оглянулась на нас ни разу, специально проследил.
    – Ничуть не удивлен, – прошептал Илья.
    – Нет, откуда только девчонка подобного набралась, а? – Ванечка рассмеялся и передразнил: – «Так о сестре Таисии Романовой!», «Смерд!» Цирк, да и только. Наверняка, что-нибудь о рыцарских временах начиталась.
    Илья с Ритой испуганно переглянулись, и мальчик поспешно закивал.
    – Начиталась. Точно. Книги она любит.
    – И все-таки, – уже серьезно заявил Ванечка, – это не дело. Вчера – ладно, можно понять. Вступилась за честь сестры, да ее и саму дразнили. Последствия – случайность, даже родители Иванова не слишком возмущались. Особенно, – хмыкнул учитель, – когда узнали, что сынка толкнула девчушка из третьего класса. Но сегодняшний случай… – И он строго посмотрел на обомлевшую Риту. – А если бы она разбилась?! Подумайте – третий этаж!
    – Мы его… ее, то есть… вот придем домой и тогда… – невнятно бормотала Рита.
    – Нет, мальчики-девочки, с вашим Рыжиком необходимо что-то делать. Еще одна такая выходка, и родителей потащат к директору, я гарантирую. Еле-еле уговорил его спустить эти два случая на тормозах. – Ванечка поправил сползающую повязку и в упор посмотрел на Романовых. – Так что скажете?
    – Ну, – осторожно начала Рита, – мы с… н-ней поговорим. Прямо сегодня.
    – Само собой, – перебил ее Илья, – поговорим! Обещаю, Иван Романыч, больше она из окон прыгать не станет. И драться в школе тоже.
    – А вам – большущее спасибо, – Рита попятилась к дверям, – что маму с папой не вызвали. Тайка брата, знаете, как слушается?
    – Догадываюсь, – добродушно усмехнулся Ванечка. – Еще недавно она только о нем и говорила.
    Илья тяжело вздохнул и начал прощаться. Закрыл за сестрой дверь и тоскливо подумал: «Да уж, не Жорке ж мной восхищаться? И если в выходные с янтарем ничего не получится… Как там бедная Тайка?!»

Глава 17
Тайка трудится

    Тайка будто подслушала мысли старшего брата. Вздрогнула и взяла неверный аккорд. И моментально услышала уже привычный вопль:
    – Что за невнимание, Георгий! Где твоя собранность? Будущий князь…
    И погрустневшей пленнице пришлось выслушать очередную лекцию на тему, каким именно должен быть будущий князь.
    Тайка насупилась: если верить Наставнику, наследный принц – крайне несчастное существо, ограниченное буквально во всем. Ни единой секунды свободы! Никогда! Бедный Жорка с самого рождения не мог на нее рассчитывать.
    А как же? Он же – не простолюдин! Это они имели время на отдых, лень или обжорство, но никак не будущий правитель. Огромнейшая ответственность, которую Жорка обязан взять на себя в будущем, налагала на него кучу обязательств в настоящем. И вся эта премерзкая куча, по словам Жоркиного учителя, сводилась всего к двум пунктам.
    Первый – учеба, учеба и учеба.
    Второй – работа над собой.
    То есть, опять – учеба, учеба и учеба.
    Иначе как Жорка сможет стать настоящим князем, защитником и опорой сотен тысяч людей? Источником благополучия целой страны? Почти Богом.
    Тайка удрученно засопела. Ей всегда казалось, что жизнь князей, королей, султанов и прочих царствующих особ состоит в основном из празднеств. Ну, как это? Вкусно есть, прекрасно одеваться, танцевать на балах, посещать театры и вечера других аристократов. А бесконечные поездки по всему миру, разве плохо? Развлекательные или дипломатические. Ведь им все позволено!
    Такого же девочка не ожидала. Тайка давно простила сбежавшего Жорку. Она просто не могла на него злиться. Больше сочувствовала. Все-таки до десяти лет у нее было вполне приличное детство.
    Тайка поежилась: не видеть свободы, считай, с пеленок! С ума можно сойти. Она, Тайка, отдувается за Жорку не так уж долго, и то готова повеситься.
    Правда, как жить, если каждая твоя секунда на счету? А к вечеру, когда, ты якобы свободна, тебя хватает лишь на сон? Недолгий, заметьте! Как уверяет Руслан: «Спящий крадет у себя. Жизнь человеческая и без того коротка». Фанатик!
    Тайка сморгнула невольную слезинку: не успеешь, кажется, сомкнуть глаз, как тебя уже будят. А дальше… Она испуганно покосилась на учителя: не дай, Единый, заметит! Подобная слабость опять-таки не для будущего светлого князя, опоры, надежды и так далее.
    После побудки закрутилось – пробежка, купание, завтрак. Потом – занятия языками, музыкой и другой чепухой, вплоть до знакомства с этикетом. После них – черт бы их побрал – очередь за боевыми искусствами. И это уже до седьмого пота, пока не рухнешь без сил.
    Потом опять ледяная водичка, скудный обед и марш-бросок к следующей деревеньке или хуторку. Там – небольшой концерт, ежевечерние рассказы о том, что видели или слышали странствующие артисты, и сон.
    И это – жизнь?!
    Девочка бросила мрачный взгляд на Тайфуна и Марфу, мирно дремавших рядом. Странная пара следовала за ней по пятам как привязанная, даже у туалета дежурила. И если ворона таскалась за хозяйкой больше из ревности, то вот пес… Если бы не он, Тайка, пожалуй, давно бы сбежала.
    Девочка показала черному стражу язык и ядовито прошипела:
    – Секьюрити, елки! На самом деле – сторож. Тьфу!
    Тайка философски пожала плечами. Постоянная муштра и ежевечерний отвар александрита сделали невозможное: она действительно становилась воином. Ее новоприобретенным мышцам и реакции позавидовал бы любой каратист. И далеко не каждому Тайка уступила бы в бою.
    Так на кой ей эта черная хитромордая громадина?! В охраннике она, Тайка, отныне не нуждается.
    Собственный вывод Тайку порадовал. Поразмыслив, она решила сделать еще одну попытку побега. Сегодня же вечером. Как только они закончат свой импровизированный концерт и ей разрешат идти спать. Вот только Тайфун… Как бы его нейтрализовать?
    Тайка хитро покосилась на учителя, внимательно вслушивавшегося в ее игру. Она впервые нашла своим новым знаниям практическое применение. Вчерашний урок – ее знакомили с некоторыми травами – наконец-то по-настоящему пригодится. Именно ей, Тайке Романовой, а не каким-то мифическим будущим подданным!
    Тайка озабоченно сдвинула рыжие брови: как там старикан вещал? Отвар красноватой, немного колючей травки не имеет ни запаха, ни вкуса? Прекрасно. Здоровый, крепкий сон песику не повредит. А то шагу без него не ступить. Надоел!
* * *
    Тайка не ошиблась. На этот раз у нее все действительно получилось. Тайфун, коварно напоенный зельем, помешать Тайке никак не мог.
    Бедняга привалился к ее постели и спал как убитый, даже похрапывать начал. Только Марфа сидела на подоконнике и бдительно следила за хозяйкой. Просто так.
    Тайка удовлетворенно осмотрела комнату: наконец она по-настоящему одна. И за ней не шпионят. Даже Жоркин учитель пока не вернулся. Сидел с сельчанами в общинной избе и рассказывал им байки о недавнем конфликте с соседним княжеством.
    Большая политика, елки! Тайка фыркнула: по словам лукавого Руслана, если бы не мудрость великого князя Адриана – страна пропала бы. Война, не меньше! А так обошлось.
    К счастью, история была длинной, старик ее не в первой деревушке рассказывал, и Тайка прекрасно знала: сюда он явится не раньше чем через час. Так что время у нее есть. Если не тянуть и не терять его попусту…
    Тайка встала с кровати и осторожно перешагнула темную, шерстистую массу у ног. Спящий Тайфун будто почувствовал неладное. Тяжело вздохнул и заворочался, но глаз не открыл. Не смог. Если честно, той порции отвара, что девочка щедро плеснула в его чашку с водой, с лихвой хватило бы слону. Тайка перестраховалась.
    Она строго-настрого приказала Марфе оставаться на месте. Даже пригрозила глупой вороне кулаком. Тайка не хотела зря рисковать. Мало ли что с ней завтра случится? А Марфа уже привыкла жить с людьми, одна погибнет. Руслан же точно ее не бросит.

    Между редкими домами Тайка проскользнула еле заметной тенью, этому ее тоже обучили. Тайке вдруг стало весело – знал бы Руслан, для чего она использует свои новые навыки!
    Тайка присмотрелась к селу: нарядные, украшенные деревянным кружевом избы уже спали. Окна светились лишь в двухэтажном особнячке – общинном доме. Во всех деревнях были такие, девочка уже привыкла.
    Собак тут не держали, здесь это являлось привилегией аристократии. Наверное потому, что собаки были редкостью. Жили местные псы очень долго, намного дольше человека. Зато больше одного-двух щенков за жизнь не приносили.
    Так что Тайку даже не облаяли. Девочка хмыкнула: если эти странные собаки вообще лают. Что-то она пока от Тайфуна гавканья не слышала. Грозный рык – да, но не лай.
    Выбравшись из деревни, Тайка остановилась и огляделась: нужно определиться с направлением. Она удобнее пристроила за спиной гитару – смутную надежду на легкий заработок в пути – и повернула к югу. Где-то там находилось море. Оно и было ближайшей целью.
    Нет, Тайка не надеялась отыскать прохвоста Жорку! Она и не собиралась его искать. Просто она хорошо знала: янтарь находят только на морском берегу. Почему-то именно с этим таинственным камнем она связывала возвращение домой. «Раз попала сюда благодаря янтарю, почему бы и не вернуться с его помощью? – угрюмо размышляла девочка. – Отполирую его и обязательно когда-нибудь найду свой мир».
    К тому же – насколько Тайка поняла Наставника – здесь колдовство никого не удивляло. И было, можно сказать, нормой. А в приморских городах недостатка в чародеях никогда не было. Если у Тайки не получится с янтарем, рассчитывать остается лишь на них.
    Немного поколебавшись, девочка решила двигаться лесом. Она прекрасно понимала: на открытой дороге ее легче перехватить. Стоит только Руслану заметить, что она исчезла, и он мгновенно поднимет тревогу.
    Тайка озабоченно сдвинула брови. Она, конечно же, подумала, как сбить Жоркиного учителя с толку. Смастерила из вещей и котелка подобие чучела. Неплохо получилось, если не присматриваться и не подходить слишком близко. В темноте старик подмены точно не заметит, но зато утром… Утром – держись!
    Тайка встревоженно оглянулась на деревню и хмуро подумала: «Жаль, лошадей и ослов у селян полно. Хорошо хоть собак нет, а то бы моментально догнали».
    Об опасностях ночного путешествия Тайка, только что хлебнувшая свободы, не думала. Как и о лесных хищниках. Во время бродяжничества они Тайку с Русланом ни разу не потревожили. Связать эту приятную мелочь с присутствием огромного, сильного, свирепого пса девочка не сумела. Поэтому смело свернула с дороги в лес.
* * *
    Неладное Тайка почувствовала буквально через пару часов. До этого она слишком торопилась уйти подальше от деревни и ни на что не обращала внимания. Боялась погони.
    Тайка почти бежала через смешанный лес. Перепрыгивала через завалы из упавших, трухлявых деревьев. Продиралась сквозь густой ельник, на ходу обирая с лица противную паутину. Спотыкалась о мощные узловатые корни высоких сосен. Обходила болотистые места, с опаской посматривая на мясистые листья кувшинок, красноватые по краям. Они тут и там покачивались на темной воде.
    Наконец Тайка устала настолько, что рискнула отдохнуть. Присела на поваленный ствол толстой старой березы и вдруг настороженно замерла: лес вокруг изменился. Тайка долго не могла понять, что же ее беспокоит. Лишь без особого толка присматривалась и прислушивалась. А потом побледнела: лес перестал быть дружелюбным. И не казался больше безразличным.
    Испуганная Тайка слышала теперь тысячи незнакомых звуков. Клекот какой-то ночной птицы, вылетевшей на охоту. Панический писк настигаемого хищником мелкого зверька. Шелест листьев и хруст сухих веток под чьими-то тяжелыми лапами. Вздохи и пыхтенье кого-то массивного и очень близкого… Главное, у Тайки возникло неприятное ощущение, что за ней наблюдают!
    Встревоженная Тайка застыла камнем. Потом осторожно начала шарить взглядом по темной стене деревьев, выдержку в ней Руслан все ж воспитал.
    Тайка прекрасно понимала: паника ни к чему хорошему не приведет. К тому же оставалась надежда, что это просто ее мнительность. И девочка сердито напомнила себе – ночь, она одна в незнакомом лесу, а у страха, как говорится, глаза велики.
    Через пару минут Тайка отбросила всякие сомнения. За ней действительно следили. Но кто?! Нет, сама Тайка ничего подозрительного не заметила. Просто за эти недели Руслан приучил ее верить собственному подсознанию. Александрит и многочасовые ежедневные тренировки обострили все ее реакции до предела.
    Девочка буквально кожей чувствовала: враг за спиной, и его интерес к ней, скорее всего, чисто гастрономический. «Знать бы, что там за тварь, – тоскливо подумала Тайка. – Не так страшно было бы…»
    Разыгравшееся не в меру воображение пощады не знало. Парад самых диковинных монстров, что она видела сейчас, крепко зажмурившись, оставил бы далеко позади любой триллер. Еще минуту назад Тайка и не подозревала, что такое имеет право на существование.
    Долго подобное зрелище выдержать было невозможно, и Тайка приказала себе стать храброй и открыть глаза. У нее все равно нет другого выхода!
    Она горестно засопела: Илья с Риткой и мама с папой остались где-то в другом мире, им ее не защитить. Вредного Руслана она бросила сама и совсем об этом не жалеет. Тайфуна коварно усыпила, так что ее личный охранник далековато. Спит как младенец! Иначе бы оказался тут, Тайка ничуть не сомневалась.
    Приказ быть храброй помогал мало. Почему-то Тайке все больше становилось не по себе. Она настороженно осмотрелась: ее позиция слишком уязвима. Уже ночь, затаившегося врага не видно, зато сама она видна лучше некуда. С любой стороны можно подобраться. Не дело это!
    Девочка чуть приподнялась и снова замерла, напряженно прислушиваясь. Прикинула кратчайшее расстояние до ближайшего приличного дерева и вздохнула с облегчением: повезло. Оно всего в десятке метров и высоченное. По-настоящему высоченное. Верхушка терялась во мраке: даже задрав голову, Тайка не могла ее рассмотреть.
    За спиной еле слышно хрустнуло. Перепуганная Тайка взлетела в фантастическом прыжке. Надо сказать, очень вовремя. Секундой позже на только что оставленное Тайкой место шумно рухнула темная масса. И тут же ночную тишину нарушил жуткий, пронзительный вой разочарованного неудачей хищника. Он опоздал. Тайка была уже высоко.
* * *
    К сожалению, к рассвету картина не изменилась. Полусонная, смертельно уставшая девочка чуть ли не висела на одной из веток старой сосны. Внизу, у самого ствола, ее караулила упрямая ночная тварь.
    В предрассветных сумерках Тайка наконец рассмотрела очертания хищника и едва не взвыла от ужаса и досады.
    Ну почему, почему?! Почему она такая невезучая? Внизу дежурило огромное, совершенно жуткого вида чудище из семейства кошачьих. По Тайкиным представлениям, на Земле ничего похожего не водилось. Во всяком случае, в ее мире. Если только в прошлом?
    Тайка невольно поежилась: ну и монстр! Увидишь во сне, не проснешься. Страшенные клыки, выпирающие из пасти на добрые полметра. Крошечные, светящиеся в сумерках зеленым огнем глазки. Плотно прижатые к голове треугольные уши. Широченные когтистые лапы. Злобно шлепающий по палевым бокам хвост… Кошмар! Персонаж из триллера.
    Тайка неожиданно вспомнила виденный когда-то мультфильм о саблезубых тиграх. Те, правда, казались ей крупнее, но не намного.
    Тайка посмотрела вниз и мстительно прошептала:
    – Саблезубые были посимпатичнее!
    Тварь в траве будто поняла ее слова. Разъяренно взвыла и бросилась на дерево. В стороны полетели лохмотья коры, Тайка со страхом зажмурилась: ну и когти!
    Местная «тигра» наконец прекратила бесноваться, и Тайка открыла глаза. Устроилась поудобнее и удрученно вздохнула: «Интересно, сколько тут придется торчать, изображая птичку? Или милый монстрик собрался караулить сбежавший ужин до посинения? – Она хмыкнула. – Ничего себе, перспективка. А как же здоровый сон? Кажется, ночные хищники днем просто обязаны отсыпаться…»
    Мерзкая кошка протяжно зевнула, но Тайка зря обрадовалась. «Тигра» не спешила подтверждать те обрывочные сведения, что хранила Тайкина память. Зевать зевала, однако уходить и не думала. Наоборот, подняла морду, высматривая будущую добычу и, коротко рявкнув, устроилась прямо у ствола.
    Прыгать на дерево подобие саблезубых не пыталось, они с Тайкой этот этап благополучно миновали ночью. Местный хищник, к Тайкиному счастью, кое-что соображал. Из печального опыта прекрасно понял: до тонких веток на самой вершине, где в случае необходимости скрывалась жертва, ему не добраться. Вес не позволит.
    Они устроились почти комфортно. Тайка изображала на ветке редчайшую здесь разновидность птиц, а палевая кошка спокойно следила за ней.
    Бессовестная тварь инстинктивно чувствовала: рано или поздно жертве придется спуститься вниз. И никуда не торопилась.
    – Скотина! Нет, вот скотина, – жалобно прошипела Тайка.
    Кошка насмешливо фыркнула и демонстративно облизнулась. Тайка всхлипнула – она устала. Наблюдая, как тварь из породы кошачьих готовится вздремнуть, Тайка жалобно закричала:
    – Имей совесть, а? Тебе что, другой жратвы в лесу мало? Почему обязательно я?!
    Девочка с трудом подавила зевок, она в жизни так спать не хотела. Она размазала по лицу злые слезы: несправедливо! Вчера ее весь день безжалостно гонял Руслан, а когда можно было упасть в постель, вдруг пришла в голову мысль сбежать. Удачная, прямо скажем. Или наоборот?
    На Тайкин отчаянный вопль внизу внимания не обратили. Проклятое чудище нагло устраивалось поудобнее, твердо и безоговорочно решив ею откушать. Пусть попозже. Сон – тоже дело святое.
    А она… Что она? Деться-то с дерева Тайке некуда!
* * *
    Совершенно измученную и потерявшую всякую надежду Тайку выручили лишь под вечер. Как девочка позже узнала: только на следующий день к вечеру Руслану удалось привести мертво спящего пса в чувства. И тоже какими-то лечебными травами.
    Проснувшись и придя в себя, Тайфун моментально взял след. Тайке повезло, что ночью не прошел дождь.
    Для почти дремавшей и еле державшейся на своей ветке Тайки все происходящее казалось сном. Чудилось, она находится дома, в своей комнате, в своей постели. Еще не очень поздно, поэтому папа сидит за компьютером, мама – за книгой, Ритка болтает по телефону со своим Игорьком, Илья слушает музыку. А вся эта история с янтарем, Жоркой, чужим миром, мерзким хищником – обычный кошмар. Жаль, не получалось проснуться! Тайка печально вздохнула: даже во сне не хочется, чтобы тобой отобедали.
    Сгущались сумерки. Девственный лес притих в страхе перед ночными хищниками. Птицы примолкли. Верхушки деревьев на западе, подсвеченные заходящим солнцем, пылали багрянцем. Пронзительно пахло хвоей.
    Вдруг Тайка вздрогнула. Она не верила собственным глазам: что это?! Бесшумно мелькнувший в воздухе темный силуэт. И почти моментально – черно-рыжий клубок, покатившийся по поляне.
    – Еще один хищник?! – с неожиданной надеждой пролепетала Тайка, свешиваясь вниз.
    И едва не упала от неожиданности: воздух буквально вибрировал от страшного, душераздирающего воя. Только уже не разочарованного, как вчера вечером, а полного беспредельной злобы.
    Тайфун дрался молча. Испуганная Тайка и не поняла сразу, кто пришел ей на помощь. Рассмотреть что-либо в пестром, черно-рыжем вихре было невозможно. И лишь когда битва закончилась, потрясенная девочка узнала пса.
    Тайка судорожно вздохнула: все, она спасена. Страшный хищник с разодранной глоткой валялся на поляне, а над ним торжествующе нависал плохо различимый в надвигающихся сумерках силуэт по-прежнему молчавшего пса.
    – Тайфун, – виновато окликнула Тайка.
    Черная собака еле заметно дрогнула и отрывисто рыкнула. К изумлению девочки, под деревом тут же, будто из воздуха, материализовался Наставник. Злющий словно дракон, по твердому убеждению Тайки.
    Дальше все пошло совсем не так, как она ожидала.
    Жоркин учитель не стал кричать на непокорную воспитанницу. Не стал ругаться или требовать, чтобы Тайка сейчас же спустилась. Он и головы не поднял, в попытке ее рассмотреть!
    Тайка поежилась: может, Руслан вообще не знал о ней, и эта встреча – случайность? Иначе как понять его поведение?
    На всякий случай Тайка притихла на своей ветке. Она не знала, как себя вести. Поэтому стала просто наблюдать. И ждать.
    Не обращая ни малейшего внимания на девочку, Руслан склонился над Тайфуном и тщательно осмотрел его. Одобряюще пробормотал что-то и потрепал пса по мощной холке. Потом спокойно уселся на поваленный ствол, на нем не так давно пыталась отдохнуть и Тайка.
    Над поляной повисла странная тишина. Ни звука не доносилось и из леса, напуганного недавней битвой титанов. Мир словно замер, прислушиваясь и присматриваясь к происходящему.
    Смущенная девочка покрепче вцепилась в свою ветку и застыла, практически не дыша. Тайфун улегся. Старик принялся неспешно раскуривать трубочку.
    Время шло. В лесу все больше темнело, в ельнике гулко заухал филин, заворчал какой-то крупный хищник. Но на крошечной поляне ничего не менялось.
    Наконец уставшая Тайка не выдержала. Зашевелилась на своем насесте и жалобно выдохнула:
    – Руслан, а, Руслан…
    Снизу не донеслось ни звука. Лишь в стремительно сгущающейся темноте мирно вспыхивал огонек трубки. Жоркин учитель как воды в рот набрал.
    – Ты меня слышишь, нет? – мышкой пискнула девочка.
    Насмешливо фыркнул и тяжело заворочался Тайфун. Вредный же старик по-прежнему играл в молчанку.
    Тайка неожиданно для себя всхлипнула и умоляюще пробормотала:
    – Я спуститься хочу.
    – Спускайся, – подозрительно мягко отозвался Наставник, а Тайфун заинтересованно завозился.
    – А-а… – Тайка громко сглотнула, – пороть не будешь?
    – Сам как думаешь? – равнодушно поинтересовались внизу.
    – Будешь, – убито прошептала девочка, и обе стороны снова замолчали.
    Опять наступила ничем не прерываемая тишина. Старик курил. Пес ждал дальнейшего развития событий. Тайка суетливо обдумывала ситуацию: она все больше раздражала девочку. Безвыходностью.
    Так просто не бывает! Илька говорил: выход всегда можно найти. Но как?!
    – Прав не имеешь! – вдруг разозлилась Тайка. – Я – девочка, а девочек в вашем мире не порят! – Тайка стукнула кулаком по шершавому стволу. Ободрала кожу и протестующе взвизгнула: – Если хочешь знать – это вообще непедагогично!
    – Ты – исчадие ада, а не девочка, – насмешливо хмыкнули в темноте. – Тебя в любом мире пороли бы.
    – Неправда!!!
    – Правда-правда. А нет, так большую ошибку сделали бы.
    Неспешную фразу Наставника достойно завершил подтверждающий рык уже неразличимой во тьме собаки.
    Тайка оскорбленно закричала:
    – Тогда не спущусь, не жди!
    – Сиди, – вздохнула темнота. – А мы пока с Тайфуном вздремнем. Только помни: счет растет…
    – Ч-что?!
    – Да так, мелочи, – добродушно отозвались внизу. – Можешь не обращать на нас внимания.
    – Нет, – с дерева посыпались сосновые иглы, – объясни!
    – Ну?
    – Что ты там говорил о счете? Какой-такой счет?
    – А-а… – кто-то подавил сладкий зевок. – Это…
    – Да! – тоненько взвизгнула ночная тьма. – Это!
    – Понимаешь ли, время идет…
    – И что?!
    – И каждая минута оценивается ровно в одну розгу…
    Наверху ахнули от неожиданности. Заперхали, потом грубо поинтересовались:
    – Почему так дорого?!
    – Собираешься торговаться? – гнусно хихикнула темнота.
    И Тайка сдалась. Обдирая в кровь свои многострадальные ладони, она поползла вниз. В голове смутно брезжила надежда, что обещанная экзекуция будет отложена до утра. В самом деле, не махать же старику розгами в полной темноте?
    Однако Тайка ошибалась. Тайные надежды в этом мире имели обыкновение не сбываться. А еще она узнала, что на свете, оказывается, существуют костры, разгоняющие тьму.

Глава 18
Неслабый довесок

    Субботнее утро в семье Романовых началось с пронзительного, торжествующего вопля лже-Тайки:
    – Нашел!!!
    Весна была в самом разгаре, родители в пятницу вечером опять уехали на дачу. На Жоркин крик, не скрываясь, примчались едва одетые Илья с Ритой.
    Настенные часы показывали всего восемь, брат с сестрой еще спали, радостный Жоркин вопль сыграл роль будильника.
    – Уверен?! – с порога гаркнул Илья, на ходу натягивая футболку.
    – Что, я свой замок не узнал бы?! – оскорбился мальчик и поднял руку с янтарем. – Теперь как, просто посмотреть в камень?
    – Нет-нет, – испуганно вскрикнула Рита, пытаясь ладонью пригладить всклоченные после сна волосы. – Это не так просто!
    – Чего вдруг? – удивленно обернулся к сестре Илья. – Какой смысл тянуть?
    Взволнованная Рита упала в кресло и обвела детскую взглядом. Она невольно отметила приведенные в порядок настенные часы с кукушкой и новый мягкий уголок, только на днях приобретенный родителями. На нем сейчас спал Жорка.
    Рита покосилась на брата и ехидно заметила:
    – Причины есть. Даже две.
    – Какие?
    – Первая! Не забывайте, мы клятвенно обещали связаться с Сергеем и провести обмен в его квартире и на его глазах…
    – Елки! – Илья обескураженно поскреб затылок. – Совсем из головы вылетело!
    Жорка просто кивнул. Романовы уже знали: данное слово для маленького княжича свято.
    – Ага, – насмешливо хмыкнула Рита. – И вторая… – Она сделала эффектную паузу и сердито воскликнула: – Ты все забыл, я смотрю! Если Жорка посмотрит в свой янтарь, стоя на диване, то и исчезнет вместе с ним! И что мы скажем родителям?! Отдали, мол, новенький мягкий уголок следующим погорельцам? Такие уж мы добрые! И они поверят?!
    Мальчики озабоченно переглянулись. Жорка, чуть покраснев, сполз с дивана на пол. Рита удовлетворенно продолжила:
    – Потом: Сергей – хозяин своей квартиры, а нам с тобой отчитываться перед мамулей. Как Тайка исчезла, напомнить? С грохотом! Причем, страшнейшим. Даже несчастную дверь с петель сорвало. А вешал ее кто? Папа!
    – Я помогал, – буркнул Илья.
    – Ну конечно, – язвительно фыркнула Рита, – старательно путался под ногами и невнятно оправдывался.
    – Да ладно, кончай, – огрызнулся Илья. – Все понятно.
    – Все? Как бы не так! Есть еще одна причина.
    – Третья? – Погрустневший Жорка спрятал в кармашек джинсов драгоценный камень.
    – Ну, пусть будет третья, – согласно кивнула девочка.
    – Какая? – встревоженно поинтересовался Илья.
    Рита немного помолчала, а потом сердито выкрикнула:
    – А… а если у нас ничего с янтарем не получится?!
    – Что?! – почти хором воскликнули Илья с Жоркой.
    – Мало ли, – Рита опустила глаза. – У Сергея хоть книги какие-то есть, и он – взрослый. Вдруг что еще нам подскажет?
    Все помолчали, обдумывая Ритины слова. Жорка, торопливо натягивая свитер, мрачно сказал:
    – Первая и третья причины – самые весомые.
    – Пожалуй, – неохотно согласился Илья.
    – Тогда завтракаем и звоним Сергею, – поставила точку Рита.
* * *
    У Сергея опять сидели за столом, на кухне.
    Во-первых, потому что он еще не завтракал. Сергея выдернули прямо из постели, в субботу-воскресенье он обычно отсыпался почти до полудня. Во-вторых, за чаем проще рассказывалось.
    Сергей наотрез отказался говорить с ни– ми об обмене, пока не узнает всех подробностей вживания Жорки в новый мир. На его взгляд, это очень любопытно. Так что к обмену приступили только к двенадцати часам дня.
    «Эксперимент» – так важно назвал этот процесс Сергей – сложностью не отличался. Ничего интересного!
    Красный от волнения Жорка просто смотрел в свой янтарь под прицелом трех пар встревоженных глаз. Любопытные зрители не пропускали ни малейшего его движения!
    Рита нервно накручивала локон на палец. Нервничающий Илья незаметно для себя сжал кулаки. Сергей смолил одну сигарету за другой, хотя давно бросил курить.
    Время шло, и ничего не происходило. Абсолютно ничего.
    Рита особой выдержкой никогда похвастаться не могла. Минуте на пятой не выдержала и жадно поинтересовалась:
    – Ну что?
    – Ничего, – растерянно пожал плечами Жорка.
    – Терпение, – прошипел Илья, и все опять замолчали.
    Еще через полчаса сдался Сергей. Завозился в своем кресле, смущенно кашлянул и обернулся к Рите.
    – Ты случайно не помнишь, сколько времени ваша Тайка в камешек пялилась? Ну, до переброса?
    – Не помню.
    Сергей разочарованно вздохнул. Рита в волнении похрустела пальцами. Потом вскочила на ноги и беспорядочно заметалась по комнате.
    – Она что-то такое говорила, – пробормотала девочка, описывая неправильные круги. – Как это? Ну… мол, янтарь вначале мир нашел, а теперь… Да, теперь что-то еще ищет! Только Тайка не поняла сразу – что именно.
    Илья озабоченно нахмурился. Сергей обернулся к встревоженному Жорке.
    – Георгий, а ты что-нибудь такое чувствуешь? Специфическое?
    – Что? – глухо отозвался мальчик.
    – Ну, не знаю. Поиск какой-нибудь.
    – Нет. Просто таращусь в камень и все.
    – Может, что-то не так? С янтарем, я имею в виду.
    – Как это?! – Илья протестующе помотал головой. – Мир-то камень нашел! И нужный, Жорка сам сказал.
    – Действительно, – буркнул Сергей, успокаиваясь. – Не учел. Получается, сам янтарь – в порядке. Значит, ждем еще. Думаю, просто время нужно. Неизвестно, сколько ваша Тайка забавлялась с камнем, пока не наткнулась на двойника.
    Ждать пришлось долго. Уставшая Рита задремала в своем кресле. Бледный, взволнованный Жорка пока держался. Героически всматривался в таинственный камень и потихоньку терял последнюю надежду на возвращение домой. Ничего!!! Скучающие и разочарованные Илья с Сергеем тихо переговаривались.
    – Надо же, порядок навел, – вяло похвалил хозяина квартиры Илья. – Я думал, с тем кошмарным развалом за месяц не справиться. Помню, одни стены целыми остались.
    – Старался, – не менее вяло отозвался Сергей. – Мать в любой день могла заглянуть. – Он угрюмо хмыкнул. – Что бы я ей сказал? О параллельных мирах? Она бы тут же меня к психиатру потащила.
    – Понятно.
    Они немного помолчали. Илья одобрительно рассматривал приведенную в порядок комнату: даже люстра на месте. И бронзовые завитушки не помяты, и новые лампы вкручены. Только плафонов пока нет.
    Он невесело ухмыльнулся:
    – Однако, если обмен удастся…
    – Хорошо бы!
    – Боюсь, твоя уборка накроется.
    – И черт с ней!
* * *
    Часам к семи, когда на улице стало темнеть, ребята начали волноваться.
    Уставший Жорка все чаще опускал руку с камнем. Мрачно смотрел в окно, ни о чем не хотелось думать. В голове птицей билась единственная мысль: не до смерти же ему оставаться в этом странном мире девчонкой!
    Рита по-прежнему дремала. Сергей нервно барабанил по подлокотнику кресла.
    «Янтарь, – Сергей озабоченно сдвинул брови, – видимо, не сработает». Другого способа вернуть младшую Романову домой он не знал. И угрюмо размышлял, что же делать. Неужели никакого выхода?! В это не хотелось верить.
    Илья с грохотом бросил на журнальный столик книгу и раздраженно воскликнул:
    – Ритка, кончай дрыхнуть! Возле тебя выключатель, свет вруби, ни черта ж не видно!
    Сладко спавшая Рита испуганно вздрогнула. Потерла кулаками глаза и вдруг еле слышно шепнула:
    – Свет… Точно – свет! Как я могла забыть?!
    Теперь вздрогнули остальные. Жорка выронил янтарь. Илья побагровел и открыл рот. Сергей стиснул подлокотники кресла – вдруг забрезжила надежда! – и вкрадчиво поинтересовался:
    – Что ты имеешь в виду?
    Полусонные ярко-голубые глаза встретились с настороженными темно-серыми.
    – Не знаю. Что-то такое вертится…
    – Что?! – выдохнул Илья.
    А Жорка схватился обеими руками за горло, у него неожиданно перехватило дыхание.
    – Ну… я заглянула в камень. Тайка говорит: «Глаз видишь?» А я… я…
    – Не якай! – оглушительно гаркнул ласковый старший брат и сжал кулаки.
    Рита испуганно посмотрела на него и невнятно пролепетала:
    – Я сказала – нет. Тогда Тайка… ну… она мне: «А на свет?»
    Все переглянулись. Рита потерла виски и виновато потупилась.
    – Кошмар! – возмутился Илья. – Сколько времени потеряли, с ума сойти!
    Жорка, Рита и Сергей словно оцепенели. Сидели на своих местах и молчали.
    Илья вскочил и крикнул:
    – Вы что, не поняли?! Нужно включить свет, и все начать по новой!
    Его раздраженный вопль как-то снял напряжение. Сергей успокаивающе поднял руку и пробормотал:
    – Все поняли. Только для начала кофейку выпьем, хорошо? А то мы на ходу спим, и Георгий устал. Так?
    – Я не устал, – хмуро отозвался мальчик. – Просто мне первый раз в жизни по-настоящему страшно.
    – Мне тоже, – пискнула со своего места Рита.
    – Тем более, нужно начать с кофе!
* * *
    А вот дальше…
    Дальше все происходило в таком стремительном темпе, что никто из присутствующих потом толком и подробностей вспомнить не мог. Каждый пересказывал события по-своему.
    Кофе пили полчаса, не меньше.
    Просто оттягивали момент возвращения в комнату. Все панически боялись очередной неудачи. Поэтому переговаривались преувеличенно бодрыми голосами. Вспоминали Жоркины школьные подвиги и громко смеялись.
    Даже Жорка не огрызался как обычно. Не отмалчивался с ледяным выражением лица, а тоже улыбался. Сейчас маленький княжич не помнил, что сидит за одним столом с простолюдинами и должен вести себя достойно, сейчас он был представителем ЭТОГО мира. И ужасно боялся остаться здесь навсегда.
    Сергей незаметно наблюдал за рыжим мальчишкой. Пытался отыскать в нем хоть что-то чужое и не мог. Порой Сергею казалось, он все выдумал. И Жорка не возник в его квартире из воздуха, а где-то прятался, поджидая подходящего момента. Чтобы разыграть его. Вот только зачем? Сергею было не по себе. Он отводил глаза и с преувеличенным наслаждением пил кофе. Максимально маленькими глотками. Чтобы потянуть время.
    Жаль, чашки не бездонные, все равно пришлось вставать из-за стола.
    Взволнованные экспериментаторы наконец покинули уютную кухню. Казалось, теперь ничто не мешает приступить к новому опыту. Но куда там!
    Неожиданно вмешалась Рита. Обвела помещение хозяйственным взглядом и воскликнула:
    – Минуточку! Вначале кое-что уберем.
    Илья с Сергеем прекрасно помнили прошлую субботу. Хмуро переглянулись, но возражать не стали.
    Они торопливо перетаскивали в кухню чудом сохранившийся хрусталь. Жорка, радуясь, что все откладывается, послушно помогал. Рита руководила.
    Открытую балконную дверь, подумав, закрыли. Решили – так стекла будут целее. Журнальный столик переставили в угол, центр комнаты освободили.
    Рита осмотрела опустевшее помещение. И вдруг недоверчиво уставилась на знакомую люстру. Подумала и безапелляционно заявила:
    – Ее тоже нужно снять.
    Илья с Сергеем почти испуганно переглянулись: огромная бронзовая люстра выглядела неподъемной. Они дружно запротестовали.
    – Но ведь в прошлый раз она упала! – возмутилась Рита.
    – Подумаешь, – преувеличенно жизнерадостно отозвался хозяин.
    Илья поддакнул:
    – Все равно у нее плафоны разбиты!
    – Если упадет, тогда делать нечего – повесим, – Сергей бросил на люстру пренебрежительный взгляд. – Не дважды же с ней нянчиться!
    – Ага, – хрипло каркнул Илья.
    Милое бронзовое кружево весило по его несмелым прикидкам никак не меньше сорока-пятидесяти килограммов. А может и больше. Возиться с люстрой лишний раз не хотелось.
    – Ладно, – смилостивилась Рита. – Если вам ее не жалко…
    Она еще раз внимательно осмотрела комнату. Удовлетворенно кивнула и повернулась к Жорке. Будущий великий князь маялся в кресле, рассматривая какую-то книгу. Пытался читать, но безуспешно: буквы сливались в сплошное черное пятно, он слишком волновался.
    Жорка поймал Ритин взгляд. Побледнел и вскочил, уронив книгу. Рита сочувственно улыбнулась.
    – Ну что, будем прощаться?
    – Д-думаешь, на этот раз получится? – с трудом выдавил мальчик.
    – Уверена, – абсолютно серьезно кивнула Рита. – Не знаю почему, но уверена.
    – Хорошо бы, – пробормотал Жорка.
    Ему не верилось, что через несколько минут он окажется у себя. Пусть не в замке, а рядом с Русланом, на одной из дорог. Если Тайка пока не сбежала от его строгого Наставника. Жорка судорожно сглотнул. Мальчику не то чтобы сильно не нравился новый мир, но… Собственный казался намного интереснее. И дышалось в нем легче.
    Мир чародейства и мир техники были слишком разными. Сама планета здесь выглядела какой-то обносившейся: ни лесов настоящих, ни рек чистых, ни животных диких.
    Нет, Жорка хотел домой! Неожиданно для себя он соскучился не только по дому, сестре и родителям, но и Наставнику. И даже по своим многочисленным обязанностям. Как ни странно.
    – Давай сюда, – Илья ткнул пальцем в освобожденный от мебели центр комнаты. – Если Тайка шлепнется на палас, как ты в прошлую субботу, ничего страшного. Не разобьется.
    Жорка тяжело вздохнул. Сомнамбулой передвинулся на указанное место и замер, нервно поглядывая на новых друзей. Маленькому княжичу стало так страшно, что он не чувствовал собственного тела.
    – Янтарь-то возьми! – с досадой воскликнул Илья.
    И сунул в дрожащую руку рыжего гостя камень. Зрители расселись по местам. Сергей возбужденно скомандовал:
    – Свет!
    Рита послушно включила.
    – Янтарь – к глазам!
    Рука мальчика медленно, нерешительно пошла вверх.
    – Что видишь? На свет смотри, на свет же!
    – Ничего… Ой!!!

    Страшный грохот заставил зрителей зажмуриться. Рита упала с кресла и сжалась в комок, ее трясло от страха.
    Потом – чей-то перепуганный визг. Звон бьющегося стекла. Опять грохот. И в абсолютной темноте раздался плачущий Ритин голос:
    – Говорила же, люстру снять надо…
    – Упала, заррраза, – хрипловатым баском подтвердил хозяин.
    Кто-то в центре комнаты тоненько хрюкнул. Илья мрачно поинтересовался:
    – Никого не пришибло?
    – Сейчас. Погодите немного, – пробормотал Сергей.
    Он начал шарить по стене, нащупывая бра. В многострадальной комнате вспыхнул свет. Все дружно ахнули.
    На паласе, буквально в паре сантиметров от вновь рухнувшей, окончательно покореженной бронзовой люстры стояло на четвереньках очередное рыжее чучелко.
    Это – ради разнообразия! – джинсов не носило. Предпочитало мешковатое рванье. И явно презирало всякую обувь.
    Гость вяло возился на паласе, подтягивая под себя разъезжающиеся конечности. Кашлял и очумело мотал кудрями, явно стараясь собраться с мыслями.
    – Опять двойник?! – страшным шепотом возопил хозяин.
    – П-почему? – спросила Рита.
    – Потому! Мальчишка – наследник князя! Ваша сестра, по словам Жорки, с ним поменялась одеждой. А это что?! Оборванец какой-то! И грязный, как смертный грех.
    Мотающий головой рыжий пришелец испуганно вздрогнул и шустро закрутился вокруг оси. Видимо, ориентируясь на голос.
    В результате как раз напротив Риты оказался тощий, юркий зад, едва прикрытый драной мешковиной. В некоторые особо крупные дыры можно было рассмотреть совершенно голое тело.
    Рита смущенно покраснела.
    – Да-а… – озадаченно протянул Илья. – Ты прав. На одежду лорда похоже мало. И все-таки…
    Голос Ильи на пришельца произвел эффект разорвавшейся бомбы.
    Рыжий гость подпрыгнул. Поднял голову и суетливо зашарил огромными карими глазищами по лицам присутствующих.
    Рита отшатнулась: еще один двойник. И опять – мальчишка! Ну почему им так не везет?!
    Очередной пришелец с трудом принял вертикальное положение. Радостно завизжал и с воплем:
    – Илька! Наконец-то! Нашел меня! И как вовремя!!! – бросился на шею растерянному Илье.
    – Тайка? Ты?! – неверяще прошептал он, запуская руку в знакомую кудрявую шевелюру и прижимая к себе дрожащее тельце младшей сестры.
    – А од-дежда как же? – ошеломленно пролепетала Рита.
    Ей не верилось, что все благополучно закончилось. По-прежнему казалось: это просто следующий двойник. К тому же – такие жалкие лохмотья. Тайка ни за что не отдала бы за них свои любимые джинсы!
    Рита подняла недоумевающие глаза на Сергея. Он пожал плечами – никак не мог отвести взгляд от пришельца – и шепнул Рите:
    – Да черт с ней, с одеждой. Вспомни появление Жорки. – Сергей криво усмехнулся. – А тут – ни обморока тебе, ни ссылок на Бога. Все как ты в прошлый раз говорила: к брату на шею – и нет проблем.
    – Точно – Тайка, – наконец поверила девочка.
    Рита еще какое-то время помолчала, приходя в себя. Потом возмущенно уставилась на припавшую к брату младшую сестру и гневно закричала:
    – Где, где ты шлялась, паршивка ты эдакая?!
* * *
    Когда самые первые восторги прошли, и старшие Романовы окончательно уверились, что Тайка вернулась домой, немедленно началось следствие.
    Несчастный хозяин квартиры мысленно подсчитывал понесенные убытки. И суетливо бегал из кухни – там устроились гости – в комнату. Выметал мусор и убирал битые стекла, балконные двери все-таки не выдержали взрывной волны.
    Голодная Тайка вовсю орудовала ложкой, уничтожая хозяйские запасы. А Рита с иезуитским терпением приставала к младшей сестре:
    – Так где ты была?
    – Мгм… ам… гм… ох и вкусно…
    – Прекрати жрать! Ты уже третью тарелку салата доедаешь!
    – Уф… Амгм… – облизывая ложку, ответила Тайка. И снова набила полный рот.
    – Нет, Илька, ты только на нее посмотри! Прямо как с голодного края! – возмутилась Рита. – А ест-то, ест как! Я в жизни не видела, чтобы так лопали!
    – Да отстань ты от нее, – добродушно отозвался Илья, не сводивший глаз с худенького, замызганного личика.
    – Как же, – огрызнулась Рита, – размечтался!
    Илья хмыкнул. Рита увидела, что младшая сестра, не успев толком доесть третью тарелку, потянулась за добавкой. Покраснела от злости и рявкнула:
    – С ума сойти! Ты что, эту неделю и не ела толком?!
    – Неделю? – приподняв на секунду голову, прошамкала Тайка. – Месяц не хочешь?
    – Что?!
    – Месяц… амгм… Не меньше!
    Илья с Сергеем переглянулись, Рита ахнула. Сергей задумчиво констатировал:
    – Время, значит, там идет по-другому.
    – Плевать на время! – разъяренно крикнула Рита.
    Илья чуть с табуретки не свалился от ее вопля. Зато Тайка даже не дрогнула. Рыжие кудри по-прежнему нависали над тарелкой. Ложка в руке оголодавшей девочки ходила с мерностью экскаваторного ковша.
    Сергей невольно фыркнул и поставил салатницу поближе к Тайке. Рита негодующе покосилась на него. Илья демонстративно отрезал от батона ломоть потолще и сунул младшей сестре.
    – Что, весь месяц не ела?! – прорычала Рита, провожая взглядом следующую ложку.
    – Ела… ам… гм… только не то… ам… ох, и вкусно же… уф-ф… а последний день… амгм… так вообще не ела…
    – Но почему?! Почему ты в последний день не ела?
    – На дереве… ам-м… провела…
    – Как?!
    – Ну… амгм… спасалась там… ух…
    – Дай же ты ей доесть, – возмутился наконец Илья. – Она же подавится! Ты этого хочешь?
    – Подавится такая, – угрюмо проворчала Рита, но приставать к сестре перестала.
    Правда, приняла кое-какие меры. Например, решила, что съеденного для десятилетней девочки вполне достаточно, и полупустую салатницу поставила на холодильник. На всякий случай туда же перенесла блюдце с нарезанной колбасой. Спохватившись, убрала и забытые было вазочки с печеньем и вафлями. Внимательно осмотрела стол и удовлетворенно пожала плечами: девственно чист.
    Впрочем, Тайка не возражала. Тщательно вычистила кусочком хлеба тарелку. Откинулась на спинку стула и блаженно улыбнулась:
    – Уф-ф-ф… Кажется, наелась.
    – Кажется? – ехидно поинтересовалась Рита.
    – Именно, – благостно кивнула Тайка и зажмурилась как сытый котенок. – Знала бы ты, как давненько мне так не казалось…
    Рита с невольным любопытством посмотрела на младшую сестру и категорично потребовала:
    – Выкладывай!
    Но Тайка начать свой занимательный рассказ не успела. В кухню снова заглянул Сергей. Выбросил в урну целый совок каких-то ошметков и возмущенно напомнил:
    – Эй, а я как же? Мне тоже интересно.
    – Имеешь полное право, – согласился Илья.
    – Ты же только что тут сидел, – запротестовала Рита. – Помню, Тайке салатницу под нос сунул…
    – А уборка?
    Рита покраснела. Илья виновато буркнул:
    – Ты прав, там сам черт ногу сломит.
    – Может, совместим? Сядете в комнате? – предложил хозяин квартиры, демонстрируя гостям старый, потрепанный веник. – А я буду подметать.
    – Да ну ее, комнату, – отмахнулся Илья. – Давай здесь все обсудим, а уж потом начнем разгребать завалы. Мы с Риткой поможем.
    – Ну и ладно. Кухня так кухня!
    Сергей с нескрываемым облегчением отшвырнул несчастный веник куда-то в угол. Уселся за стол и потребовал чашку кофе. Рита послушно налила.
    Теперь троица старших с нескрываемым любопытством всматривалась в лицо десятилетней девочки и ждала откровений.
    Тайка тут же надулась:
    – Так нечестно! Вас трое, а я одна.
    – И что? – удивилась Рита.
    – Вначале вы расскажите! Все-все. У вас всего неделя прошла. А у меня целый месяц!
    Ритины брови сурово сомкнулись в одну темную ломаную линию. Илья кивнул:
    – Хорошо. Слушай.
    К счастью, пересказ событий в его изложении занял не больше пятнадцати минут – рекордный срок для любого рассказчика. Если бы за дело взялась Рита…
    Узнав, что коварный Жорка в юнги так и не попал, а отдувался за нее здесь и по полной программе, Тайка заметно оживилась. Потерла руки и с непонятным для всех интересом воскликнула:
    – Значит, это на него вы сейчас меня обменяли?
    – Ну да.
    – Хочешь сказать: я оказалась на его месте, а он, как бы, на моем? В эту же секунду? – зачем-то уточнила Тайка.
    – Само собой, – непонимающе протянул Илья.
    Тайка вдруг замолчала. Щеки ее раскраснелись, она что-то лихорадочно обдумывала. Потом ее глаза возбужденно заблестели, и Тайка радостно крикнула:
    – Вот здорово! Значит, рыжий все-таки схлопочет на всю катушку? И за розыгрыш, и за подставу?
    Она вскочила со стула. Вихрем подлетела к брату и нежно чмокнула его в щеку. Старшие смущенно переглянулись. Тайка еще раз поцеловала Илью и запрыгала на одной ноге вокруг его стула. Просто от восторга.
    – Вот еще, – фыркнула Рита, – телячьи нежности!
    – Молчи, – отмахнулась сияющая сестра. – Ты ж ничего не знаешь!
    – Что – не знаю?
    – Как Илька вовремя меня оттуда выдернул!
    – Так расскажи наконец!
    Тайка прекратила прыгать. Ее личико стало серьезным. Она немного подумала и сказала:
    – Все – не смогу. Хоть убей, не смогу. Честно.
    – Почему?
    – Личное, – таинственным шепотом поведала Тайка и энергично тряхнула рыжими кудряшками.
    Она осторожно потерла ладонью многострадальные ягодицы и невольно засмеялась. На этот раз Жоркин учитель едва успел начать, раза два всего и шлепнул. Пусть и от души.
    Рита сердито посмотрела на чумазое личико и потребовала:
    – Тогда давай остальное. Все, что можешь. И поподробнее, слышишь? А то…
    И она выразительно продемонстрировала невозможной младшей сестре довольно крепкий кулак.
* * *
    Тайкино повествование захватывало дух. Глаза слушателей азартно блестели, рты непроизвольно открывались… Верить или не верить?! Вечный вопрос.
    Впечатлительная Рита то и дело взвизгивала. Илья недоверчиво посмеивался. Сергей изредка направлял Тайкин рассказ в нужное русло краткими вопросами. Все благополучно двигалось к финалу, но… Красиво закончить Тайке не дали.
    Неожиданно Тайкин рассказ был прерван оглушительным взрывом, прямо-таки раздирающим барабанные перепонки!
    В кухне с грохотом захлопнулась дверь. Где-то в квартире вновь зазвенели стекла, уцелевшие в прошлый раз. С шумом посыпались с книжных полок только что установленные хозяином книги…
    – Черт! Что это?! – потрясенно пробормотал Сергей, потерянным взглядом пересчитывая гостей.
    – Тайка, не отходи от меня, – прохрипел Илья и крепко вцепился в драный рукав Тайкиной рубахи.
    – Мама! – пискнула мгновенно позеленевшая от страха Рита.
    Старшие переглянулись. Три пары глаз спрашивали друг друга: кто на этот раз?! Уж слишком «взрыв» походил на два других, которые они уже слышали.
    Одна Тайка не испугалась. Осторожно высвободила рубашку из застывших пальцев старшего брата и деловито предложила:
    – Проверю?
    Ошеломленные взрослые не шелохнулись. Тайка решила действовать самостоятельно.
    Она открыла кухонную дверь. Уважительно провела пальцем по только что появившейся на цветном рисунке трещине и вышла. Троица недавних экспериментаторов замерла на своих местах, мучительно прислушиваясь.
    Так… Шаги Тайки по коридору… Чертыханья по поводу сорванной с петель двери… Щелчок – это она наверняка пытается включить свет и… Мертвая тишина!
    Минуты растягивались в столетия, а из комнаты по-прежнему не доносилось ни звука.
    – Не, я так не могу, – простонал Илья и начал соскребать себя с табуретки. – Пойду за ней…
    – Подожди, – испуганно схватила его за руку Рита.
    – Чего?!
    – Возвращается!
    И действительно, по коридору вновь кто-то шел. Может, и девочка. Только на этот раз шажки казались какими-то… ну… неуверенными, что ли.
    К счастью, оцепеневшую от напряжения компанию долго ждать не заставили. Через несколько секунд в дверном проеме появилась Тайка. Вот только вид у нее был…
    На побледневшем прозрачном личике снова выделялись одни веснушки! Впрочем, в остальном Тайка выглядела вполне нормально. Даже новых дыр в ее тряпках на первый взгляд не прибавилось.
    Девочка застыла на пороге и кинула инспекторский взор на троицу слабонервных взрослых.
    – Ч-что там? – нерешительно пролепетала Рита, глядя на младшую сестру почти с ужасом.
    – Э-э…
    Тайка похлопала пушистыми ресницами, но слов сразу не подобрала. Рита окончательно уверилась: произошло нечто страшное. Илья сжал кулаки, он тоже прекрасно понимал – что-то случилось.
    Тайка ткнула пальцем в хозяина квартиры и зачем-то поинтересовалась:
    – Сердце здоровое, нет?
    Сергей гулко сглотнул. Нервно взлохматил волосы и хрипло пробормотал:
    – Было таким.
    – А нервы? – Тайкин голос звучал строго.
    – Тоже.
    Рита обомлела. Илья вдруг хмыкнул. Сергей вцепился в край столешницы.
    – Хорошо, – заявила Тайка. Немного подумала и скомандовала: – Ритка, закрой глаза!
    – З-зачем?
    – Закрой, говорю, тебе ж лучше!
    Несчастная Рита неожиданно для себя всхлипнула и растерянно покосилась на старшего брата. Тот согласно кивнул. Она послушно зажмурилась.
    Тайка еще раз осмотрела всю компанию и пренебрежительно фыркнула. Тряхнула рыжими кудряшками и крикнула в коридор:
    – Теперь можно!
    Мужская часть общества собрала остатки мужества и вопросительно уставилась на дверь. Нужно отдать должное, никто из мужчин не вскочил на ноги и не заорал дурным голосом. Правда, на это нужны силы. И возможность хотя бы шевельнуться. А состояние впавших в ступор… Не покричишь!
    Илья с Сергеем завороженно смотрели в дверной проем: на них из темного коридора строевым шагом двигалась черная, мохнатая гора.
    – Тайфун, – кратко представила нового гостя Тайка
    Невероятный пес коротким кивком приветствовал присутствующих.
    – Что это?! – проскрипел Илья, еле ворочая языком.
    – Мой песик, – максимально кротко информировала младшая сестрица. – Я вам о нем только что рассказывала.
    Илья держался за горло, у него вдруг перехватило дыхание. Сергей глупо улыбался. Рита побледнела и для верности прикрыла глаза еще и руками. Обеими. На всякий случай. Чтобы нечаянно не подглядеть.
    Тайка укоризненно посмотрела на перекошенные лица и, мило улыбаясь, пояснила:
    – Он – это… Как его? О-о-о! Небольшой довесок! Ну, ко мне. Правда-правда. Кро-о-ошечный такой довесочек…
    – Крошечный?! – потрясенно выдохнул хозяин квартиры. И вновь застыл камнем, созерцая новоприобретенное чудище.
    – И…ик! – Багровый Илья судорожно хлебнул спасительный воздух. – Ты его… ик! оттуда… ик! Скоммуниздила?
    – Ско… сками… чего я его?
    – Украла, – вежливо перевела так и не открывшая глаз старшая сестра.
    К счастью, Рита огромного пса не видела, поэтому держалась относительно спокойно. Открывать глаза она по-прежнему не собиралась. Пока все не утрясется.
    – Ну вот еще! – вполне искренне оскорбилась Тайка. – Украла! – Она сердито посмотрела на сестру и закричала: – Сказанула тоже! Он сам пришел, поняла? И письмо от Жорки принес, вот!
    И Тайка торжествующе помахала в воздухе громадным листом бумаги.
    – Да-а?! – И любопытная Рита неосторожно открыла глаза.
    Дальше все опять смешалось в доме Сергея.
    Перепуганная Рита надрывно верещала и безуспешно пыталась отыскать на кухне хоть какую-нибудь щель. Не находила и нервничала все сильнее. Тайкин «довесочек», на ее взгляд, имел слишком большие зубки и наверняка – еще больший аппетит.
    Сам Сергей дрожащими руками наполнял и ставил на огонь древнюю турку. Он робко надеялся, что чашечка крепкого кофе все расставит по своим местам.
    Лицо Ильи снова сменило цвет, на этот раз – на бледно-голубой. Сам он не кричал. Был занят: обдумывал различные варианты объяснений с разгневанными родителями. Все-таки Тайфун – не ворона, вряд ли этого монстра примут в дом так же легко.
    Зато Тайка со своим невероятным псом держались невозмутимо. Оба прекрасно знали – все утрясется, нужно лишь время.
    Тайка воспользовалась суматохой. Развернула только что полученную бумагу и с огромным удовольствием перечла короткий текст:

    «Вовремя же мы произвели обмен, ничего не скажешь! До сих пор вся спина горит! Удружила, нечего сказать. Короче, Таисия, мы в расчете. Считаем: я тебя в прошлый раз разыграл, ты меня – в этот. Хоть и не сама постаралась. Нет, ну надо же так подгадать с обменом! Что значит – не везет.
    Посылаю это письмо с Тайфуном. Он хочет пока быть с тобой, и он тебя непременно найдет. Наши псы могут настраиваться на хозяина. Мне Тайфуна не удержать, сейчас его выбор – ты. Пусть так, хоть я буду скучать. Да, ты же одолжишь его в случае необходимости?
    Твоя ворона останется здесь, мне самому ее не переправить, не сумею. Не волнуйся за нее, не обижу. По-моему, она между нами разницы не видит, лазит за мной всюду, как пришитая.
    Ну все, прощай.
    Эй, крепкая рука у моего Наставника?
Георгий».

Глава 19
Заключительная

    Все получилось именно так, как Тайка и ожидала – то есть, утряслось. Родители, бурно встреченные воскресным вечером младшей дочерью, были так счастливы, что на радостях простили ей и собаку. Еще бы. Тайка наконец забросила свою дурацкую йогу и стала собой!
    Правда, с Тайфуном все оказалось не так просто, как думалось. Когда старшие Романовы натыкались взглядом – в собственной квартире! – на огромного пса, они долго еще непроизвольно бледнели. Без всяких видимых причин. Несмотря на то, что Тайфун был прекрасно воспитан и поразительно вежлив.
    Сергею пришлось познакомиться с Тайкиными родителями. И, знаете, кем он представился? Прежним хозяином невероятной собачки, страдающим от нежданной разлуки. Не с небес же Тайфун свалился на Тайку?
    Отказаться от столь ценного подарка взрослым не удалось, как ни пытались. Сергей дал единственное – но совершенно непробиваемое! – объяснение. Мол, собачка накрепко привязалась к девочке, а девочка – к ней. И что теперь? Не травмировать же обоих, разлучая? Детскую психику нужно беречь! А собак – любить.
    Прежняя – беззаботная! – Тайкина жизнь с появлением Тайфуна в старую колею так и не вернулась. Невероятная собака поднимала девочку ежедневно ни свет ни заря и безжалостно гнала на улицу к ближайшему стадиону. На традиционную пробежку.
    Поделать ничего было нельзя. Тайфун по утрам вел себя не совсем адекватно, и родители могли что-нибудь заподозрить. И без того наблюдали за собакой с вечно открытыми ртами. Злющей словно оса Тайке приходилось подчиняться. Выползать из-под теплого одеяла и в любую погоду плестись за Тайфуном.
    Дома за девочку не волновались – к такому огромному псу мог сунуться лишь самоубийца.
    Если честно, и сама Тайка ворчала больше для порядка. Тайфуном она гордилась и больше всего на свете боялась, что он надумает вернуться к Жорке. Поэтому предпочитала с ним ругаться, чтобы не особо привязываться.
    А тут еще и старший брат неосторожно пошутил. Что-то типа: «Пока Тайфун не сделает из тебя, Тайка, настоящую леди – не уйдет, я уверен».
    С той минуты Тайка поняла: леди из нее никогда не получится.
    Изредка, вечерами, Тайфун таинственнейшим образом исчезал. Только что дремал в ее комнате и вдруг – пусто.
    Первое время встревоженная Тайка обыскивала всю квартиру и даже украдкой ревела. Запиралась в ванной, пускала воду и страдала. Однако Тайфун неизменно возвращался, и девочка успокоилась. Где он шлялся по ночам, Тайка боялась спрашивать. Главное, к утру Тайфун неизменно оказывался на месте, у ее дивана.
    Тайка негодующе фыркнула: чтобы этот паршивец хоть раз дал ей толком выспаться?! Скорее Ритка забудет накраситься!
    В школе теперь Тайка блистала на уроках физкультуры. А вот драться со сверстниками практически перестала. На равных не получалось, а лезть к ней после пары-тройки забавных случаев совершенно перестали.
    И вообще время летело. Стремительно надвигались летние каникулы, и неунывающая Тайка уже планировала очередное приключение. Вот только какое, еще твердо не решила.
    Ей почему-то все чаще вспоминался небольшой пестрый сверточек в гараже, откуда она недавно так удачно изъяла волшебный янтарь. Он даже приснился раз. Кучка загадочной мелочи на обрывке ткани заманчиво блестела, позвякивала, от нее одуряюще пахло незнакомыми травами.
    Тайка во сне мечтательно вздыхала: кажется, там зеркальце осталось? Интересное такое зеркальце в рамке из черненого серебра. Оно ничего не отражало, Тайка помнила, а почему?

Подробней о книге

Школьные кошмары и другие ужасные истории

Содержание

Аннотация

Аннотация

В книгу «Школьные кошмары и другие ужасные истории» вошли две повести Галины Гордиенко о жутких и невероятных приключениях третьеклассницы Тайки Романовой – «Кошмары 21-й школы» и «Меняем мальчика на девочку».
Однажды в руки девочки попадает старинная деревянная шкатулка ее прабабушки. Однако таинственная вещица хранит вовсе не драгоценности… Оказывается, прабабушка Тайки была ведьмой и теперь хочет передать свой дар (или проклятье?) правнучке. Готова ли Тайка к такому «подарку»?
Для среднего школьного возраста.

Установки пользователя

Цвет фона
Цвет текста